Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Верьте, что все обойдется.

Полицейский бросает короткий взгляд на Ракель, которая сгибается пополам и аккуратно вытирает слезы под глазами, уставив свой взгляд в одной точке.

— Да, мистер МакКлайф, не расстраивайтесь, пожалуйста, — спокойно советует другой полицейский. — Уверен, что врачи сделают все возможное, чтобы спасти того человека.

— Не хотелось бы, чтобы хороший человек покинул этот мир, — с грустью во взгляде говорит Терренс.

— Мы понимаем, но пока что придется только ждать. Придется какое-то время посидеть в зале ожидания.

— Я знаю. Но ничего, подождем столько, сколько нужно.

— И еще раз хотим посоветовать вам внимательно приглядывать за этой девушкой.

В этот момент полицейские внимательно рассматривают Ракель, которая сидит на стуле, сложив руки перед собой и уставив пустой взгляд в пол.

— Очень уж она плохо выглядит, — с тревогой в душе шепчет полицейский. — Было бы неплохо, если бы она что-то съела, умылась, причесалась и переоделась.

— Да уж, — с грустью во взгляде вздыхает другой полицейский. — Как бы она не натворила каких-нибудь глупостей…

— Не беспокойтесь, господа полицейские, я присмотрю за ней, — с грустью во взгляде кивает Терренс.

— Не отходите от нее, пожалуйста. В таком состоянии ей нельзя оставаться одной.

— И было бы неплохо как-то поговорить с ней, — советует один из полицейских. — Отвлечь ее… Чтобы она хоть на время перестала думать о том, что произошло. А то ведь так можно рехнуться.

— Сделаю все, что смогу, — спокойно обещает Терренс.

— Хорошо.

— Вы сообщите нам, если врачи что-то скажут вам про Саймона?

— Да, мы тут же дадим вам знать! Если вы все еще будете здесь, конечно.

— А если вам будет нужна будет какая-то помощь, то можете обратиться к дежурной медсестре, — добавляет один из полицейских и указывает на стойку ресепшн, куда уже ранее ходил Терренс, чтобы спросить про Фредерика.

— Спасибо большое, я все понял, — с легкой улыбкой благодарит Терренс.

— Хорошо. Если что, мы будем ожидать новостей о Рингере здесь. Как только что-то будет известно, то кто-то из нас обязательно вам сообщит.

Полицейские разворачиваются, отходят в сторону и начинают какой-то свой разговор, дабы скоротать время в ожидании новостей о Саймоне.

— Хорошо, будем ждать… — шепчет Терренс, несколько секунд грустным взглядом смотря вслед полицейским. — Будем…

Терренс нервно сглатывает и быстро осматривается вокруг, понимая, что с этой минуты начинается долгое, томительное ожидание, которое всегда убивает гораздо больше, чем что-либо. Пока в этот момент Ракель продолжает сидеть на стуле и вспоминать все то, что произошло некоторое время назад. Да не только это… Она думает обо всех событиях, что произошли с ней в последние пару месяцев. О тех событиях, которые девушка с радостью как-то изменила, если бы у нее был такой шанс. Ракель чувствует себя абсолютно измотанной и сейчас с радостью отправилась бы домой и легла спать. У нее не осталось сил на что, чтобы плакать, кричать и просить у кого-то помощи. Все они были потрачены на попытки противостоять Саймону. Если бы ей пришлось бороться с этим человеком еще час или два, она бы точно этого не выдержала. Впрочем… Девушка все равно была готова сдаться и из-за сильной усталости позволить своему обидчику сделать с ней все что угодно.

И во всем происходящем Ракель винит только лишь себя одну. Она уверена, что ничего этого не случилось бы, если бы поступила как-то иначе. Чувство стыда заставляет ее мечтать о том, чтобы куда-то убежать, исчезнуть и больше никогда не показываться никому на глаза. Если до этого момента у нее еще были какие-то надежды и грандиозные планы на будущее, то сейчас измученная девушка больше ничего не хочет. По крайней мере, ей так кажется из-за дикой усталости. Из-за полной опустошенности. Из-за переживаний за Фредерика, которого она так не хочет потерять. Ее сердце сжимается от одной только мысли, что ее любимый дедушка покинет этот мир и оставит ее одну. И как она считает, этот человек оказался в больнице только лишь по вине своей внучке.

Ракель так глубоко погружается в свои раздумья, что не замечает, как к ней тихонько подходит Терренс, который собирается пойти в другое место. Например, туда, где можно посидеть на удобных диванах. А не на жестких неудобных стульях.

— Ракель… — тихим голосом с грустью во взгляде произносит Терренс.

Ракель медленно поднимает свой безразличный взгляд на Терренса и тихо шмыгает носом.

— Нам придется подождать еще какое-то время, — неуверенно говорит Терренс. — Давай поднимемся на третий этаж. Там есть удобные диваны. Лучше уж сидеть на них, чем на этих стульях.

Все так же не говоря ни единого слова, Ракель встает со стула и спокойно идет вслед за Терренсом, который берет ее за руку и ведет за собой. Девушка же совсем не сопротивляется, а наоборот – крепко вцепляется в его руку, будто не желая ее отпускать. Будто она ищет в нем желанную поддержку, которая ей сейчас так нужна, пока Алисия, к ее удивлению, пока что не появилась в больнице, как обещала.

Поднявшись по лестнице на третий этаж, повернув налево и пройдя еще какое-то расстояние по длинному коридору с белыми стенами, Ракель и Терренс доходят до огромной комнаты со стульями и диванами, журнальными столиками, аппаратом для горячей и холодной воды и с целой стопкой пластиковых стаканов рядом. А оглядевшись вокруг, неподалеку отсюда мужчина также видит двери, ведущие в женский и мужской туалет. К его удивлению, сейчас здесь никого нет, хотя здесь обычно люди проводят здесь свое время в ожидании новостей о своих близких, кто попал сюда по тем или иным причинам.

Добравшись до ближайшего дивана, Ракель без сил падает на него и вновь начинает думать обо всем плохом, что только может быть, явно будучи не настроенной на разговор. Не то из-за обиды на Терренса, что все еще живет в ней. Не то из-за желания побыть одной и не быть вынужденной отвечать ни на чьи вопросы. Впрочем, в последнее время она и так стала