Туманность отражений. Тайна старого замка - Олла Дез

** Одной из особенностей средневековой правовой системы была практика, которая в историографии именуется "свадьбой под виселицей". В те времена приговоренного к смерти преступника могла спасти девушка, которая прямо на месте проведения экзекуции просила отдать ей этого человека в мужья. Крайне редко в роли просителя выступал мужчина, предлагавший осужденной женщине заключить с ним брак. Сохранилось письмо, датированное 1376 годом. В нем некий Анри Буге 22 лет от роду молит о помиловании 16-летней Анетт де Аранжи, признанной виновной в детоубийстве. Он обещал взять ее в жены, пояснив свой порыв тем, что испытывает чувство сострадания и питает к ней любовь.

*** Имя Сигрид — это женское имя скандинавского происхождения, означающее «прекрасная победа», от древнескандинавских слов sigr — «победа» и fríðr — «красивая». Имя очень популярно в Скандинавии.

Глава 3. Счастье пришло, когда я поняла, что хоть жизнь и не повязана бантиком, это все равно подарок.

А Вам скажу так:

Женитьба — это как тюрьма, всё сходиться, и там и там свидетели, нельзя гулять, личные вещи конфискуют, весь день под надзором, не зря говорят «Заключение брака»!

Скажу больше:

Только холостой человек может блестяще мыслить, писать гениальные стихи.

Вот Есенин написал:

«Не жалею, не зову, не плачу,

Все пройдет, как с белых яблонь дым.

Увяданья золотом охваченный,

Я не буду больше молодым».

Гениальные стихи, потому что — неженатый.

Если был бы женат, он бы так написал :

«Я жалею, я зову, я плачу.

Денег нет, ушли, как с яблонь дым,

на работе сутками ишачу,

на хрена женился молодым!»

Мне по ночам снятся кошмары. Как будто в окно моей спальни, на 4 этаж, в полнолуние, залезает Лариса Гузеева и говорит: «Давай поженимся?»

Просыпаюсь в холодном поту в предынфарктном состоянии.

Валерий Четокин

За моей спиной громко заулюлюкала, зашумела толпа, судьи поспешно встали со своих мест и стали спускаться с помоста. Священник, кстати, тоже торопливо отошел. А мой теперь уже муж рухнул на одно колено и уперся головой мне в живот.

«Да едрить твою налево! Поздно вставать на одно колено и предложение делать! Мы уже женаты! Все-таки вырубился?» — пронеслось у меня в голове. Я подняла его голову двумя руками. Единственный глаз был закрыт, а сам он еле держался вертикально.

— Госпожа? — раздался рядом тихий осторожный голос.

Я посмотрела с помоста. Толпа стала рассеиваться, поняв, что представление закончено. Рядом с помостом стоял мужчина и комкал в руке шапку, которую явно только что стянул с головы, когда обратился ко мне.

— Да? — вскинула я бровь.

— Я могу помочь.

— Не откажусь, — мило улыбнулась я, но мужичонка сделал шаг назад.

«Да что такое? Нужно потренироваться в доброжелательности, а то все мою милую улыбку почему-то за оскал принимают», — и я осмотрелась.

Рядом еще мялся молодой священник или помощник, что подавал на церемонии кольца, и какой-то типчик с кучей бумажек.

— Госпожа, вам нужно оплатить пошлину за церемонию, — робко попросил помощник священника.

— А еще штраф мужа за бродяжничество и пьянство, — подошел второй.

Муж при этих словах захрипел и заскрипел зубами, я же вцепилась в его волосы рукой, призывая помолчать, и вдавила его голову себе в живот.

Я вздохнула. «Только поженились, а я уже его выпивку проплачиваю. Что-то дальше будет?». Вслух же, мило улыбнувшись, постаралась как можно ласковей сказать:

— Я все оплачу. Но не могли бы вы мне помочь погрузить мужа в телегу? Боюсь, сам он идти пока не может.

— Я вот и подошел телегу свою предложить… Отвезу, куда госпожа прикажет.

И мужичок проворно взобрался на помост.

Я наклонилась и подняла лицо мужа:

— Соберись, дорогой, — с сарказмом сказала я.

Ну потому что и в самом деле «дорогой»!

Я с одной стороны, а мужичок с другой. Так, подпирая супружника, мы спустили его с помоста. При этом радовало, что он и сам худо-бедно, но переставлял ноги.

До телеги, что была «припаркована» рядом с виселицей, мы дошли быстро.

— Я должен был тело отвезти после казни, — брякнул мужик, а «тело» застонало и снова заскрипело зубами.

— Я поняла, — снова продемонстрировала я свой лучший оскал.

«Местная труповозка, значит! Мило. Свадебный лимузин подали! Катафалк мечты! Наше лучшее свадебное предложение!» — мне и самой захотелось заскрипеть зубами, но выбора не было.

— Мне даже заплатили уже с приказом доставить тело. А мне все равно, живого везти или мертвого. Так что много я не возьму, — поспешил расхвалить свои услуги мужичок.

«Вот еще одна странность. Оплатили вперед? За тело? Да кому оно нужно? Я точно помню, возле легендарной королевской виселицы Монфокон, да и той, что в Порт-де-ла-Рош, рядом были такие ямы, куда трупы и скидывали, никуда не увозили и сильно не церемонились. Да и висели они в качестве устрашения долго, пока в скелеты не превращались», — я и сейчас глянула на виселицу и увидела два болтающихся скелета. А тут озаботились тем, чтобы увезти куда-то тело. А куда? И главное, зачем? Вопросов больше, чем ответов. Но искать мне их сейчас некогда. Пора ноги уносить. Все происходящее мне не нравится все больше и больше!

Я вернулась и рассчиталась и со священником, и с секретарем суда, как он сам представился. Это ополовинило мой мешочек с деньгами. Секретарь, кстати, выдал мне расписку. И я взяла. Ну мало