Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Да, но дело так и не дошло до развода.

— На момент гибели они уже были разведены. Хотя для меня до сих пор остается загадкой то, что они вообще оказались в одной машине в тот день, раз на дух не переносили друг друга.

— В тот день они поехали куда-то вдвоем развлекаться.

— Но откуда Саймон это знает?

— Сейчас я все объясню. — Ракель заправляет прядь волос за ухо. — Оказалось, что Саймон был влюблен в мою маму и не смог простить ее за то, что она выбрала не его, а папу.

— Да ладно? — удивляется Фредерик. — Саймон знал Элизабет?

— Он сам все подтвердил. Сказал, что любил ее и хотел провести с ней всю свою жизнь, но отец покорил мамино сердце, и она ушла к нему. Рингер неоднократно пытался заставить маму вернуться и убеждал, что примет ее даже с ребенком. То есть со мной. И он воспылал надеждой, что все так и будет, когда мои родители хотели разводиться. Но однажды он увидел их вместе и понял, что они все-таки помирились. Вот тогда Саймон вышел из себя и спустя какое-то время подстроил ту аварию, в которой погибли мама с папой.

— А где твоя мама могла с ним познакомиться?

— Он сказал, что увидел ее среди новых студенток в колледже, куда приехал поступать.

— Погоди, но если Саймон знал Элизабет, значит, он по идее должен был жить в Англии.

— Саймон родился и вырос в Кембридже. В Англии. Его мать рано умерла, а про отца ничего не могу сказать. Рингера воспитывал отчим, который скончался после продолжительной болезни.

— Ты уверена в том, что он подстроил ту аварию?

— Уверена. Я скажу больше, он не только подстроил ту аварию, но еще и решил отыгрываться на мне.

— На тебе?

— Именно поэтому он и затеял тот скандал, который произошел полтора года назад. — Ракель качает головой. — Это была месть, дедушка, месть за отверженную мамой любовь.

— Он сам в этом признался?

— Да. Он все мне рассказал. И сначала я тоже не поверила во все это, но, к сожалению, это правда…

— О, господи Иисусе…

До Фредерика все больше начинает доходить суть слов Ракель, которые приводят его в глубокий шок и заставляет немного занервничать и еще больше побледнеть. Мужчина качает головой, с жалостью во взгляде смотря на свою внучку, которая мягко гладит его по руке со слезами на глазах.

— Господи, неужели это правда? — с ужасом во взгляде задается вопросом Фредерик. — Неужели этот подонок причастен к гибели моих сына с невесткой и твоих родителей?

— Знаю, в это трудно поверить, но нам придется, — с грустью во взгляде говорит Ракель. — Придется признать, что все это время мы верили лжи и не знали, что было на самом деле.

— Не могу поверить… Не могу.

— Но это правда. Рингер просто сошел с ума от любви к маме и не смирился с тем, что она выбрала другого. Он как одержимый маньяк преследовал моих родителей с тех пор, как узнал об их романе. И по словам Саймона, он даже хотел выкрасть меня, чтобы поиздеваться над ними.

— Выкрасть тебя?

— Да. А когда он однажды подошел к моей коляске и взял меня на руки, папа набросился на него с кулаками.

— А ты сама это помнишь?

— Нет, я была очень маленькая. Еще младенец.

— Господи, но если так, то твои родители должны были заявить на него в полицию.

— Они заявили, но от этого ничего не изменилось. Наоборот, когда к нему домой пришли полицейские и показали запрет на приближение, Саймон пришел в ярость и поставил перед собой цель уничтожить моих отца и мать.

— Господи, какой ужас… — Фредерик прикрывает рот рукой и качает головой. — Бедная Элизабет, бедный Джексон…

— Возможно, это была один из причин, почему мама с папой хотели развестись, — предполагает Ракель. — Они просто не выдержали этого давления. Или мама начала сходить с ума, или папе надоело постоянно жить в напряжении.

— Если они действительно не разводились, то я вполне могу понять, как Элизабет и Джексон могли оказаться в одной машине в день своей гибели.

— Эта сволочь забрала у меня моих родителей… — тяжело вздыхает Ракель и тихо шмыгает носом. — Он заставил меня чувствовать меня одинокой и никому не нужной.

— И самое главное – он еще и хотел уничтожить тебя.

— Не могу поверить, что Рингер пошел на все эти злодеяния лишь потому, что когда-то любил мою маму и хотел отомстить ей за то, что она его бросила. Используя для этого не только ее, но еще и отца и меня…

— Да уж, я даже представить не мог ничего подобного… — с грустью во взгляде отвечает Фредерик. — Да я даже не знал, что Саймон преследовал моего сына и твоего отца…

— Он никогда не говорил об этом?

— Нет. — Фредерик тяжело вздыхает. — Джексон почти не говорил мне, что происходит в его жизни… Твой отец постоянно твердил, что я не должен вмешиваться в его жизнь. Мол, ему нужно было самому разбираться во всем без советов других людей. Даже когда он хотел разводиться с твоей мамой…

— И они с мамой ничего не говорили тебе или тете об отмене своего развода? — удивляется Ракель.

— Нет, Ракель… — пожимает плечами Фредерик. — После того как их отношения испортились, твои мама с папой стали очень скрытными и никому не рассказывали о своих проблемах. Даже твои покойные дедушка Тимоти и бабушка Тиффани ничего не знали.

— Но почему они никому не сообщили о том, что помирились? Вы же ведь всегда были дружные и особо не ругались.

— Верно, наша семья была очень дружной. Мы вместе радовались твоему рождению как