Его должница. Бой за любовь - Евсения Медведева

— Нашел чем пугать. Вась, я два года пашу без перерывов и выходных. Воспитываю нашего сына, забочусь о твоей матери… Я единственный раз попросила у тебя помощи, умоляла, уговаривала, взамен обещала не подавать на алименты. Нам просто нужны были жилье и деньги на лекарство! — я тоже отбросила всю врождённую интеллигентность, засунула её в дальний темный угол и пошла в атаку. — Но ты отказал! Твоя мать продала квартиру, чтобы помочь тебе устроиться в Питере, да она всю жизнь делала все для своего единственного сына, а чем ты ей отплатил?

— Соня, а ты меня не стыди, — вдруг расхохотался Мальцев. — Я что, у вас на поводке должен сидеть? Прислуживать до конца жизни из-за порвавшегося презерватива и отметки в свидетельстве о рождении? Кому? Матери-идиотке, повершившей, что звонят ей из ФСБ и просят помощи в поимке преступника?

Порвавшийся презерватив…

На меня будто ушат холодной воды вылили!

Это мой мальчик — результат лопнувшего контрацептива? А бабуля — всего лишь отметка в свидетельстве?

Мы — его семья — условность, которую можно вымарать и забыть?

Перед глазами все потемнело, я просто ушам своим поверить не могла. Как же быстро человек оборачивается в скотину…

С Мальцевым мы познакомились на первом курсе, на втором уже стали жить вместе, на третьем поженились. Он мечтал стать кардиохирургом, но кроме мечты и хотелок нужно было прилагать огромные усилия.

— Ты сына моего не трогай, Мальцев, потому что следующим заявлением станет о лишении родительских прав! Нет у тебя больше ни матери, ни сына, ни бывшей жены. И не звони мне больше. Понял?

— Забери заявление! Твой адвокат грозит запретом на выезд из страны и перерасчетом алиментов за последние два года! Забери по-хорошему, иначе будет по-плохому! Мне нужно уехать! Срочно!

— Пошёл ты…

С того разговора прошло уже почти два дня, больше Мальцев не объявлялся, не обрывал телефон. А я была только рада. О лишении родительских прав я, конечно, ляпнула, не подумав, но чем больше проходило времени, тем осмысленнее становилась эта идея.

На удачу мне выпал целый выходной, без подработок, только вечером нужно будет сбегать в местную школу — помыть полы.

Приготовила ужин, испекла целую гору оладьев, часть, как оброк, занесла бабе Зине, чтобы не ругалась лишний раз.

— Кушай, моя бабуленька, — я присела рядом с Лизаветой Михайловной, аккуратно разламывая оладьи на мелкие кусочки. — Вкусно?

— Спасибо, доченька. Что-то случилось? — с большим усилием произнесла Лизавета Михайловна.

— Нет, все хорошо, бабуленька. С чего ты взяла?

Она поправила густые серебристые волосы, спрятала их под косынку, подтянула на плечи шаль, которую связала лично.

— Ты грустная. И я вижу… Вася звонил? — Лизавета Михайловна вздрогнула, и снова глаза слезами наполнились. Она не дождалась ответа, будто все почувствовала. — Ты прости меня, дочка… Прости!

— Все, бабуленька, успокойся, — обняла её крепко-крепко. — У меня деньги есть, их хватит, чтобы поехать в тот санаторий, про который говорил твой врач. И ты у меня снова ходить начнёшь, я слово тебе даю!

— Прости, дочка…

— Всё-всё, давай я тебя уложу, а с Тёмкой Сашка посидит. Спи, моя родная. Одна ты у меня осталась. И я у тебя одна. А вместе нас много…

Помогла бабушке перелечь на диван, укрыла её, включила телевизор, положила под руку пульт и выскользнула в коридор.

— Мам! Смотри, что мы делаем! — Тёмка стоял на старом холодильнике «ЗИЛ» и держал потолочный плинтус, пока Сашка со стремянки пытался присверлить его на место.

— Боже! Пискарёв, ты что творишь? — кинулась к ним, но тут же заметила, что Тёмка сидит, а Сашка поставил стремянку так, чтобы он не упал.

— Сонька, ты в мужские дела не лезь! — Саша махнул пальцем и звонко цыкнул. — Я трезвый… И Тёмку не обижу. Иди давай, мой школу, нормально все у нас.

— Мамочка, я же держусь! — сын продемонстрировал крепкий хват на перекладине. — Не волнуйся. Это мужские дела!

— Ну, если мужские, то ладно.

Я быстро переоделась в старый спортивный костюм и выбежала из дома.

Школа, в которой я подрабатываю по вечерам, находилась в соседнем дворе. Учителя сами следили за чистотой в кабинетах, а вот коридоры и туалеты мыть никто не хотел. А мне каждый рубль был нужен.

Весна была ранняя и такая пахучая. Тополя уже распространяли сладкий аромат молодой листвы, в небе собирались тяжелые тучи, поэтому пришлось ускориться, чтобы не попасть под дождь.

На улице было тихо-тихо, лишь густые ветви сирени шуршали, поторапливая меня. Не было ни стариков на лавочках, ни детей у качелей. Перебежала детскую площадку, нырнула между старыми гаражами-ракушками, и вдруг земля поменялась местами с небом…

Я взмыла в воздух. Ногу пронзила резкая боль, а следом послышался знакомый хриплый смех…

— Попалась?..

Глава 9

9

Затылок пульсировал от неудачного приземления. Я застонала, попыталась встать, но в этот момент на мое плечо опустилась тяжелая мужская нога.

— Я просил тебя забрать заявление?

— Вася? — вскрикнула, и вдруг в теле сила появилась, я оттолкнула ногу придурка, даже подбросить её умудрилась, а потом перекатилась в щель между гаражей и замерла посередине.

Раскабаневший Мальцев, даже если очень захотел бы, не смог бы туда протиснуться. Махал рукой, пытался поймать меня, сыпал матом…

Я в ужасе смотрела на него, не узнавая того, за которого выходила замуж много лет назад. Того, кто по лестнице ползал в общежитие, кто пел песни под окном, кто вместо меня собирал картошку на полевых работах и занимал стол в морге, что поближе к вытяжке! А как он спал в нашей ржавой «копейке» под окнами роддома?

— Сонька, что ты за сука такая? — хрипел он, лупя по стенке гаража ногой. — Я же просил тебя по-хорошему! Мне нужно срочно свалить из страны, понимаешь?

— Вася, ты куда ввязался? — вжалась в стену, пытаясь привести дыхание в норму. — Ты от кого убегаешь?

— Тебя это не касается. Забери заявление! Если я из-за твоего адвокатишки не выеду из страны, терять мне будет нечего, — Мальцев вдруг замер, рука полезла в карман штормовки, и в вечернем полумраке что-то блеснуло.

Я не сразу поняла… Вернее, не сразу поверила, что прямо мне в лоб упёрся ствол пистолета.

— Вася, ты что творишь? Откуда у тебя оружие? Где ты его взял? — завопила, молясь лишь о том, чтобы меня кто-то услышал! Пыталась развернуться, чтобы вытащить из заднего кармана телефон, но щель между гаражами была такой узкой, что дышать было сложно.

— Выходи! — зарычал Вася,