Тайна белого пятна - Михаил Михеев

– С дядей Димой. Он только сегодня с рудника прилетел. Из тайги.

– Из тайги?.. – протянул Валя – Воображаю!

– А ты не воображай. Он меня к себе зовет, в тайгу.

– В тайгу? – опешил Валя. – Да ты что?.. Вот смех.

В этот момент в прихожую вошел сам дядя Дима.

– Где-то тут у меня папиросы в пальто, – поспешил объяснить он свое появление.

– Дядя Дима, познакомься, – сказала Зина. – Это вот... Валя...

– Понимаю! – дядя Дима первый шагнул вперед и протянул руку – Уже прослышал о вас, весьма рад познакомиться, – он окинул Валю быстрым внимательным взглядом, и Зине вдруг костюм Вали показался совсем несуразным, она даже удивилась, как могла не замечать этого раньше.

С беспокойством она ожидала, что скажет сейчас дядя Дима. Но он, если и сделал какое-то заключение, то ничем не проявил его. Наоборот, он дружески обнял Валю за плечи и повел к двери.

– Вовремя пришли, пойдемте-ка в столовую. Покажите, чему вас там в институте научили.

– А, молодой поклонник Фемиды, – профессор Вихорев, не вставая из-за стола, протянул гостю белую холеную руку. – Опаздываешь, мой дорогой, у нас ужин в восемь, ты же знаешь. Но ничего, ничего, присаживайся... Димитрий, налей-ка ему штрафную, дабы в другой раз не опаздывал.

Бесшумная, как тень, Алексеевна уже поставила на стол чистые тарелки Дядя Дима потянулся к бутылке.

– Столичную вкушаете? – спросил он.

– Вкушает, вкушает, – ответил за гостя профессор.

Было заметно, что Валя – частый гость в семье Вихоревых, что к нему привыкли, как к возможной будущей родне. Не отказываясь, Валя молодцевато хлопнул большую рюмку водки и закусил маринованной горошиной.

– Ну, теперь держись, Димитрий, –сказал профессор Вихорев, – у нас полку прибыло. Ты, Валя, нашего главного разговора не захватил, но суть его я тебе сейчас передам, – профессор откинулся на спинку стула и потащил из жилетного кармана зубочистку. – А суть всего разговора заключается в том, что вот этот единоутробный, но волосатый таежный брат мой собирается утащить у нас племянницу.

– Это я уже знаю! – невольно вырвалось у Вали.

– Когда же это ты узнал? – удивился профессор и взглянул на Зину. Ага, понимаю. Ну, если знаешь, тем лучше. Так давай-ка, брат, тоже протестуй. По моему мнению, это тебя тоже касается.

– Валю, положим, не касается, – быстро вставила Зина.

– Как это не касается, – продолжал профессор. – Вот увезет тебя Димитрий в тайгу, затуманит тебе голову своей таежной, этой самой романтикой, да и выдаст там за какого-нибудь леснoго принца, вот с такой же непроходимой бородищей. Как считаешь, Валя, будет это тебя касаться или нет?

Зина пренебрежительно фыркнула. Валя нахмурился, Дядя Дима спрятал в бороде улыбку.

– Ты не смущай молодежь, – сказал он брату. – А то Валя на меня и так уже волком смотрит.

– Да нет... что вы.

Валя смутился. На самом деле он не мог скрыть неуклонно растущей, какoй-то завистливой неприязни к этому человеку, о которoм так много слышал от Зины и который – он только сейчас это остро почувствовал – так много значил для нее.

Вот и сейчас она сидит и смотрит на своего дядю – и только на него одного – влюбленными глазами и, кажется, готова ехать с ним куда угодно. И Валя вдруг подумал, что если бы такое идиотское предложение – ехать куда-то в сибирскую тайгу, к чертям на кулички! – исходило от него, Зина первая бы подняла его на смех.

Такая мысль вызвала дополнительное ощущение ревности и досады. Валя с маху ткнул вилкой в горошину. Вилка визгнула по тарелке. Зина невольно поморщилась.

Заметив это, Валя насупился еще более.

– Что касается меня, – заявил он с плохо скрытой досадой, – то я ничего привлекательного не нахожу в сибирской тайге.

– А ты в ней когда-нибудь был? – спросила Зина.

– Ну, пусть не был, – признался Валя. – Но это ничего не значит. Я, например, не был и в джунглях Амазонки, но по тому, что читал, могу себе представить. Вот там на самом деле заманчиво.

– А в сибирской тайге, вы считаете, ничего заманчивого нет? – учтиво спросил дядя Дима.

За учтивостью Валя расслышал вызов и решил принять его, – Да, – заявил он несколько повышенным тоном. – Нам здесь прожужжали все уши о вашей сибирской тайге. По-моему, все эти рассказы идут от давнего прошлого Сибири. От времен Мамина-Сибиряка. А вот мне хотелось бы узнать от вас, обратился он к Димитрию Вихореву, – что хорошего, занимательного осталось в вашей тайге сейчас?

– А это зависит от точки зрения, – так же учтиво ответил дядя Дима. – Вы расскажите вначале, что, по-вашему, было хорошего в тайге раньше. Во времена Мамина-Сибиряка?

– Хорошо, – воинственно согласился Валя. – Расскажу. По моему мнению, раньше, – во времена Мамина-Сибиряка – в сибирской тайге на самом деле встречалось много интересного. Это был дикий, неизведанный край, полный таинственной романтики. В рассказах о Сибири правда всегда смешивалась с ложью, быль с выдумкой. Такие рассказы безотказно действовали на воображение – неизведанные края всегда привлекают к себе людей. О Сибири никто ничего толком не знал. В этой огромной, никому не ведомой стране существовали реки, озера, горы – да что там горы – целые горные хребты, еще не нанесенные на карту. В мерзлой земле лежало золото. Тысячи пудов никому не принадлежащего золота Можно было наткнуться на него и разбогатeть. Можно было открыть неизвестную реку, нанести на карту и прославиться. Так было раньше.

Валя видел, что Зина тоже слушает его внимательно. Это прибавило ему красноречия.

– Теперь вся сибирская тайга изведана, исхожена вдоль и поперек картографами, топографами, геологами-разведчиками. А там, где не могли пройти люди, над теми местами пролетели самолеты аэрофотосъемки. В тайге не осталось сейчас ни одного уголка, не нанесенного на карту. И заблудиться в ней человеку с компасом так же трудно, как, скажем, в парке культуры имени Горького.

Валю немножко раздражала спокойная улыбка дяди Димы но, стремясь начисто разделаться с таежной романтикой, он сознательно шел на некоторые искажения.

– Железо, золото, урановые руды, – продолжал он, – теперь можно обнаружить с самолета, не тратя на это особенного труда. Исчезли опасности, угрожавшие ранее смелому разведчику. Забылись красивые таежные легенды, их заменили точные и сухие труды географов и геологов. Нет теперь в тайге ни белых пятен, ни тайн, ни загадок. И если на то пошло, от всей прошлой экзотики и романтики в вашей тайге остались сейчас одни комары.

Валя уверенно закончил на высокой ноте. Зина подвинула ему чашку с салатом, и он победоносно подцепил его ложкой.

– Ну как, Димитрий? – спросил брата профессор. – Заметно, что Валя юридический закончил?

– Заметно, – согласился дядя Дима. – Неплохо говорит. Жаль только, не все верно.