Глазарий языка. Энциклопедия русского языка, меняющая представление о справочной литературе - Сергей Игоревич Монахов

вопрос запрятан в нюансах перевода с английского языка на русский. В 1864 году свет увидела книга немецкого и английского филолога, специалиста по общему языкознанию Фридриха Макса Мюллера «Lectures on The Science of Language», в которой автор высмеивал представления о том, что человеческий язык начался с подражания звукам животных и диким выкрикам первобытных людей. Эти лингвистические концепции Мюллер презрительно окрестил «bowwow» и «pooh-pooh», что по-английски означает «гав-гав» и «тьфу-тьфу» соответственно.

Не эти ли слова Успенский передал на русском в виде «вау-вау» и «ух-ух»? И, если да, не свидетельствует ли косвенно этот факт о справедливости звуко(букво?)подражательной теории происхождения языка – по меньшей мере русского научного языка?

День 4

Фразы, которые вы бы не хотели увидеть в рецензии на вашу научную статью

«Вызывает вопросы уже само название статьи».

«Автор не избрал никакой методологии исследования эмпирического материала, что привело его к перечислению случайно найденных примеров».

«Автор ставит вопросы, на которые либо дает ответ, полностью заимствованный из прочитанной литературы, либо вообще не дает ответа».

«Не вполне понятно, в каком объеме владеет автор статьи языком изучаемого автора».

«Очень трудно понять смысл статьи. Несмотря на ее сравнительно небольшой объем, мысль автора неуловима».

«Сформулированные в конце статьи выводы не соответствуют ее названию и целям».

«На последней странице текста приводится 4 вывода. Вывод № 1 является не выводом, а повторением изложенного в начале статьи мнения «большинства исследователей» без указания источника. Вывод № 4 был общеизвестен до момента написания этой статьи. Темы выводов № 2 и № 3 ни разу не упоминаются в предшествующем тексте».

«Автором статьи полностью проигнорированы все существующие научные работы по данной и смежным темам».

«В статье есть новизна, но назвать ее научной не представляется возможным».

«Автор в своих рассуждениях отталкивается от нескольких изначально ошибочных положений».

«Только к концу статьи становится ясно, что она носит полемический характер».

«Значение многих общепринятых терминов автор, очевидно, понимает по-своему».

«В тексте статьи автор использует редкие глаголы с неочевидным значением».

«Выводы, сделанные автором, столь же неудачны, сколь предшествующие им рассуждения».

«Без потери для общего содержания статья может быть сокращена втрое».

День 5

Язык, который мы потеряли

Середина 1-го тысячелетия. Праславянский язык утратил дифтонги.

Носовых гласных древнерусский язык лишился в X веке.

Имперфект – одно из прошедших времен – ушел из живого древнерусского языка в XII веке.

Редуцированные гласные «ъ» и «ь» исчезли из древнерусского языка в XII–XIV веках.

Двойственное число – XIV век.

Аорист – одно из прошедших времен – XV век.

В XVI веке старорусский язык окончательно утратил звательную форму.

В XVII веке – буква «ять».

Три из шести типов склонения существительных покинули древнерусский, а затем старорусский язык в XI–XVII веках.

1918 год в истории русского языка стал последним для букв «ять», «и десятеричное», «ижица», «фита».

День 6

Форма и содержание

Вопрос, над которым редко задумываются: почему в сказке про Изумрудный город Страшила хочет мозги, а Железный Дровосек – сердце? Ведь, строго говоря, ни у одного из них нет ни того ни другого. Вообще, эти персонажи представляют любопытный материал для размышления над проблемой формы и содержания. Оба они – одушевленные существа, оболочка которых создана человеком, при этом если в Страшиле искра сознания каким-то непонятным образом зародилась в момент его изготовления, то в Дровосеке она не менее непонятным образом сохранилась, после того как все его члены, голова и туловище были последовательно заменены на железные протезы.

Страшила и Дровосек, как неоднократно подчеркивается в книге, не нуждаются в еде, питье, сне и отдыхе; обездвижить их обоих можно только механически: собственно, именно в таком обездвиженном положении и находит обоих героев Дороти (Элли) – одного посаженным на кол, другого заржавевшим. Характерно, что под смертью Страшила и Дровосек понимают не затухание сознания, а именно уничтожение или дефункционализацию своей внешней оболочки в результате воздействия огня и воды соответственно.

Самый любопытный в этом отношении эпизод книги – сцена нападения на Страшилу и Дровосека Летучих обезьян. Получив от ведьмы задание уничтожить незваных гостей, крылатые чудища расправились с ними по-разному. Из тела Страшилы они вытряхнули и развеяли по ветру солому, а одежду свернули в клубок и забросили на вершину высокого дерева. Казалось бы, можно сделать вывод, что солома является содержанием Страшилы не только в прямом (набивка), но и переносном (идеальная сущность) смысле. Этому, однако, противоречит дальнейшее развитие событий. Когда мигуны решают оживить Страшилу, они находят его одежду и набивают ее новой, свежей соломой – при этом идентичность Страшилы никаких изменений не претерпевает. Но если жизненная сила Страшилы в его тряпье, почему же такие трагические последствия имело выпрастывание из него соломы?

Еще загадочнее обстоят дела с гибелью и воскрешением Дровосека. Обезьяны сбрасывают его тело на острые камни, в результате чего оно получает множественные вмятины и пробоины, однако остается нерасчлененным. Для возвращения Дровосека к жизни мигунам оказывается достаточно просто выправить молотками продавленные места и залатать пробоины, поставив на них металлические заплатки.

Таким образом, мы вправе заключить, что проблема единства формы и содержания находит в образах Страшилы и Дровосека разные воплощения. Страшила – полная форма, жизнеспособная только при условии сохранения своего объема, но при этом допускающая разнообразные изменения оболочки (заново нарисованные глаза и т. п.). Дровосек же – пустая форма, внутри которой может не быть ничего, а может быть помещено что-то совершенно постороннее (тряпичное сердце), но для функционирования которой необходимо сохранение ее целостного, неразрывного контура.

Не случайно, видимо, Страшила в сказке представляет рациональное, а Дровосек – эмоциональное начало, что в языковом плане соответствует речи практической и поэтической.

День 7

Футыризм

У А.Е. Кручёных есть стихотворение «Евген. Онегин в 2 строч» (1915):

ЕНИ ВОНИ

СЕ И ТСЯ.

Мы подумали немного и тоже сочинили несколько поэтических переложений хрестоматийно известных текстов.

«Герой нашего времени»:

Я ТРЫНЦ ДА БРУНЦ

О Ё Ё Ё…

«Мертвые души»:

ОГО ИГО —; – ИГОГО

ИГОГО И ОГОГО

«Отцы и дети»:

ЭО МЭО. ЛУ

ФЩТЫР: БДЖ

УУ

«Война и мир»:

ЖЁ ТЫ ПЛИ БЛЮ

ЫНДА ПУЙ Е

«Преступление и наказание»:

ПИУ ХРЯС ПИУ ХРЯС

БУЭ БУЭ ВРЯС

51 неделя

День 1

«Из баньки да в ямку» – о