Лопающиеся орехи - Алекса Райли

Алекса Райли

Лопающиеся орехи

Внимание!

◈ Автор: Алекса Райли

◈ Книга: «Лопающиеся орехи»

◈ Содержание: 4 главы

◈ Переводчик: Александрия

◈ Редактор: Иришка

◈ Обложка: Wolf. A

Переведено для группы «Золочевская Ирина и её друзья»

Мы в ВК: https://vk.com/zolochevskaya_irina

Мы в ТГ: https://t.me/zolochevskaya_irina_and_friends

Текст переведен исключительно с целью ознакомления, не для получения материальной выгоды. Создатели перевода не несут ответственности за его распространение в сети. Любое коммерческое или иное использование, кроме ознакомительного чтения, запрещено.

Приятного прочтения!

Глава 1

Клара

Холодно и дождливо, но на улице все еще лежит снег. Сегодня канун Рождества, поэтому я предполагала, что погода будет ужасной, но это грубо. Плохо, что я работаю, но разве это слишком много — просить солнечного света? Я вздыхаю, опираясь подбородком на руку, и смотрю на темнеющую улицу снаружи.

Когда я устраивалась на работу в антикварный магазин, то думала, что буду встречать высокопоставленных клиентов и открывать для себя уникальные сокровища. В действительности же я занимаюсь сортировкой ненужного хлама, который члены семьи вываливают на нас после чьей-то смерти. Это гораздо менее гламурно, чем я себе представляла, но, по крайней мере, позволяет оплачивать счета. Ну, большинство из них. Не буду думать о куче студенческих долгов, которые мне еще предстоит погасить, или о долге по кредитной карте, который постоянно растет, как бы мало я ею ни пользовалась.

Настроение сегодня полностью соответствует погоде, и мысли навевают тоску и уныние. Наверное, потому что завтра Рождество, и я знаю, что проведу его в одиночестве в своей крошечной квартирке с миской рамена. Как бы скучно здесь ни было, по крайней мере, мне есть чем заняться. Дома я буду смотреть на стены и мечтать о жизни, которой нет. О рождественском празднике, муже, который меня обожает, и подарках под елкой.

Звонок над дверью заставляет вернуться к реальности.

— Здравствуйте? Кто-нибудь здесь есть? — раздается женский голос со стороны входа в магазин. Я вовремя выпрямляюсь и вижу, что она несет в руках огромную коробку.

— О, Боже, давайте я Вам помогу, — говорю я, обходя стеклянную витрину, которую мы используем в качестве прилавка, и забирая коробку у маленькой женщины.

— Спасибо. Это оказалось сложнее, чем я думала.

Женщина небольшого роста, с темными волосами и в светящемся рождественском свитере с надписью «Веселая мама-задница».

— Нет проблем. Для этого я и здесь, — я улыбаюсь ей в ответ, а затем киваю в сторону коробки. — Вы хотите пожертвовать или продать?

— Хм, может, продать? — она проверяет часы, а затем кивает на коробку. — Эти вещи принадлежали моей двоюродной бабушке. Она умерла в начале этого года, и я нашла это, когда доставала рождественские украшения.

— Я так сожалею о вашей потере.

Мое сердце сжимается. Не представляю, каково это, ведь, насколько я знаю, у меня нет семьи. Я выросла в детском доме, поэтому у меня нет возможности узнать наверняка. Я выросла в окружении людей, но у меня нет никого, с кем бы я была близка.

— Спасибо, но это было ожидаемо. Ей было сто пять, в конце концов.

Когда мои глаза расширяются, она озорно улыбается.

— Она никогда не была замужем, и у нее не было детей. Возможно, именно это и помогло ей оставаться такой молодой все эти годы.

Смех, который вырывается у меня, неожиданный.

— Простите, — я закрываю рот рукой, чтобы прикрыть его, но она отмахивается от меня.

— Ерунда. Мужчины — это стресс, а дети — дело неблагодарное. Как вы думаете, почему я здесь, а не дома, где полно народу?

— Я понимаю, что вы имеете в виду.

Я всю жизнь мечтала о семье, но, думаю, если бы семья, которая у меня была, оказалась ужасной, то тоже не хотела бы быть рядом с ними.

Она пожимает плечами, как будто такова природа жизни.

— Все в порядке, я использовала это как предлог, чтобы получить передышку. Я уже отдала или продала большую часть ее вещей, но каким-то образом эта коробка оказалась вместе с нашими рождественскими вещами. Кроме вас сегодня ничего не работает, так что я здесь.

— И вот вы здесь, — стараюсь не думать о том, что я единственная работаю в канун Рождества, но не то чтобы мне не нужны были деньги. — К сожалению, хозяин не работает на этой неделе. Он единственный, кто может оценить вещь или предложить ее купить.

— Ну, тогда все просто, — она смотрит на коробку, затем проверяет часы. — Как бы мне ни хотелось возвращаться, в духовке окорок, так что, пожалуй, я пожертвую.

— Вы уверены? Он вернется на следующей неделе, и я уверена, что он будет рад...

— Я уверена, — говорит она и прижимает крышку коробки. — Это все ваше.

— Вам нужен документ о получении?

— Нет, все в порядке. Счастливого Рождества, — говорит она через плечо, и не успеваю я оглянуться, как колокольчик над дверью звякает, и женщина уходит.

— Счастливого Рождества, — говорю я себе и пустому магазину.

Уолтер, владелец магазина, не любит, когда я что-то покупаю раньше него. Мне кажется, он думает, что я найду что-нибудь ценное и украду. По правилам, все пожертвованное должно отправляться в подсобку, где он сможет оценить его стоимость. Как только вещь будет выставлена на продажу, я смогу воспользоваться своей десятипроцентной скидкой для сотрудников и купить ее. За все годы, что я здесь работаю, такое случалось ровно ноль раз. Если кто-то приносит что-то ценное, Уолтер оставляет это себе или закладывает. Чаще всего это полный хлам, и нам приходится его выбрасывать.

Эта женщина была единственным покупателем за весь день, а мне еще нужно убить пару часов. Сегодня канун Рождества, и мне до смерти скучно, так что то, чего Уолтер не знает, не причинит ему вреда.

Я обхожу стеклянный прилавок и сажусь на табурет, прежде чем открыть коробку. Когда поднимаю крышку, из нее летит пыль, и я отмахиваюсь от нее, откашливаясь. Сверху лежит фотоальбом, но, видимо, он не понадобился хозяйке. Это было бы первое, что она увидела, когда заглянула сюда, так что не похоже, что она могла его пропустить.

Перевернув первую страницу альбома, я вижу фотографию молодой девушки, под которой стоит надпись: «Элоди, десять лет». С каждой страницей девочка становится старше, и я понимаю, что это, должно быть, ее двоюродная бабушка. Каждая страница — это начало нового года, и со временем она отправляется в путешествие по