Воплощённый - Александр Андреевич Лобанов

Чего ты хочешь, Альфа? – человек сделал новое усилие над собой, сморгнул влагу с глаз, и рука, секунду назад судорожно дрожащая, нежно погладила Лену по волосам. - Показать, какой я слабак? Ничтожество? Ни на что не способный безумец!? Так ты такой же!

– Согласен… – Альфа поплыл и обратился в звериную форму, подставляя лобастую голову под поглаживания. – Мы безумцы, именно поэтому мы способны на невозможное! Нам нужно слиться, тогда, возможно, мы станем лучше?

В руке Омеги сплелся из тьмы клинок, и он атаковал товарища в спину. Вот только и Альфа сорвался в прыжок, и его клыки впились в шею Альтер-Эго. Кровь брызнула, но две души усилили напор, пытаясь уничтожить друг друга и завладеть главным призом!

- Мы никогда не останемся одни: я есть Альфа и Омега, начало и конец… - вокруг парочки стал закручиваться вихрь тьмы, что словно бы впитывала в сливающиеся образы.

Глава 18. Доминирование. (Виталий) Часть 3.

Изображение мигнуло. Картинка дополнилась привычным функционалом: в левом верхнем углу, где велась трансляция вида с камеры внутри шлема, я увидел сероватое, осунувшееся лицо Омеги.

Перед камерами костюма явилось чёрное, в звёздную крапинку небо… перспектива дрогнула и размылась, а по картинке мира прошлась радужная волна.

Перемещение сквозь Чёрную дыру завершилось.

Тело Виталия вздрогнуло. Хрипы вырвались из глотки. Глаза хаотично задёргались под закрытыми веками. Несколько секунд, и человека начала бить дрожь, быстро переросшая в неконтролируемые судороги – внешние камеры никак не могли сфокусироваться. Однако на внутренних камерах отчётливо отражалось состояние человека – лицо перекосило и безостановочно корёжило, так что в уголке рта появилась розоватая пена. Параметры жизнеобеспечения в правом верхнем углу буквально зашкаливали: алые обозначения травм разукрасили фигурку, кардиограмма – чуть ли не прямая линия с редкими всполохами, а энцефалограмма – сплошные пики.

– Ал… Ом… Пом… – раздалось бессвязное бормотание, глаза распахнулись, налитые кровью и буквально вылезающие из орбит.

Вот только у Виталия не было левого глаза. Но было что-то другое... Что-то непроницаемое тёмное... Что-то зловещее... А затем я заметил, как глазница словно бы плывёт спиралью, и понял: Виталий поглотил сингулярность Чёрной дыры!

А ещё ласки, привычно восседающей на шее Омеги, не наблюдалось! Левая рука взметнулась, и почерневший, оплавленный ошейник Альфы в пару движений пальцев превратился в длинную спицу и нацелился на правый глаз. Однако нанести удар конечность не успела, правая рука перехватила его, стиснув запястье.

– Остановись, Омега! Тело принадлежит нам обоим, калечить его нерационально, – прохрипел человек вслух, что говорило о недюжинной силе. – Нам придётся научиться быть вместе! Нам придётся вновь научиться быть едиными!

– "Да подавись!" – воображаемый человек блеснул улыбкой. – "Но лучше не расслабляйся, я рядом и завладею своим по праву!"

- Попробуй! А теперь нам необходимо подниматься! Нужно понять, куда нас забросила Чёрная дыра?

Тело в очередной раз дёрнулось и застыло на боку, открывая серую стену какого-то строения в нескольких десятках шагов, а затем вновь рухнуло на спину, неподвижным кулём.

– "А мне плевать, что там необходимо! Хочешь владеть тушкой, так владей по праву сильного!" – я был абсолютно уверен, что в мыслях Омега улыбается той самой непроницаемой улыбкой, что отпугнула меня днём, и от которой не раз кидало в дрожь при просмотре видеофайлов.

Тело рывком село, и голова закрутилась осматриваясь. Лунные просторы оказались на удивление знакомыми: комплекс из пяти строений, четыре из которых представляли собой серые коробки, расположенные квадратом, а пятое – громадная абсолютно чёрная полусфера. И, конечно, радужные волны, что накрывали огромный кусок пространства и человека в том числе.

– БУГА-ГА-ГА… – не сдерживаясь, заржал человек. – Всё-таки получилось! Будь я проклят, но у меня получилось!

– "Альфа, тварь, что ты