Спасенная демоном. Становление личности - Вилли Энн Грей

– Прости. Я не справилась, подвела тебя – прошептала она хриплым, воспалившимся голосом. На лице читалась такая грусть и расстройства, что я не выдержал. Прижал её к себе крепко и не прекращая водить по волосам, нежно прошептал:

– Тише, тише, малышка. Ты ничего не могла сделать, Лирия сильный демон. У тебя не было шансов. Но ты умница, самый настоящий боец, боролась до конца. Всё будет хорошо, она тебя больше не тронет. Я защищу, всегда защищу, мой маленький птенчик.

Девочка так растрогалась, что обняла меня в ответ, прижимаясь, как маленький котенок ко мне всем телом. А потом неожиданно поцеловала меня в щеку.

Глава 6. Рен

Это было странно и неожиданно, вроде наивный, милый, детский поцелуй. Но он вызвал какие непонятные эмоции, появилось чувство что, что-то неправильно. И я резко отстранился от ребёнка. Решил, что лучше проигнорировать мимолетное помутнение и не думать ни о чем. Я пошёл спать, пожелав малышке спокойной ночи, убедившись, что с ней все хорошо.

А на следующий день все забылось, как только я получил письмо с линии фронта об обострении ситуации с соседним государством – орчьей державой Ормандией. Отношения с орками у нас давно очень напряжённые, они очень упрямый и боевой народ. Порой туповатый и прямолинейный. При этом они очень сильные и безжалостные воины. Если будет война с ними, то она будет жестокой и кровавой. Надеюсь, что не долгой, в конце концов мы превосходили их по численности и у нас было множество сильных магов, в отличие от соседей, у которых рождались лишь низко- и средне-одаренные шаманы. Но они практиковали давно запрещенную в нашей державе магию жертвоприношений, а также магию боли и страха – «Вуду», тем самым повышая свои способности. Это была одна из причин, почему у нас с ними постоянно были конфликты, а жителям Элло настоятельно не советовалось пересекать границы государства соседей. Второй причиной было то, что они жуткие засранцы, уважающие исключительно силу и готовые бросить вызов даже другу в случае обиды. Они дрались до смерти по поводу и без, буквально съедали своего соперника после выигранной дуэли. Считали, что если съесть сердце врага, то заберёшь его силу. Абсурдное утверждение.

В общем несмотря на то, что открытой войны у нас не было, все же на границах постоянно дежурили боевые отряды, а орки периодически делали набеги на наши деревни, убивая мужчин и детей, забирая себе женщин. Но мой отец, король игнорировал все это, считая, что война принесёт ещё больше проблем и разрушений, а те, кто боится за свою жизнь волен переехать в регион подальше от границ. В принципе, он был прав, но это было лишь дело времени, когда война все-таки начнётся. Достаточно было лишь одной искры, чтобы это произошло.

И вот, время пришло. По крайней мере, такой вывод сделал я, получив утреннее письмо. Сын вождя орков, бесстрашный и безумный Риррах участвовал в последнем нападении на мирные деревни нашего государства, и был убит вовремя прибывшими солдатами Империи. Наверняка это станет той самой искрой, чтобы Ормандия объявила войну Империи демонов. И вроде бы они должны понимать, что проиграют, и что погибнут многие, но жажда крови, традиция мести и жестокость жила глубоко в их сердцах и душах. Они воевали не ради свободы, не из-за необходимости или жажды власти, а ради удовольствия, как бы жутко это ни звучало.

В этой ситуации радовало только одно, мы давно ждали подобного исхода и готовились к войне, наращивая боевую мощь и обучали солдат.

Я был не просто младшим принцем своего государства, но и высококвалифицированным военным. По традиции старшего принца готовили к управлению страной, экономической и политической её частью, а младшему доставалась участь военного, главного полководца страны. Сделано это было по двум причинам, во-первых, жизнью будущего короля рисковать никак нельзя было, а на войне всегда опасно и непредсказуемо. Но при этом было важно держать военную мощь в руках императорской семьи, а не в руках совета. Во-вторых, чтобы ограничить притязания младшего на трон, чтобы не началась братская борьба. Ведь если младшего не обучать всему тому, что должен уметь король, то с должностью он не справится, а значит пытаться захватит власть не будет, да и совет не поддержит такого претендента. Довольно спорные утверждения, на мой взгляд, но я не рвался к власти и поэтому не собирался всем доказывать, что они не правы. Кроме того, я чувствовал себя на войне и в бою как рыба в воде, поэтому меня все устраивало в нынешнем положении вещей.

Дочитав письмо, я сразу же отбыл в военный лагерь, где проживали офицеры, находящиеся в настоящее время на службе. Следующие два дня я бесконечно проводил собрания генералов и готовился к тому, что грядет. Это будет не первая моя война, но наверняка одна из самых жестоких. Все мои мысли были поглощены стратегией будущих боевых действий. Эти два дня я не виделся с Бель, предварительно дав задачу Витору продолжать её тренировки вместо меня и объяснив план обучения в случае, если я буду вынужден срочно пропасть на неопределённый срок.

Меня отвлек вызов отца, с приказом посетить главный дворец. В принципе это было ожидаемо, но немного рановато, я не успел подготовить стратегию до конца, чтобы ее презентовать. Ладно, не важно, я и так собирался в ближайшее время туда прибыть.

Каково же было моё удивление, когда речь на встрече с отцом и братом пошла совсем не о войне.

– Ты оскорбил и унизил леди Зайферт – сказал отец утверждая, а не спрашивая. Брат стоял позади него и то ли злорадствовал, то ли злился.

– Она сама виновата – сказал я, удивившись такому развитию разговора

– САМА ВИНОВАТА? – рявкнул брат – ты, кажется, забыл чья она дочь. Герцог не просто член совета, он его почти что возглавляет! Ты представляешь, что будет, если он узнает. Хотя, наверняка он уже знает.

– Боишься, что заберёт у тебя власть? – сказал я со скептической издевкой – вряд ли у него выйдет.

Мой брат разве что кипеть не начал, но надо отдать должное, выдержка у него была даже получше моей.

– Ты же понимаешь, что она из очень знатного рода и мы рассматриваем вариант брака между Шейном и Лирией? – Безэмоционально сказал отец.

– Ну если Шейн готов довольствоваться второсортным товаром,