Вашингтонский указ - Юсси Адлер-Ольсен

Догги посмотрела на здание. Как она и ожидала, оно уступало в размерах посольству на Сюшуй Бэйцзе, где пару дней назад в их честь устроили грандиозный приветственный ужин. Тем не менее консульство выглядело внушительно и нарядно в лучах солнца; над ним развевался американский флаг, а у решетчатых ворот на небольшом возвышении застыл по стойке смирно подтянутый китайский часовой в парадной форме.

Догги оглянулась на узкую торговую улочку. Между этим строгим зданием в западном стиле и наспех сколоченными лавками шелкового рынка лежала целая пропасть — пропасть в культуре, быте и самом укладе жизни.

Чуть поодаль уличный торговец запустил в воздух одного из своих бумажных змеев, раскрашенного под диковинного дракона, и все завороженно уставились на его изящный, трепещущий на ветру полет.

И в этот миг всё случилось.

Кэрол Янсен вдруг пронзительно вскрикнула, замахала руками, вцепившись в свою сумочку. Догги резко обернулась на крик, но в ту же секунду голос Кэрол оборвался. Женщина рухнула на землю, кровь хлестнула из ее рассеченного горла прямо на мужа. Советник губернатора Томас Сандерленд бросился вперед, пытаясь перехватить молодого китайца с ножом в руке.

Шериф Т. Перкинс швырнул свои пластиковые пакеты в сторону — бетонная площадка перед консульством запестрела раскатившимися резиновыми мячиками и игрушками — и в невероятном, молниеносном прыжке преградил нападавшему путь к бегству в бурлящую толпу шелкового рынка.

Догги увидела, как нож блеснул еще раз. Даже много лет спустя эта картина мгновенно всплывала перед ее глазами, стоило ей зажмуриться: лезвие, уже обагренное кровью, стремительно опускалось сквозь выставленные руки Т. Перкинса.

В десяти метрах от нее опускался на колени губернатор Янсен. Тело жены в его руках уже не подавало признаков жизни. Догги оцепенело смотрела, как к ним со всех сторон бегут люди.

У девочки дрожали губы. Она видела, как Розали Ли, тяжело дыша, рвет на лоскуты свою красивую кофту, пытаясь зажать рану на шее Кэрол. Видела солдат, бросившихся к Т. Перкинсу и дико вопившему китайцу, которого шериф придавил к земле острым коленом. Видела, как кровь струится по руке шерифа, а Уэсли Бэрфут стоит как вкопанный посреди площади перед консульством, бледный как мертвец.

Да, Догги навсегда запомнила Уэсли Бэрфута именно в этот момент — момент, когда он разом повзрослел, а его белозубая улыбка стерлась навсегда.

Тем временем Джон Бугатти и советник губернатора Томас Сандерленд на руках несли Кэрол Янсен внутрь консульства. Вокруг царил хаос, слышались крики и плач. Сбегавшиеся люди в ужасе хватались за лица. Всё это резко контрастировало с тихим, жалобным поскуливанием убийцы, лежавшего в двадцати шагах от них.

Догги опустилась на невысокий постамент часового прямо под гигантской латунной табличкой и прислонилась спиной к кирпичной колонне. Так она и осталась там сидеть.

— Идем, милая. Идем, Догги, — раздался над ухом голос Т. Перкинса. К тому моменту с момента нападения на Кэрол Янсен прошло не меньше десяти минут.

Он бережно приобнял ее за плечи и привлек к себе:

— Ты видела, как это случилось?

Она кивнула.

— К сожалению, она мертва, Догги.

Шериф помолчал, словно проверяя ее реакцию, но девочка не проронила ни слова. Она и сама это знала.

Он увел ее в здание консульства, в просторный белый зал, где двое административных сотрудников пытались оказать им хоть какую-то помощь. Воздух здесь казался наэлектризованным; чиновники с каменными лицами непрерывно стучали по клавишам компьютеров или висели на телефонах. Кризис был колоссальный, это бросалось в глаза. Требувалось срочно известить и скоординировать десятки ведомств как в Китае, так и в США. Кругом царила суматоха. То и дело звучало имя государственного секретаря Джеймса Бейкера.

За окнами раздавался топот бегущих по улице людей. Нападавшего китайца прижали к стене, он мелко дрожал. На его лице читалось полное непонимание происходящего.

— По-моему, он не в себе, Догги, — прошептала Розали Ли, сжав ее предплечье.

Догги наблюдала, как люди в форме удерживают парня, выкрикивая ему в лицо яростные и презрительные проклятия. Вскоре подъехал грузовик с конвоем, и в глазах юноши вспыхнул первобытный ужас.

— Готов поспорить, этому ублюдку пустят пулю в затылок не позже чем через два дня! — зло бросил один из сотрудников консульства.

Догги проводила взглядом грузовик с арестованным. Она ничего не понимала. Ей просто нестерпимо хотелось домой. Девочка опустилась на стул и сидела, уставившись в одну точку, пока Джон Бугатти не протянул ей чашку горячего чая.

— Случилось ужасное, Догги, — тихо сказал он, пытаясь выдавить улыбку. — Нам всем очень жаль, что тебе пришлось это увидеть. Но ты не должна позволить этому разорвать твою душу на части, слышишь?

Она кивнула. Сказано было как-то странно, но она его поняла.

— Ты просто оказалась здесь случайно, вот и всё. Я понимаю, что тебе сейчас страшно, одиноко и очень, очень грустно, но всё позади. Через пару дней мы уже будем дома.

Догги тяжело вздохнула:

— Но мы ведь столько всего должны были увидеть... — Только сейчас до нее окончательно дошло, что сказка оборвалась. — Горы, гробницы династии Мин, терракотовую армию... Мы ведь должны были всё это посмотреть, правда?

Теперь она физически ощутила, как ее душу стягивает тугой узел.

Бугатти обнял ее за плечи:

— Послушай, Догги. То, что произошло, свяжет нас навеки. — Розали Ли согласно закивала за его спиной. — Из-за того, что нам довелось пережить сегодня вместе, наши судьбы теперь переплетены. Понимаешь? Всех нас: тебя, меня, Т. Перкинса, Розали Ли и Уэсли. Ты согласна со мной?

Догги перевела взгляд на остальных. На лицах каждого из них читалось молчаливое согласие со словами Бугатти. Уэсли даже попытался кивнуть, но не смог — его тело словно окоченело от пережитого шока.

Бугатти прокашлялся:

— Я верю, что с этого дня между нами возникла особая связь. Мы сможем обращаться друг к другу за поддержкой в трудную минуту, помни об этом, Догги! Теперь ты в любой момент можешь позвонить мне, если понадобится помощь. И я уверен, что ребята сделают то же самое.

Розали кивнула, а вслед за ней и Т. Перкинс.

Догги грустно посмотрела на них. Обычно взрослые говорят так просто из вежливости.

— Но как я смогу тебя найти? — спросила она. — Ты ведь постоянно то в Китае, то в Нью-Йорке, то в Кэмп-Дэвиде, то еще бог знает где! — Она снова покачала головой. — Ты знаменитый журналист, а я — обычная девчонка. Думаешь, я