Спасенная демоном. Становление личности - Вилли Энн Грей

я больше и больше понимала, насколько же я наивная дурочка и что мой герой не придёт. На меня накатывала апатия. Но потом пришёл Витор, закрыл мне глаза руками и повёл в столовую. В груди загорелась надежда. Мы зашли в большой зал, я увидела красивый огромный торт и упакованные подарки на столе. В помещении кроме меня и Витора находились лишь две служанки, престарелая и добрая Ирма и вечно улыбчивая, рыженькая, как солнышко Кристина. Рена не было. Слезы разочарования начали сдавливать горло.

– Он не придёт? – Тихо прошептала я.

– Нет – так же тихо сказал Витор – но он прислал подарок и письмо.

Стараясь не подать вида о том, как же мне больно и обидно, я улыбнулась служанкам, ставшими мне за пять лет почти родными, обняла их и поблагодарила за подарки. Во время праздничного ужина я старательно делала вид, что все отлично, и что я очень рада и счастлива. Но когда разрезали торт, волна чувств и воспоминаний вновь навалилась на меня, я почувствовала, как слезы отчаяния и обиды начали вновь сжимать горло, рискуя пролиться. Потому я вежливо извинилась, сказала, что устала, взяла с собой торт и ушла в комнату.

Как только зашла в комнату и закрыла за собой дверь, я позволила себе расслабиться, без сил села на кровать и начала плакать. Слезы душили, разрывали душу. Это была настоящая истерика, я всхлипывала, захлебываясь слезами, дыша через раз. Когда слезы чуть-чуть успокоились, в комнату тихо постучали, и хоть я не готова была никого видеть, дверь распахнулась, и уверенным шагом вошёл Витор. Вечно хмурый демон подошёл к моей кровати, молча сел рядом, крепко прижал меня к себе и начал гладить по голове. Я даже немного опешила от такого, ведь раньше он никогда не проявлял нежности по отношению ко мне, вечно хмурый и холодный. Между нами, всегда была стена, несмотря на то что мы много времени проводили вместе каждый день.

– Ну чего ты раскисла, малышка. Все будет хорошо, не сомневайся.

– Почему он не пришёл? Что я такого сделала, что он меня бросил – сказала я в слезах, впервые позволяя себе слабость, раскрываясь перед Витором.

– Ты? Сделала? – кажется демон был немного в шоке от моего вопроса – он не сказал? Ничего тебе не сказал? Но я думал…

– Что не сказал? – захлебывалась я слезами обиды.

– Ты ни в чем не виновата. Началась война и его призвали, это его обязанность, как младшего принца и генерала.

Услышав новости, я сначала почувствовала облегчение и даже невольно улыбнулась, он меня не бросил, я ни в чем не виновата. А потом до меня начали доходить слова, сказанные Витором. И положительные чувства как волной смыло.

– На войне? Он сейчас на войне? – прошептала я еле двигающимися губами. Шок и ужас настигли меня – там же убивают. О войнах я много читала, это была часть моего домашнего образования. Война – это боль, страдания и смерть. Вот что я поняла из этих самых книг. Сердце сжалось от страха за моего любимого принца. А что, если его убьют? Что если покалечат? Нет, лучше бы он все же просто ушел из-за обиды. Теперь я буду ждать его еще более преданно. Ждать и молить Великого Демона о спасении дорого мне человека. Наверное, все эти мысли отразились на моем лице, потому что Витор обнял меня еще сильнее.

– Не беспокойся птенчик, он у нас сильный, он справится – он специально назвал меня так же, как называл Рен, чтобы успокоить – кроме того, он за свою жизнь уже столько войн прошёл, о скольких ты даже не читала.

Я сразу почувствовала себя маленькой истеричкой. Но он действительно успокоил меня немного.

– Знаешь, ты похожа на мою дочурку. Такая же маленькая, но упрямая – на его губах проскользнула улыбка, а в глазах грусть.

– У тебя есть дочь? Но почему она не тут? Почему я с ней не знакома, она, наверное, очень скучает без папы.

– Это я скучаю без неё, птенчик. Очень скучаю – на его лице отразилась такая тоска, что у меня сердце сжалось. Никогда я ещё не видела своего учителя таким вот, грустным, эмоциональным. Вообще не думала, что он способен хоть на какие-то эмоции

– Ну так скажи Рену! И забирай её сюда, он точно не будет против. Вы же друзья. Да и Рен самый добрый – сказала я эмоционально.

– Рен? Добрый? – грусть демона сменилась искренним смехом – разве что с тобой, малышка.

– Ну и ладно, не хочешь, так я сама скажу, как только он вернётся. Мы наверняка с ней подружимся – упрямо сказала я. А на лице Витора опять появилась грустная, снисходительная улыбка.

– Подружились бы, обязательно подружились бы. Но, к сожалению, это невозможно. Она уже давно не в этом мире, как и её мать.

Тяжёлое молчание повисло в воздухе. Я не знала, что сказать. Эта правда меня ошарашила. У Виктора, этого хмурого большого демона когда-то была семья, и они погибли. Может быть поэтому он всегда такой, грустный, холодный и отстраненный. Наверняка так и есть, видно, что боль его все ещё не отпустила. Но что сказать, как его поддержать, облегчить страдания, я не знала.

– Возможно они в лучшем мире, и там им хорошо, когда-нибудь вы обязательно увидитесь. – прошептала я, гладя успокаивающе его по руке.

– Так и есть, малышка, так и есть. Ты так на неё похожа, очень. Я никогда не дам тебя в обиду. Никогда. Дочь не уберег, а тебя обязательно уберегу. Только не плачь больше – он обнял меня очень крепко и нежно гладил своей огромной лапищей по волосам. От этого становилось так тепло и спокойно. Грустные мысли начали отходить на второй план. Рен вернётся, точно вернётся, целый и невредимый, а теперь у меня есть ещё и Витор, отец, которого никогда не было.

– Такс, а теперь давай кушать торт. И ты не распаковала подарок от Рена!

И в самом деле, я так была расстроена тем, что он не пришел, что совсем забыла про подарок. Разорвав бумагу, я аккуратно открыла маленькую коробочку. Там внутри лежал потрясающей красоты кулон. Золотая цепочка, а к ней филигранно прикреплен прозрачный, с легким белым оттенком камень, формой похожий на слезу. От камня исходило тепло, и он как будто бы светился. Никогда такой красоты не видела. На душе сразу стало как-то уютно, и почему-то показалось, что от кулона веет энергией Рена, как будто