Опорочить чемпионку - Юлия Михайловна Герман

Я киваю, чувствуя, как жар стыда и злости разливается по щекам. Прохожу к своей парте, замечая сочувствующий взгляд Насти и ехидные ухмылки парочки однокурсников. Сажусь, стараясь не смотреть ни на кого, и дергано открываю конспект и подготовленный к семинару материал.

Пальцы дрожат, и не только от унижения. Все тело до сих пор колотится от той стычки в коридоре. От прикосновений нахала, от его слов, от его смеха.

Я ненавижу его. Ненавижу Мика Гордеева всей душой. Он как ядовитый плющ, который обвивается вокруг тебя, мешая дышать. Кажется, что он пропитал меня собой насквозь и сейчас вся аудитория пахнет им.

Сосредоточиться на сухих формулах и теоремах Крюкова невозможно. Перед глазами все еще стоит насмешливое лицо Гордеева-младшего, а в ушах звучит низкий, ядовитый голос: “Ты ведь не от страха такая напряженная... Тебе нравится?”

Я прикрываю веки, стараясь прогнать эти мысли. Нет. Нет, не нравится. Даже чуточку! Да и что там может нравиться?

Он ошибается.

Он просто грязный, самовлюбленный мудак, который пытается залезть мне в голову.

Но почему, осознавая все это, я реагирую на его выпады? Отчего? Почему тогда сердце до сих пор бешено колотится, а лицо бросает в жар, стоит о нем подумать?

— Ты где потерялась? — шипит Настя. — Ты же сзади шла…

— Да, — киваю. — Но я правда споткнулась, — о стычке с братом моего парня я решаю умолчать.

Мало того что если нас кто-то видел, то это бросит тень на мою репутацию, так еще и на репутацию Вика. А нам это не надо.

— Долго как-то… — задумчиво говорит подруга.

— Как получилось все собрать.

— Ясно, — она возвращает внимание к доске, абсолютно теряя интерес к моей болтовне.

— Ларионова! — рявкает Крюков. — Если вы все знаете, то просим вас выйти к доске и объяснить материал.

— Спасибо, Сергей Игоревич, я пока понаблюдаю.

Мужчина прожигает меня ненавидящим взором, а я упираюсь взглядом в доску, заставляя себя слушать.

Пора сосредоточиться на учебе. Все-таки я и правда здесь нечастый гость.

И уж точно я не дам синеглазому ублюдку испортить мне семинар, и тем более отношения с Виком.

— Кстати, ты знала, что у нас физра сдвовенная со третьим курсом?

— Круть, — отвечаю без энтузиазма.

— Нет, ты не понимаешь! У нас физра с ним! — шипит она многозначительно, а я вообще не понимаю, о чем она. — Не понимаешь?

— Прости, — извиняюсь, правда не в состоянии понять, чего она хочет.

— Это группа Мика Гордеева, — говорит она с какой-то особенной радостью, а у меня от этих новостей все внутренности ухают в пропасть. — И теперь мы каждую неделю сможем любоваться его накачанным телом.

А я же понимаю, что в коридоре это было даже не испытанием. Это оказалось разминкой. Основное противостояние нас ждет позже.

Глава 12

Мик

— Смотри глаза не сломай, — бросаю Дэну, что провожает нашу преподавательницу по макроэкономике печальным взглядом.

— Завали! — огрызается наш Ромео и отворачивается к окну, подмигивая кому-то из девчонок.

— Похоже, влип ты, дружок. Столько времени прошло, а тебя все еще штырит.

— Тебе кажется, — натягивает он самую лучезарную улыбку и хватает в охапку проходящую мимо брюнеточку.

— Ох, Дэн, напугал! — кокетливо смеется она.

— Скучала? — пытается сделать вид, будто она ему и правда интересна.

— Я думала, ты забыл про меня, — наивно щебечет она.

— Здорово! — подходят Пит и Гарик. — Ты где был на первой паре? — рассматривает меня Державин. — С Дэном все понятно, а ты тоже пары игнорить будешь?

— А мне просто лень, — не говорить же ему, что после стычки с синеглазой ведьмой я оказался настолько взвинчен, что был не в состоянии находиться в статике. И физически не высидел бы пару. Плевать мне на то, что мне за это будет.

Но хуже всего то, что я понятия не имею, какого хрена она на меня так действует.

— На следующую хотя бы идешь? — усмехается он и смотрит так, будто знает, что именно стало причиной моего прогула.

Хотя я даже сам себе это объяснить не в состоянии.

— Да, погоняю твою ленивую задницу в мяч, — натягиваю самую лучезарную улыбку, потому что не позволю какой-то козе испортить мне день.

— А Тимурка где? — оглядывается блондин.

— Он где-то гасится, — лениво отвечает Гарик. — Не хочет, наверное, любоваться первокурсницами в коротеньких топах.

— При чем здесь первокурсницы? — Игорь сегодня какой-то слишком задумчивый.

Но я давно не принимаю во внимание его перепады настроения. С тем, как он любит веселиться, оставаться все время адекватным человеком сложно. Вот только в последнее время если Гарик не навеселе, то он все чаще улетает в свои мысли. А я не знаю, тревожный это звоночек или он просто так грустит, что не под чем-то.

— Сдвоенная пара.

И у меня что-то внутри непроизвольно вздрагивает. Потому что есть вероятность, что я снова столкнусь с сучкой старшего брата лицом к лицу. И меньше всего я хотел бы, чтобы жизнь оказалась ко мне настолько беспощадной.

Хотя… Мысленно до сих пор вижу ее лицо и широко распахнутые глаза, и сразу же кровь вскипает. Потому что мне она неприятна.

Таких высокомерных стерв еще нужно поискать. Но мне плевать на других, я не хочу видеть конкретно эту в своем окружении. Даже несмотря на ее сговорчивую подружку и ее сочное тело.

— Тогда погнали, — хлопает его по плечу Дэн, освободившийся от девчонки, которая обрадовалась раньше времени вниманию нашего поэта.

— Опасность, — смеется Гарик. — Дэн в активном поиске.

— Никого я не ищу! — фыркает он. — Все у меня на мази.

— Ага. Тогда тебе точно будет пофиг, что Олю сегодня привез какой-то хрен на работу.

Руднев застывает, мгновенно меняясь в лице, и становится каким-то мертвецки бледным.

— Ты гонишь? — рычит он, и его губы дергаются, пытаясь то ли изобразить улыбку, то ли оскалиться.

— А что, думаешь, она еще не нашла себе никого? Я бы на ее месте не терялся. Попробовала с сопляком и убедилась, что это не ее формат. Вот и переключилась на более серьезного человека.

Пару мгновений мне кажется, что Руднев сейчас бросится на Гарика.

— Дэн, дыши, — говорю тихо. — Это может ничего не означать.

Он прикрывает веки на пару мгновений, а затем открывает глаза и улыбается расслабленно.

— Меня это не ебет, — бросает небрежно и направляется в сторону спортзала.

— Пиздец, — бормочу себе под нос, прекрасно понимая, что это его еще как волнует.

— Да ладно вам. Он уже