Реквием - Аделин Хамфрис

Аделин Хамфрис

Реквием

Дорогой читатель.

После всего, через что прошли эти персонажи, я хотела, чтобы их финал был заслуженным.

Я хотела, чтобы вы могли сидеть рядом с Джудом, пока он пробивается обратно к себе. Держать Эмму за руку, когда ей страшно. Смеяться с Майком и Хизер, скорбеть вместе с ними, когда мир рушится, и праздновать, когда они находят путь сквозь тьму.

Больше всего я хотела, чтобы у вас был шанс вздохнуть. Эта концовка приносит покой моему сердцу, и я надеюсь, что она принесёт его и вам.

Эти персонажи жили в моём сердце долгое время, но правда в том, что истории становятся чем-то особенным только тогда, когда их разделяют с другими. То, что вы взяли в руки «Диссонанс», перевернули первую страницу и решили остаться с этими героями через все триумфы, разбитые сердца, ошибки и вторые шансы, значит для меня больше, чем я когда-либо смогу выразить словами.

Спасибо, что поверили в них. Спасибо, что полюбили их.

Со всей моей благодарностью и любовью,

Аделин Х.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ О СОДЕРЖАНИИ

Эта история исследует любовь в самых хрупких её проявлениях — наряду с горем, зависимостью, травмой и сложными способами, которыми люди пытаются выжить в боли.

На этих страницах вы встретите темы, которые могут оказаться тяжёлыми для некоторых читателей, включая:

Психологическое насилие

Травма и восстановление от зависимости

Похищение / плен

Торговля людьми и эксплуатация

Проблемы с психическим здоровьем / суицидальные мысли

Преступность / насилие / кровавые сцены / сексуальные сцены

Сексуальное насилие (подразумеваемое, за кадром, не с главными героями)

Угрозы в адрес близких

Тяжёлые ранения / медицинская травма

Эти элементы включены не легкомысленно. Они являются частью истории, которая стремится показать реальность любви к человеку, который страдает. Поступки главного героя разбивают сердце, а его реальность жестока.

Пожалуйста, заботьтесь о себе во время чтения. Можно сделать паузу. Можно пропускать разделы. Можно отложить книгу и вернуться, когда будете готовы — или не возвращаться вовсе.

Если эта история вызывает у вас тяжёлые эмоции, вы заслуживаете поддержки за пределами этих страниц. Вы не слабы, если вам нужна помощь. Вы человек.

Ваше благополучие важнее, чем завершение любой книги.

Глава 1

ДЖУД ГРЕЙВЗ

Блядь. Что-то не так.

Мне так жарко, рубашка влажная и липнет к телу, будто меня протащили через грёбаное болото и оставили сохнуть. Руки не перестают трястись, дрожат так, будто тело пытается разорвать себя изнутри.

Нет дозы.

Язык скользит по нёбу пересохшего рта. Сколько прошло времени? Время зацикливается. Я не знаю — сколько…

Я не знаю, спал я, терял сознание или умирал на несколько минут и возвращался. Неужели это наконец случилось?

Моё сердце наконец сдалось? Меня… освободили?

На мгновение я не открываю глаза. Я лежу, дыша через нос. Голова тяжёлая, мышцы подёргиваются мелкими, хаотичными рывками, которые даже не кажутся моими. Нога болит. И под всем этим, с каждой секундой всё хуже…

Ломка. Блядь. Блядь, Алексей. Этот тупой ублюдок.

Желудок скручивает, тошнота поднимается быстро, и когда я шевелюсь, раздаётся внезапный металлический лязг. Звук пугает меня, и глаза распахиваются. Тёмные коричневые доски тянутся по потолку надо мной — совершенно незнакомые. Я моргаю раз, ожидая, что они снова превратятся в треснутый бетон и жужжащие люминесцентные лампы, но этого не происходит.

Вспышка белого разрывает зрение, я морщусь. Я моргаю сильнее, но она не исчезает полностью. Она просто… накладывается слоями.

Дерево. Бетон. Прошлое. Настоящее.

Я не знаю, в каком из них я нахожусь.

Я приподнимаюсь, и у меня падает желудок, когда я смотрю вниз и вижу стальные наручники на запястьях, соединённые цепями, прикрученными к стене по обе стороны от меня. Я прикован к кровати? Когда это случилось? Справа есть ванная, до которой я могу дотянуться, к счастью.

— Господи…

Мой голос звучит хрипло, будто я кричал. Я не помню, чтобы кричал. Чёрт, я вообще ничего не помню. На долю секунды комната мерцает, дерево перетекает в серый цвет. Влажный воздух заполняет лёгкие, густой от плесени и медного запаха крови, впитавшейся в бетон.

Я чувствую вкус крови.

Я снова здесь. Я бьюсь против цепей с слепым, отчаянным желанием выбраться, прежде чем он снова начнёт причинять мне боль.

Не надо. Пожалуйста, держись от меня подальше…

— Успокойся.

Я замираю. Это не его голос. Не Эрика. И даже не Айдена.

Подожди… Айден же мёртв, да?

Да, я застрелил этого ублюдка.

Моя голова дёргается, сканируя, и именно тогда я вижу мужчину, сидящего рядом с кроватью. Всё моё тело вздрагивает. Я не слышал, как он вошёл. Даже не чувствовал его присутствия.

Как долго он за мной наблюдает? Почему он за мной наблюдает?

Он наклоняется вперёд, локти на коленях, поза небрежная, но его яркие голубые глаза сосредоточены. Чёрные волосы падают на лоб, слегка растрёпанные, но всё остальное в нём безупречно.

Мои губы инстинктивно кривятся, как у дикого зверя, мышцы напрягаются, несмотря на оковы, будто я могу броситься, даже если не могу. — Ты…

Слово застревает, и воспоминание врезается в меня.

Музыка пульсирует в черепе, свет разбивается на осколки. Бальный зал, движущиеся тела…

Лицо. «Заказ песни?»

Медово-карие глаза. Но её волосы другие.

Нет. Тебя здесь не может быть. Уйди. Я ненавижу тебя, блядь.

Моё зрение мерцает, её волосы меняются, цвет перетекает туда-сюда. Я не узнаю её… но узнаю. Я несколько раз дёргаю головой в стороны, пытаясь прояснить мысли.

Мои руки сжимают её горло.

Я вздрагиваю, будто меня снова ударило током, пальцы судорожно сжимают матрас. Её глаза широки от ужаса, она смотрит на меня так, будто тоже не узнаёт.

Я убиваю её.

Я, блядь, убиваю её.

— Остановись… — Слово вырывается шёпотом. Позади меня крики. Голос, пробивающийся сквозь всё, что кричит внутри и снаружи меня.

Майк.

В моей руке пистолет. Я наставляю его на него. Какого хрена…

Затем я вижу мужчину у кровати, и звук выстрела разрывает всё на части.

Мой взгляд падает на ногу, дыхание перехватывает при виде толстых бинтов ниже колена. Ткань затвердела от запёкшейся крови, под ней пульсирует глубокая боль.

Пуля. Затем игла, которую он воткнул в меня.

Тёмная вспышка ловится на краю зрения, она мерцает в стене. Моя голова резко поворачивается к ней, но там ничего нет. Я вдыхаю, и