Жертва - Шанталь Тессье

Я киваю, следуя за ней, пока Лэйк идет к ближайшей к дверям скамье и опускается на нее. Я стою в проходе, засунув окровавленные руки в карманы джинсов.

— Кто это с ней сделал? — По ее щекам текут слезы. — П-почему?

Ее голос срывается на единственном слове.

Когда я не отвечаю, Лэйк смотрит на меня. Она переводит взгляд на Люка, который все еще сидит привязанный к стулу у алтаря.

— Это он сделал?

Я не отвечаю.

— Почему он так поступил с ней? — она сердито вытирает с глаз слезы.

— Потому что она была в «Блэкауте», — просто отвечаю я.

За последние полгода из «Блэкаута» пропали четыре женщины. Заявление поступило только об одной. О других никогда не будет известно. Их давно увезли. На корабле или самолете. Они были проданы по самой высокой цене и проведут остаток своей жизни, моля о скорейшей смерти.

— Бетани сказала мне, что Фрэнк шантажировал ее, чтобы она отправила твои фотографии, но она солгала. Это была Уитни.

Лэйк качает головой, и я киваю.

— Я нашел фотографии в телефоне Уитни. Твой отец сказал, что ты получишь инициацию по телефону, который он тебе дал, но это была ложь. Фрэнк дал его тебе, чтобы получить доступ в клуб.

Моя жена смотрит в пол, не в силах встретиться со мной взглядом, так как поверила всему, что ей сказали.

— Фрэнк хотел знать, что происходит внутри «Блэкаута», потому что знал, что Люк и Миллер забирают девушек из моего клуба.

Я смотрю на нее, и при этих словах Лэйк вскидывает голову.

— Они хотели привлечь внимание к «Блэкауту». Они хотели обвинить меня в исчезновении всех этих женщин. Они уже пытались это сделать раньше и потерпели неудач.

Лэйк хмурит брови, сбитая с толку, но я не буду сейчас вдаваться в подробности.

— Они думали, что в этот раз все будет по-другому, но их план провалился, потому что ты забыла про телефон.

Ее отец ничего от этого не выиграл. Итак, Уитни следила за Лэйк, делала снимки, а потом отправляла их ей, надеясь вывести ее из себя, но опять все вышло не так, как планировалось.

— Он нацелился на тебя? — интересуется моя жена, но прежде чем я успеваю ответить, она вскакивает и бежит к алтарю.

— Лэйк. — Я бегу за ней, но она проворна.

Добежав до Люка, Лэйк опрокидывает его стул. Он издает булькающий звук, смешанный со слюной и кровью, когда я подхватываю ее и, взяв рукой за талию, разворачиваю.

— Убери его отсюда, — рявкаю я Раяту, который еще не ушел. — Спрячь его внизу, в подвале. Я позабочусь о нем через минуту.

Он заслуживает того, чтобы помучиться еще немного.

Я сажаю Лэйк на переднюю скамью, и она поднимает на меня свои полные слез глаза.

— Он нацелился на тебя, потому что ты женился на мне? — спрашивает Лэйк, облизывая влажные губы.

Я вздыхаю, проводя рукой по своему небритому лицу. Технически, ее отец начал это задолго до того, как я женился на ней, но сейчас это не имеет значения.

— Почему его волновало, что я вышла за тебя замуж, если ему было все равно? — спрашивает Лэйк, и ее лицо искажается от смущения и гнева, которые она не может понять.

Я не могу произнести ни слова. У меня внезапно отяжелел язык, во рту пересохло. Я хотел, чтобы Лэйк знала, насколько больны эти люди, но теперь, узнав, что они планировали для нее, не могу этого сделать.

— Тайсон? — выпаливает мое имя Лэйк. — Почему его это так волновало...

Тут она замолкает.

— Номер для новобрачных.

Лэйк вглядывается в мое лицо, и я сохраняю настолько пустой взгляд, насколько могу.

— Мой брат сказал... Боже мой, там были камеры? Если меня не собирались выдавать замуж за Люка, то зачем там были камеры?

Лэйк покусывает нижнюю губу. Она становится все ближе к догадке.

— Тогда Люк сказал мне, что мне лучше молиться, чтобы я забеременела. Потому что тогда я наконец-то пойму свою ценность. Уитни... — Лэйк запинается, произнося имя своей сестры. — Ты спросил, не собирается ли она продать меня...

Ее голос затихает, и глаза встречаются с моими. Они наполняются свежими слезами, которые проливаются сквозь ресницы и скатываются по ее прекрасному лицу.

— Ты спас меня, — сокрушенно шепчет она, и у нее дрожат плечи.

Я протягиваю руку и обхватываю ладонями ее заплаканное лицо.

— Сделай глубокий вдох, Лэйк.

— Почему? — выдыхает она.

Не знаю, спрашивает ли Лэйк, почему я решил сорвать ее свадьбу или почему Люк собирался притвориться, что женится на ней, только чтобы продать ее тело, поэтому я не отвечаю. Лэйкин закрывает лицо руками, и я притягиваю ее к себе, крепко обнимая, а она цепляется за мою окровавленную одежду.

Я не безгрешен. Я женился на своей жене из мести. Я всегда подозревал, что Уитни еще жива, но у меня не было доказательств. Но я никогда не думал, что, сделав Лэйк своей женой, смогу вывести Уитни из подполья. Или спасу Лэйк от жизни в рабстве.

Они отказались от одной дочери, чтобы принести в жертву другую. Я хотел втереть им в лицо, что Лэйк шлюха — моя шлюха. Я трахал ее при каждом удобном случае, как хотел. Она должна была жаждать меня. Хотеть меня. Нуждаться во мне. Это сработает, только если я научу ее служить мне.

Ошейник, который я дал Лэйк, был тем самым ошейником, который Люк купил для Уитни в качестве свадебного подарка. Я видел его в ее сумке, когда она приходила ко мне в дом Лордов. Когда притворялась, что любит меня. Я тоже притворялся, но не пытался ее в чем-то подставить.

Я позаботился о том, чтобы Лэйк надела его на свадьбу — мой не слишком тонкий намек на то, что я знаю, что они сделали три года назад. Еще один способ похвастаться своей невестой.

Отстранившись, Лэйк шмыгает носом и вытирает слезы с лица. Смотрит на меня своими покрасневшими глазами.

— Мы можем пойти домой?

Я улыбаюсь, откидывая ей за ухо ее темные волосы.

— Мне нужно поговорить с Раятом. С тобой все будет в порядке?

Я бы предложил ей спуститься со мной, но не хочу, чтобы ей снова стало плохо. Не знаю, было это из-за беременности, нервов или того факта, что Лэйк увидела свою мертвую сестру. Возможно, это было сочетание всех трех факторов.

Она кивает.

— Да. — И потирает руки о свои обнаженные бедра.

Я целую ее в лоб.

— Я только на секунду, а потом мы