Нервы, которые не сдают. Корейский подход к стрессу, кризисам и ударам судьбы - Джухан Ким

class="a">[6]), а тех, кто ломается под натиском обстоятельств, – хрупкой группой (F-группой, от fragile[7]). Примерное соотношение между этими группами – один к двум (так называемый закон 1:2). Профессор Ли, безусловно, относится к R-группе, к ее высшему эшелону. Но такое деление не приговор. Человек из F-группы, приложив достаточно усилий, может перейти в R-группу. А люди из R-группы могут укрепить свою устойчивость еще больше. Это подтверждено многочисленными исследованиями[8].

Давайте теперь подробнее рассмотрим, что отличает людей с высокой устойчивостью.

«То, что мы хотим знать»

«Новости» и книга сделали историю профессора Ли Санмука известной, но особенно подробно ее показали в выпуске программы SBS [9]«То, что мы хотим знать» от 14 февраля 2009 года – «Семь секретов людей, преодолевших отчаяние». В конце 2008 года в условиях глобального финансового кризиса продюсеры программы обратились ко мне за консультацией, объяснив, что хотят рассказать людям вдохновляющие истории, которые могли бы дать надежду, вероятно, в очень трудном, 2009 году.

Я тогда предложил им сосредоточиться на понятии «ментальная устойчивость». Это было относительно новое понятие, которое еще не было полноценно представлено широкой аудитории в Корее, и тогда не было ни одного крупного социологического исследования на эту тему. Поэтому я, воспользовавшись случаем, предложил провести исследование индекса устойчивости среди граждан нашей страны. Мы провели ЭЭГ-исследование людей с высоким и низким уровнем устойчивости и впервые в Корее заказали профессиональной социологической службе опрос по определению индекса психологической устойчивости (Resilience Quotient, RQ) на выборке из 309 человек. На тот момент в стране еще не было тестов на устойчивость для широкой публики, поэтому мы перевели опросник из 56 пунктов, разработанный Рейвич и Шатте[10]. Это позволило нам хотя бы приблизительно сравнить уровень устойчивости корейцев и американцев. Результаты были представлены в эфире.

И вот что получилось: корейцы показали примерно одинаковые с американцами показатели оптимизма, причинного анализа и эмпатии, но заметно отставали по контролю эмоций, чувству самоэффективности и инициативности в преодолении трудностей. Однако один параметр оказался значительно выше: способность к контролю импульсов. То есть, по сравнению с американцами, корейцы лучше умеют сдерживать свои желания ради достижения цели. Это было особенно примечательно.

Передача «То, что мы хотим знать» также подробно рассказала и о других людях, преодолевших тяжелые испытания. У Чонхун, 28 лет, был одним из ведущих би-боев[11] страны, мастером уличного танца. После девяти лет отношений он женился и начал счастливую супружескую жизнь. Через восемь месяцев после свадьбы он попал в серьезную автокатастрофу и оказался парализованным ниже пояса. Его жена Ким Сонхи с теплотой и заботой приняла этот удар судьбы и продолжала поддерживать мужа с широкой улыбкой. Менее чем за год после аварии У Чонхун вернулся к нормальной жизни: стал читать рэп, выступать на сцене в инвалидной коляске, работать ведущим и читать лекции в университете. Когда его спросили, в чем источник его силы, он ответил: в ежедневных разговорах с женой.

В интервью Ким Сонхи с улыбкой сказала: «Если бы не авария, мы бы, наверное, так и не узнали, насколько важны друг для друга и насколько сильно можем быть опорой друг другу. Скорее всего, мы бы чаще ссорились». У Чонхун также продемонстрировал силу, не став зацикливаться на том, чего больше не может делать, а сосредоточившись на том, что все еще в его силах.

Ментальная устойчивость помогает справляться не только с физическими ограничениями.

Рю Чунмин, предприниматель, когда-то владел рестораном корейской говядины с годовым оборотом свыше 5 миллиардов вон. Его заведение располагалось на холме с видом на море и включало более 11 тысяч пхен[12] общей площади, панорамную прогулочную зону, более 500 посадочных мест и свыше 100 сотрудников. Но в 1997 году случился финансовый кризис, а в 1999 году скандал с коровьим бешенством. Доходы упали вдвое, долги выросли. В 2004 году он оказался должен более 10 миллиардов вон[13].

В итоге Рю Чунмин решил продать ресторан, погасить долги и остался без средств к существованию. Он признал, что легкий успех сделал его самоуверенным: «Если бы я до последнего цеплялся и обанкротился, разве смог бы выплатить сотрудникам выходные пособия? Продажа была к лучшему», – говорил он с улыбкой. Вместе с женой Рю Чунмин несколько лет трудился и на сбережения открыл маленькую лапшичную площадью 14 пхен. Иногда дневная выручка не дотягивала до суммы, которую раньше приносил один столик. Но он говорил: «Теперь у нас есть цель – продавать хотя бы 100 порций лапши в день. Это вселяет надежду. Раньше мы постоянно чего-то боялись, а теперь просто благодарны за каждый день».

Жена Рю добавила: «В каком-то смысле это даже хорошо. Будто мы вернулись на землю. Когда у нас был большой ресторан, казалось, будто мы в подвешенном состоянии. А теперь я чувствую твердую почву под ногами». Сам Рю говорил то же, что и У Чонхун: «Дело не в том, сколько у тебя есть, а в том, что ты делаешь. Именно поэтому я живу с улыбкой».

Посмотрим теперь на случай Ким Доннама, владельца маленькой тофу-фабрики в Сувоне с пятью сотрудниками. Он говорит, что никогда в жизни не знал, что такое достаток. Особенно тяжело было во время кризиса 1997 года, когда у него исчезли последние крохи надежды. Он впал в отчаяние, пил до такой степени, что засыпал на скамейке в парке, а проснувшись, тут же продолжал, стал бездомным. Буквально дошел до предела.

К счастью, его нашел У Чонсоп, руководитель приюта для бездомных. По его словам, когда он обнаружил Ким Доннама, тот даже ходить не мог – его пришлось нести. Даже попав в приют, он продолжал пить, несколько раз оказывался в больнице. Доннам вспоминает, что тогда впервые осознал: дальше только смерть, и пришло время выбрать – умереть или попробовать начать заново. Тогда он почувствовал удивительную внутреннюю силу и решимость встать на ноги. И оттолкнулся от самого дна.

Ким Доннам арендовал небольшое помещение рядом с приютом, купил подержанное оборудование и начал делать тофу. Первое время продукт не удавался, и он просто раздавал его соседям. Но упорство принесло плоды, и фабрика постепенно стабилизировалась. «В прошлом году выручка составила около 25–30 миллионов вон. А теперь я мечтаю выйти хотя бы на 40 миллионов», – говорит он.

Ким Доннам по-прежнему раз в два-три месяца навещает приют, привозит туда тофу. Его называют «живой легендой» – человек, который сумел восстановиться благодаря несломленной воле. Он мечтает сделать свою фабрику социальным предприятием, в котором будут работать такие же, как он, – пережившие трудности. Он говорит: «Моя жизнь изменилась, потому что у меня появилась цель. Она дала мне силу восстановиться». И добавляет: «Я злился на родителей и мир, пил от отчаяния… Но сейчас понимаю: именно благодаря тому отчаянию я стал тем, кто я есть».

Что здесь важно,