Неординарные преступники и преступления. Книга 10 - Алексей Ракитин

Летом 1924 г. в Департамент полиции Лос-Анджелеса обратился некий Рой Кламб (Roy Klumb), сделавший в высшей степени интригующее заявление. По словам мужчины, в 1922 г. он поддерживал интимные отношения с Долли Остеррайх, то есть фактически был тем самым любовником, которого так искала полиция после убийства Фреда. По прошествии некоторого времени с момента преступления, возможно, месяца или двух, Долли попросила возлюбленного о маленькой услуге. А именно — она передала ему револьвер 25-го калибра и попросила выбросить его в районе Ла-Бреа. Это место (La Brea tar pits) в западной части Лос-Анджелеса известно своими т. н. «смоляными» ямами — участками выхода нефтеносных грунтов на поверхность земли. Там в ложбинах, оврагах и разного рода низинах на протяжении тысячелетий накапливались битумы, часть которых затвердевала, а часть оставалась в полужидком [текучем] состоянии. «Ямы Ла-Бреа» стали достопримечательностью, поскольку в толще древних битумов остались туши различных древних животных, прекрасно сохранившиеся благодаря одномоментному прекращению доступа воздуха и последующей мумификации.

О «ямах Ла-Бреа» можно почитать в интернете и даже посмотреть познавательные фильмы, речь сейчас немного о другом. Помимо туш животных в упомянутых ямах с битумом можно было прекрасно прятать трупы и разного рода улики, о чём калифорнийские преступники догадались ещё до того, как эти земли перешли под власть США.

Долли Остеррайх, зная о подобной репутации этого района, поручила Рою Кламбу выбросить в «смоляную» яму револьвер, что любовник и сделал. Любовник был хорошо мотивирован — он рассчитывал на крепкие и продолжительные отношения с вдовой, унаследовавшей огромное состояние убитого мужа!

Идиллии, однако, не случилось. Через несколько недель в доме Долли-Вальбурги поселился адвокат Шапиро, и Рой почувствовал себя лишним на этом празднике жизни. Он пытался бороться, так сказать, «за любовь» — ибо кто откажется от вдовы с огромными деньгами?! — но был отвергнут… страдал… и по здравому размышлению решил отплатить чёрной неблагодарностью в ответ на чёрную же неблагодарность.

Он явился в полицию и рассказал, какая же на самом деле тварь эта Долли Остеррайх!

«Смоляные ямы Ла-Бреа» представляли собой водоёмы — порой весьма значительной глубины, — заполнявшиеся на протяжении многих тысячелетий природным битумом. Многие из этих водоёмов сверху заносились песком и листвой, в силу чего становились неотличимы от твёрдого грунта. Животные, проваливаясь в битумную трясину, не имели шансов на спасение. Их туши прекрасно сохранились и ныне стали объектами исследований палеонтологов.

Полицейские не очень удивились откровению бывшего любовника, ибо почти не сомневались в правдивости слов Джона Остеррайха о блудливом нраве невестки.

Хотя рассказ о выброшенном в битумную яму пистолете звучал довольно правдоподобно, никто из детективов не бросился его проверять. Почему? Ну, потому, что сведение счётов между любовниками руками полиции — это дело если и не типичное, то всё же нередкое, такие ребятки и девчатки соврут — недорого возьмут. А во-вторых, для того, чтобы вычерпать битумную яму, надо иметь очень веский повод, поскольку глубины таких водоёмов могут быть и 5 метров, и 10, и 15… Чтобы затеять извлечение тысяч тонн битума, полиции следует иметь причину более вескую, нежели откровения обиженного любовника, который сегодня сказал одно, а завтра передумает и скажет, что пошутил или ошибся.

Столкнувшись с таким отношением полицейских — спокойным и даже равнодушным — Рой Кламб подумал-подумал, да и добавил к сказанному кое-что ещё.

Совсем уж странное!

Он сказал, что пистолетов, вообще-то, было 2 — это были одинаковые револьверы 25-го калибра. Один из них Вальбурга Остеррайх отдала ему, Рою Кламбу, а второй — Джозефу Фарберу (Joseph Farber), другому своему любовнику. Джозефу также надлежало избавиться от револьвера, только он не стал заморачиваться с поездкой в Ла-Бреа, а поступил проще — он закопал пистолет на заднем дворе своего дома.

На вопрос полицейских: «Кто такой Джозеф Фарбер?» — Кламб просто ответил, что это сосед Долли, живущий через два дома от дома Остеррайхов на Норт-Лафайет-парк-плейс. Фарбер был женат, держал интимную связь с вдовой в тайне от жены, и Кламб, в принципе, не видел в нём конкурента. Мужчины вполне доброжелательно общались, и Кламб, по его словам, не хотел втягивать Джозефа в эту историю, но чтобы заинтересовать полицейских, изменил собственное намерение.

Детективы решили проверить сообщение заявителя, благо это было не очень сложно сделать, и отправились к Фарберу. Тот оказался шокирован появлением на пороге дома обладателей блестящих жестяных значков, больше всего мужчина опасался того, что о его интрижке узнает жена. Детективы пообещали сохранить его маленькую тайну в тайне — уж простите автора за этот невольный каламбур, — но попросили подтвердить или опровергнуть историю про закопанный пистолет. Джозеф Фарбер полностью подтвердил рассказ Роя Кламба и отвёл полицейских к тому участку заднего двора, где около полутора лет назад закопал револьвер 25-го калибра, полученный от Долли Остеррайх.

Поработав немного лопатами, детективы буквально в течение 10 минут обнаружили интересующую их улику. Эта находка заставляла совсем иначе оценить сообщённую Кламбом информацию.

Теперь следовало провести розыск в районе Ла-Бреа.

Департамент полиции Лос-Анджелеса нанял бригаду из 10 человек, которые в течение недели вычерпывали указанную Роем Кламбом битумную яму. Удача, как известно, любит упорных, и труд черпальщиков, в конце концов, оказался вознаграждён.

Так, в распоряжении полиции оказалось аж даже 2 одинаковых револьвера, подобных тому, выстрелами из которого в августе 1922 г. был убит Фред Остеррайх. Что далее?

А, в общем-то, ничего. Оба револьвера оказались безнадёжно испорчены ненадлежащими условиями хранения. Их состояние оказалось настолько плохим, что из них невозможно было произвести даже по одному контрольному выстрелу. Хотя следует сразу пояснить, что в 1924 г. ещё не был создан сравнительный микроскоп, без которого корректная баллистическая экспертиза немыслима, поэтому если бы даже контрольный отстрел удался, то всё равно ценность последующего сравнения выпущенных пуль с пулями, убившими Фреда Остеррайха, была бы околонулевой. В те времена баллистическая экспертиза давала оценки весьма приблизительные — криминалист мог взвесить пулю, установить её калибр, в лучшем случае назвать тип патрона и его производителя и… пожалуй, на этом всё. Хотя некоторые «эксперты» уверяли, что могут надёжно идентифицировать конкретное оружие по выпущенной из него пуле, все заявления такого рода следует признать антинаучными.

Окружная прокуратура, изучив показания Кламба и Фарбера, а также обнаруженные револьверы, пришла к выводу, что на основании этих материалов обвинить Долли Остеррайх в убийстве мужа [или в соучастии убийству] невозможно.

Возобновлённое было расследование приостановили и тихонько положили под сукно. До лучших, так сказать, времён.

Фред Остеррайх думал о людях хорошо и пренебрегал собственной безопасностью. За что и поплатился…

Лучшие