Point/Точка - Вероника Благосклонная

— По-другому, сладкая. — улыбнулся он, слегка приподняв голову и коснулся прохладными пальцами ее лона.

— Можно как-то еще? — удивилась она и застонала, ощутив его поцелуи на чувствительной коже, и пальцы, которые протискивались внутрь.

— О, Гоподи, я и не думала, что осталось что-то такое, чего мы с тобой не делали.

— О. — Джастин поднял голову и улыбнулся, демонстративно облизывая мокрые покрасневшие губы. — Поверь мне, дорогая, осталось … и очень много.

Не в силах больше ждать, он приподнялся на локтях, целуя девушку в губы и пристроился между широко разведенных ног Элеоноры. Обхватив свою набухшую плоть одной рукой, Бибер стал осторожно протискиваться внутрь. Девушка выгнула спину, беспомощно застонав и когда он оказался весь в ней обхватила ногами его талию, желая чувствовать его как можно ближе. Втиснувшись внутрь настолько глубоко насколько возможно, он тут же поддался назад, выйдя почти наполовину, а затем резким толчком вернулся обратно. Пригвождённая к кровати сильным телом, Элеонора рвано глотала воздух открытым ртом.

В какой-то момент мужчина закинул ноги девушки себе на плечи, приподнялся на вытянутых руках, делая сильный упор на бёдра. Девушка мучительно застонала и закусила губу — в такой позе проникновение было настолько глубоким и острым, что причиняло боль. Голубые глаза скользнули по запрокинутому мужскому лицу. Его глаза закрыты, ртом жадно втягивает обжигающий воздух. Он начал двигаться быстрее и сильнее, почувствовав, что девушка расслабилась, подчиняясь бешенному ритму. Яркий румянец пылал на запрокинутом женском лице, маленькие кулачки судорожно сжались. Но он не собирался так быстро опускать ее, находясь в предвкушении того самого «по-другому».

Бибер приподнялся и заставил раскрасневшуюся, тяжело дышащую Нэл перевернуться на живот.

— Встань на колени, сладкая. — скомандовал он, встав с кровати и двинулся в сторону комода.

— Что ты собираешься делать? — задыхаясь спросила девушка, но все же послушала парня, покорно приняв нужную позу. Голос дрожал и Джастин сразу уловил в нем волнение.

— Не волнуйся. — спокойно шепнул он, подходя обратно к кровати. — Есть кое-что, что мы еще не пробовали. Французкий секс. Знаешь, как это? — мужские ладони легли на мягкие ягодицы девушки.

— Джастин, нет! — Элеонора догадалась и с ужасом мотнула головой. Тут же вскрикнула, когда Бибер внезапно с силой шлёпнул её по попе, оставляя яркий красный отпечаток. Сильные руки оттянули упругие полушария в стороны.

— Не надо! — захныкала она, пытаясь вырваться.

— Тише… тише. — успокаивающе прошептал на ухо Джастин. — Я не сделаю тебе ничего плохого. Просто расслабься. — он склонился покрывая поцелуями ее плечики и лопатки, а потом надавил на поясницу, вынуждая испуганную девушку прогнуться. Та вздрогнула, когда почувствовала, что парень размазывает что-то холодное между ее ног.

— Что это? — испуганно спросила Нэл.

— Любрикант. — спокойно ответил Бибер. — Что бы тебе было не слишком больно.

Это девушку нисколько не успокоило. Джастин выдавив больше геля на пальцы стал осторожно массировать сжатое колечко, слегка расширяя его круговыми движениями указательного пальца и игнорируя протестующие стоны девушки. Он смазал гелем и свою плоть, оттянул ягодицы девушки в стороны и придвинувшись, уперся в нее. Надавил. Слегка отодвинулся. Надавил сильнее. Ещё сильнее. Элеонора застонала от боли.

— Любимая, расслабься. — едва уловимо прошептал он. Услышав его нежный любящий голос девушка огромным усилием воли заставила себя расслабиться, но как только он начал проникать внутрь вскрикнула и сжалась, не пуская захватчика.

— Пожалуйста, не нужно. — почти заплакала она, чувствуя как уже готова почти разорваться под натиском его плоти.

— Это самая неприятная часть- потом будет намного легче. — прошептал он севшим голосом. Ее тесная плоть так сильно сжимала его, что у Джастина потемнело в глазах и он томно застонал. Глаза девушки широко раскрылись, она попыталась выпрямить ноги, сжать бёдра, хотелось уползти куда-нибудь по дальше, чтобы не переживать вновь этой боли. Но он крепко держал её, не давая вырваться.

— Мне больно! Мне больно! Мне больно… — твердила она одни и те же слова, словно заклинание, ощущая, как между ног всё горит, будто от удара ножом.

Джастин сделал ещё одно движение, проникая глубже.

— Ай… — застонала она, когда боль повторилась, хотя не так сильно как в первый раз.

— Потерпи немного, прошу тебя, — прошептал он ей на ухо севшим голосом, опустив руку к низу ее живота и нежно поглаживая девушку там. Он продолжил движение, низко застонав, и через время боль стала менее раздирающей. Вместо этого пришло новое ощущение поразившее Элеонору. Это было чувство невероятной близости. Обостряющееся каждый раз, когда она чувствовала его слабые осторожные движения внутри себя. Постепенно накатывало удовольствие и Нэл закусила губу, сладко постанывая, наконец начала двигаться самостоятельно. А Джастин стонал, вздрагивал, жмурясь от удовольствия и девушка испытывала неподдельную гордость за то, что именно она дарит ему это наслаждение. В какой-то момент словно молния пробежалась по позвоночнику Элеоноры, она невольно внутренне сжалась, сжимая его плоть внутренними мышцами и услышала его звериное рычание, от которого бросило в дрожь. Она несдержанно закричала, когда тугое напряжение внутри живота взорвалось, накрывая её волной ослепительного наслаждения. Обессиленная, она упала пр

Обессиленная, она упала прямо на подушки, которые он положил под ее живот. Джастин упал на нее, согревая девушку своим теплом, которое медленно, но так крышесносно растекалось внутри. Спустя пару минут он лег рядом, закрывая лицо ладонями и тяжело дыша. Оба устало улыбнулись, почти проваливаясь в черную расслабленную пустоту.

Прохладный морозной воздух проскальзывал в просторную комнату. Джастин лежал развалившись на кровати, подложив руки под голову и закинув одну ногу на другую. Он облизнул припухшие губы и с нежной довольной улыбкой посмотрел на медленно расхаживающую по комнате девушку. Он уже десят минут не сводит с нее глаз и мечтательно улыбается. Его глаза буквально светятся удовлетворением.

— Может выпъешь обезболивающее, милая? — предложил заботливо парень.

Девушка едва передвигала ноги, меняя позу. Между ног саднило, все тело болело, но избавляться от этих не самых приятных ощущений она не желала. Наверное, за всю историю существования человечества, женщина выработала у себя инстинкт радоваться подобной боли, если её причинил любимый мужчина.

— Ничего не надо. — возразила спокойно она, делая сторожные шаги и привыкая к боли.

— Иди ко мне, моя девочка. — позвал Бибер, протянув к ней руки. Элеонора покорно подошла к нему, залазя на кровать и улеглась парню на грудь.

— Прости, что обидел тебя. — он поцеловал ее в лоб, обнимая.

— Ты не обижал меня- шепнула она тихонько.

— Я сделал тебе больно. — вздохнул он. — И я знаю, что я чертов эгоист, но мне было безумно