Фон-барон для Льдинки - Анна Аникина

встретились, так и совсем младше. Пятнадцать всего. И я вам малость завидую. Мне вот в семнадцать-восемнадцать не встретилась такая любовь. Но любви для жизни, как выясняется, маловато. Хотя она и главный двигатель. Я в это по-прежнему верю. А "рай в шалаше" - недолгое удовольствие.

- Я понимаю, нам надо учиться.

- Надо. И тебе, и ему. Не только, чтобы деньги потом как-то зарабатывать, хотя, кажется, у будущего барона фон Ратт с этим проблем не будет, а ещё чтобы интересно было. Чтобы было, что обсуждать, куда стремиться.

Тори про то, что Алекс - будущий барон фон Ратт впервые вот только в этот момент задумалась. До этого в голову не приходило. Для неё он действительно про "рай в шалаше". Ничего другого не надо, кроме него самого.

"Я скучаю по тебе", - отправила сообщение Алексу.

И только когда увидела, что оно прочитано, пожалела, что написала именно это. Разве так ему легче? Ведь он далеко от дома. И учёба там не проще школьной. А она травит душу своими сообщениями. Но, с другой стороны, не демонстрировать же равнодушие. Так ведь не будет лучше. Он не должен сомневаться в ней. И любовь должна давать силы, а не отнимать.

В поезде Алекс разглядывал экран телефона. Там было много фотографий этого бесценного лета. Каждый кадр - момент, который он будет обязательно помнить всю жизнь.

Оторвать себя от Москвы, от дома и от Тори в этот раз оказалось почти непосильной задачей. Док понимающе молчал. Потом не выдержал - ушёл за чаем, достал из рюкзака дяди-Федины пироги.

- Давай, сиятельство, ешь. А то ты зелёный. А морякам зелёными быть не положено.

- Мне кажется, что для тебя основным критерием выбора девушки будет умение готовить, - Алекс всё же взял пирожок, хотя еда не лезла. Было тоскливо и муторно.

- С чисто практической точки зрения не вижу в этом ничего плохого. Твоя девушка, чтоб ты знал, готовит весьма прилично. Но кормила пока только меня, - дразнился Игорь, пытаясь хоть чуть-чуть развеселить Алекса.

- Жрите, Доктор, пока есть возможность. На правах старшего брата, разумеется.

- А Вы, Барон, на каких правах жрать собираетесь? В перспективе, разумеется.

- Это ты меня сейчас про серьёзность намерений хочешь спросить?

- Да не сомневаюсь я в твоих намерениях. Я в скорости осуществления сомневаюсь. Оно тебе надо в восемнадцать лет - такой воз на шею.

- Док, ты бы ел, пока я тебе по этой самой шее...

- А что ты завёлся? Можно подумать, тебя самого это не волнует.

- Волнует, Док. И чую кормой, стоит нам прибыть в училище, как мои морские перспективы начнут проясняться со страшной силой.

Глава 98

В училище Алекс неожиданно почувствовал себя очень взрослым. Пацаны прибыли с каникул и вели себя, как подросшие щенки - затевали потасовки, толкались, ржали над пошлыми шутками друг друга, смотрели фотографии. Офицеры-воспитатели даже не пытались разогнать всех по кубрикам после отбоя. Всё равно без толку.

- Ромео, ты-то живой? Бодровский тебя ещё не закатал под палубу? - Игорь безмятежно вытянулся на койке, и без замеров обнаружив, что вырос за лето.

- Грозился. Говорил, что у меня ещё женилка не выросла. Ну и всякое такое. Нику там отдельно Алла воспитывала. Но мы с Никой уже всё решили. Восемнадцать исполнится - женимся. Чтобы без проблем. В принципе, уже сейчас можно. Но в опеку надо писать заявление. И уважительная причина нужна. Мы тут летом аж думали, что всё - беременные. Но фальстарт.Только какой из меня муж из казармы, - Никита Комиссаров погасил свет в кубрике и тоже улегся.

- Что, не нужно разрешение родителей? - не выдержал Алекс.

- Оп-с, Барон, а ты что, теперь лицо заинтересованное? У вас появилась le femme? - Комиссаров аж подскочил, - И кто она? Я её знаю? Тебе ж, наверное, по рангу только немецкие аристократки?

- Это моя сестра,