Границы (без)опасности - Рейн Уайт

В трубке послышались короткие гудки – он отключился. А я осела на пол, крепко стискивая в пальцах телефон. Весь ужас внезапно выплеснулся наружу, я охнула, тело сотрясла крупная дрожь, такая сильная, что даже зубы застучали. Из головы вылетели все мысли, в мозгу пульсировала паника.

Это правда? Это правда? Это правда?

Пиликнул телефон. Я медленно опустила голову, с трудом разжала пальцы, открывая сообщение: «Ул. Речковского, д. 18, через два часа».

Речковского? Где это? Не знаю такую.

Было плохо, было ужасно, просто отвратительно, но я доползла до дивана, на котором стоял ноутбук, вывела его из сна и открыла карту, скачанную еще в день приезда. Пальцы едва попадали по клавишам, но я сумела ввести: Речковского, восемнадцать. И уставилась на экран, мгновенно отобразивший узкую извилистую улочку и россыпь маленьких домиков на самой окраине города. Посмотреть, как оно выглядит вживую, без Сети было невозможно, но примерное нахождение стало известно.

Итак, меня пытаются заманить в самую глушь. Угрожая при этом Стасу. Что делать?

Я свернулась на диване клубочком, оттолкнув в сторону ноутбук, и попыталась привести в порядок мысли и дыхание. Легким катастрофически не хватало воздуха, казалось, я близка к панической атаке. Но нет, нельзя паниковать. Нужно думать. Думать!

Постепенно дыхание все же восстановилось. Я перекатывала в голове факты и старалась мыслить логически. Итак, какова вероятность того, что Стаса действительно поймали? Оптимально? Пятьдесят на пятьдесят. Либо поймали, либо нет. Каким бы крутым и сильным он ни был, завалить можно любого человека, особенно когда он этого не ожидает, а Вероцкий явно не ожидал, что напасть могут на него.

И все же… вдруг он вернется? Вдруг я сейчас панически кинусь собираться, рвану в лапы настоящему маньяку, а он вернется? Телефон могли и украсть, голоса Стаса я не слышала. Более того, если этот козел знает наш адрес, почему давно уже не заявился сюда? Зачем заставляет меня самостоятельно приехать? Любит командовать или на самом деле просто ничего не знает? Но откуда тогда у него телефон Стаса?

Вопросы, вопросы, вопросы. Но здесь определенно что-то нечисто.

Я глубоко вздохнула, собралась с силами и села. Бросила взгляд на экран ноутбука – до назначенной «встречи» ровно час сорок. Итак, Регина, хватит распускать нюни. Времени осталось мало, а тебе нужен план. И желательно, чтобы в нем были учтены даже малейшие детали. Серж всегда говорил, что ты умная, ты стратег. Так докажи это!

– 82—

Стоило немного успокоиться, как мозг мгновенно мобилизовался и собрал воедино все кусочки мозаики, подкидывая мне идеи для плана. Помогая решить, рисковать или нет, оставаться дома или следовать приказам.

Что ж…

Во-первых, через двадцать минут я была морально готова все же выдвигаться навстречу опасности. А виной всему неискоренимые мысли о Стасе. Вдруг его действительно схватили?

Конечно, сам телохранитель пресек бы план на корню, запретил выбираться из квартиры и потребовал бы срочно сбегать подальше отсюда. Вызывать такси и мчаться к Лерке (если готова ее подставить), в гостиницу, где меня точно не достанут, или даже обратно домой, под крыло его суровой матушки и напарника, который должен будет защищать клиентку в случае, если Стас временно отойдет от дел. Ему передавалась информация обо всех наших передвижениях и угрозах.

Но кем я буду, если струшу? Если не попытаюсь спасти мужчину, в которого успела по уши влюбиться?

Сердце кольнуло при мысли, что я так и не решилась сказать ему всего три слова. Тогда, в запале, выплюнула что-то косвенное, а теперь не могла признаться честно. Я. Тебя. Люблю. Разве так сложно?

Сложно. Но я обязана сказать их ему, даже если для этого придется самой прийти в лапы настоящего маньяка-извращенца. Нет, я не лелеяла надежду, что звонивший сразу же отпустит Стаса, как только я явлюсь. Скорее он прибьет нас обоих, но ведь и я не лыком шита! Придумаю, как действительно можно выторговать жизнь телохранителя. Если он там, конечно же.

Отсюда выходило «во-вторых»: он может быть и не там. Но рисковать я не могла, так что выбрала самый оптимальный вариант – ждать до последнего. Такси может домчаться до нужного места за полчаса, пробок сейчас нет, так что подъезжать будет еще минут пять. Итого за тридцать пять минут до назначенного времени я вызову такси. Не раньше! А до тех пор буду собираться и терпеливо ждать в надежде, что Стас все же объявится. Это, конечно, было бы лучшим исходом.

В-третьих, Стас может все же быть не у маньяка, но приехать позже. Мало ли что задержало? В таком случае я уже успею уехать «на встречу», буду в опасности, и волноваться придется уже телохранителю.

Лучше всего, если он будет знать, где я. На мобильном забиты еще два номера, Сержа и Вениамина… идеально было бы предупредить Веника, но сообщать никому нельзя: раз маньяк знает мой номер, то он может спокойно отследить, кому и зачем я звоню. Да, возможно, это паранойя, но деньги сейчас многое делают, а у моего преследователя они явно есть.

Значит, сообщать стоит непосредственно Стасу или тому, кто решит нас искать здесь, в квартире. И сообщать так, чтобы телохранитель, если он не попался, ни за что не пропустил послание.

Идея пришла мгновенно и в жизнь воплотилась самым быстрым и простым способом – запиской, прикрепленной к стене прямо напротив входа. Да, ее могут увидеть и другие, мой злодей в том числе, если решит на всякий случай обшарить квартиру (хотя я все же сомневалась, что он знает правильный адрес), но зато это самый бросающийся в глаза вариант.

В-четвертых, раз меня в который раз за последние недели называют шлюхой, нужно поддержать этот образ. Не стесняться, не показывать, что боюсь, не дергаться. Я должна вытащить из глубины души хищницу, должна выглядеть идеально и вести себя нагловато. И так сглупила, когда разговаривала по телефону как настоящая жертва. О нет, жертва здесь – мой преследователь. По крайней мере, если попадусь, придется показать ему, что это именно так.

В-пятых, я просто обязана не попасться. Ввалиться к этому маньяку в дом/на склад/в машину (или где там он будет меня встречать) как на праздник жизни и выдвигать свои условия. Наглость – второе счастье. Попробуем хотя бы первые минуты повернуть в свою пользу ради нее. Чего там от меня хотели? Секса? Отлично, возьмем нахрапом, сделав вид, что