Лилии для Эмилии - Екатерина Мордвинцева

Надевать его было волнительно. Шёлк скользил по телу, облегал плечи, талию, бёдра. Я застегнула мелкие пуговицы на спине — они шли от выреза и почти до пояса, оставляя открытой кожу. Повернулась к зеркалу, посмотрела на себя со спины. Глубокий вырез спускался почти до поясницы, открывая позвонки и лопатки. Это было красиво. И смело. Смелее, чем я обычно позволяла себе.

Я надела туфли — они оказались удобнее, чем я ожидала, каблук устойчивый, нога не скользит. Встала перед зеркалом во весь рост.

Передо мной стояла незнакомка. Не Эмилия, дизайнер интерьеров, которая прячет эмоции за профессиональной маской. Не дочь, которая оправдывает мамины ожидания. Не подруга, которая слушает Ленкины истории о любви и делает вид, что ей это не нужно.

Передо мной стояла женщина, которая была готова на риск. Которая шла на свидание с неизвестностью. Которая хотела узнать правду, какой бы она ни оказалась.

Я улыбнулась своему отражению, и оно улыбнулось мне в ответ.

В сумочку я положила только самое необходимое: телефон, помаду, ключи. И карточку с приглашением. Почему-то мне казалось, что она должна быть со мной, как пропуск в этот вечер.

Перед выходом я остановилась у букета лилий. Они всё ещё стояли на столе, увядающие, но всё ещё красивые. Я коснулась лепестка, шепнула: «Спасибо тебе». За то, что всё началось.

И вышла.

Такси я заказала заранее. Машина ждала у подъезда, и, когда я села на заднее сиденье, водитель — молодой парень в кепке — бросил на меня взгляд в зеркало и сказал:

— Красивое платье. На свидание?

Я снова улыбнулась.

— Да.

— Ну, тогда удачи вам, — он завёл двигатель. — В такой-то день грех не верить в чудеса.

— Какой день? — не поняла я.

— Восьмое марта всё-таки. Или вы забыли?

Я посмотрела на календарь в телефоне. Восьмое марта. Тот самый день, когда всё началось. Неужели прошло уже несколько дней? Мне казалось, что целая вечность.

— Не забыла, — тихо сказала я. — Просто… много всего.

— Ну, значит, судьба, — философски заметил водитель. — В такой день и такие дела решаются.

Я не ответила, уставившись в окно. Город проплывал мимо, украшенный вечерними огнями. Витрины магазинов горели тёплым светом, на улицах было много людей — пары, компании, женщины с букетами цветов. Все куда-то спешили, у всех был свой вечер, свои тайны, свои надежды. И у меня тоже.

Машина остановилась у здания, которое я уже видела в прошлый раз. «Весенняя терраса» располагалась на последнем этаже бизнес-центра в центре города. Снаружи это был обычный стеклянный офисник, но внутри, как я слышала, было настоящее чудо — терраса под открытым небом, с видом на город, с живыми деревьями и цветами, с мягкими диванами и приглушённым светом. Место, где назначают свидания, делают предложения и празднуют победы.

В прошлый раз я так и не переступила порог. Сегодня я решила, что войду.

Я расплатилась, вышла из машины и замерла на тротуаре. Дверь в ресторан была прямо передо мной — стеклянная, с золотистой ручкой. За ней виднелся холл, портье в строгом костюме, огромная ваза с тюльпанами. Обычный ресторан. Ничего страшного.

Но ноги не слушались. Они будто приросли к асфальту, и все мои решительные настроения, которые я собирала целый день, вдруг развеялись, как утренний туман.

А что, если это ошибка? Что, если меня там никто не ждёт? Что, если это розыгрыш, и я войду, а все будут смеяться? Или, что ещё хуже, — меня будет ждать кто-то, кого я не хочу видеть?

Я стояла и смотрела на дверь, чувствуя, как страх сковывает тело. В голове крутились все те же сомнения, которые я пыталась заглушить весь день. Моя привычка всё контролировать, всё просчитывать, всё предусматривать — она не отпускала меня, она кричала: «Вернись! Это опасно! Ты не знаешь, что там!».

Я уже почти развернулась, когда почувствовала, как вибрирует телефон в сумочке. Достала, посмотрела. Сообщение от неизвестного номера:

«Я вижу, что вы стоите у входа. Не бойтесь. Я не кусаюсь. Обещаю, вы не пожалеете».

Я подняла глаза, посмотрела по сторонам. Где он? Откуда он меня видит? На улице было много людей, но никто не смотрел в мою сторону. Может, из окна? Я подняла голову — наверху, на террасе, горел свет, но лиц было не разглядеть.

Сердце колотилось где-то в горле. Этот человек знает, что я здесь. Он ждёт. Он видел, как я стояла и сомневалась. И вместо того чтобы дать мне уйти, он написал.

Я посмотрела на экран телефона, потом на дверь, потом снова на экран. И сделала то, чего не сделала в прошлый раз.

Я шагнула вперёд.

Дверь открылась легко, будто сама приглашала меня войти. В холле пахло цветами и дорогими духами. Портье, мужчина лет сорока в безупречном костюме, посмотрел на меня с вежливой улыбкой.

— Добрый вечер, вы к нам по приглашению?

— Да, — сказала я, чувствуя, как голос дрожит.

— Вас ждут, — он сделал приглашающий жест. — Прошу за мной.

Я пошла за ним, чувствуя, как каблуки утопают в мягком ковре. Мы прошли через основной зал — просторный, с низкими диванами, с живыми растениями в кадках, с приглушённым светом. За столиками сидели люди, кто-то ужинал, кто-то пил вино, кто-то тихо разговаривал. Никто не обратил на меня внимания, хотя мне казалось, что все смотрят.

Портье подвёл меня к лифту с зеркальными дверями.

— Терраса, — сказал он и нажал кнопку.

Лифт бесшумно поехал вверх. Я смотрела на своё отражение в зеркальной двери — бледная, с горящими глазами, с прижатой к груди сумочкой. Я напоминала себе героиню фильма, которая вот-вот войдёт в комнату, где её ждёт судьба.

Двери открылись, и я шагнула на террасу.

Это было невероятно. Пространство под открытым небом, застеклённое с боков, но с открытым верхом — над головой было звёздное небо. Вдоль перил росли живые деревья в кадках — вишни, уже покрытые нежными розовыми цветами. Повсюду были цветы: в вазах, в кашпо, свисающие с потолка гирлянды зелени. Светильники в виде светлячков парили в воздухе, создавая ощущение волшебства. И запах — не лилий, а чего-то более тонкого, весеннего, цветущего.

В центре террасы стоял единственный столик, накрытый на двоих. Белая скатерть, хрусталь, свечи в высоких подсвечниках. И за столиком…

Я сделала шаг вперёд, и воздух застрял в лёгких.

За столиком сидел мужчина. Он поднялся при моём появлении, и я увидела его лицо.

Я знала это лицо. Я не видела его семь лет, но узнала бы