Цветок эдельвейса или под сенью львиной лапы - Ольха Пономарь

— Я? Боюсь? Ничуть! — попытался разуверить меня в очевидном Гаяз, — вчера я с их мужьями балакал, не думал, что такая толпа придет… не люблю баб, бестолковые вы создания и болтливые, — Гаяз поспешно добавил, — вы, конечно, не такая, даже с мертвяком на плече и то в сто раз меньше болтаете, чем каждая из них.

До нас по прежнему доносились голоса, больше подходящие для базарных торговок, чем для горничных в приличном доме.

— Надо найти занятие хозяину, пока мы будем отмывать дом, — сказала я слуге и вышла к женщинам.

По мере того, как я подходила к ним, стихали разговоры и смех, а все их взгляды скрестились на мне, от презрительных до любопытствующих.

Наконец, из стайки вышла самая бойкая: молодая женщина с пышными формами, в расшитом сарафане с голубой рубахой. Обычно так одевались на посиделки с парнями, а не на уборку замка.

— Вы что ли здесь хозяйка?

Руки в боки, нос задран, как есть — первая невеста на селе. Толстая коса спускалась ниже пояса.

— Меня зовут тарга Туайя, — часть женщин отшатнулось в испуге при первых звуках моего "голоса", — я работаю здесь экономкой. И хочу нанять вас для уборки замковых помещений. Оплата по десять медяков каждой.

Сумма явно устроила женщин, они одобрительно загомонили, но их негласный командир решила иначе:

— Маловато, а если злобный некромант нас сожрет? Или превратит в это? — она качнула широким подбородком в моего "переводчика", послушно сидевшего у меня на плече и пищащего мои ответы.

— Злобный некромант? Не ты ли, Утана, вчера громче всех кричала, что его милость будет тобой довольна? — старый Гаяз выполз из-за меня.

А Утана будто сдулась в момент и ловко затесалась среди сотоварок, тихонько обсуждающих ситуацию и меня в том числе.

— Если больше вопросов нет, пойдёмте за мной, я дам каждой задание.

И я развернулась к ним спиной, будучи уверенной, что никто не откажется. Через несколько мгновений послышался слаженный шорох грубых крестьянских сандалий и башмаков — женщины предпочли возможность заработка страху.

Глава 7

— Я все почистила, госпожа, — обратилась ко мне худенькая девушка с исцарапанными руками и грязными полукружиями ногтей, — теперь решётки как новые. Только в спальню к хозяину я побоялась пойти.

— Какая я тебе госпожа? Называй меня тарга Туайя, — смутилась я, — если не устала, то можешь помочь мне на кухне — приготовить работницам обед.

Девушка просияла:

— Я с удовольствием, тарга Туайя.

— Как тебя зовут? — заинтересовалась я старательной крестьянкой.

— Луиса, тарга Туайя.

— Луиса, иди на кухню и начисти овощи на всех, будем тушить жаркое. Мясо я ещё с утра вымочила в кореньях. А я пока проверю как дела у остальных.

— Хорошо, тарга.

Девушка заспешила на первый этаж, а я вернулась к перерванному маршруту: проверка каждой комнаты.

Открыла дверь в ближайшую гостиную — там дородная крестьянка старательно мыла окна от пыли.

— Что-нибудь нужно? — спросила я.

Женщина сдула прядь, выбившуюся из-под чепчика и ответила низким голосом:

— Нет, тарга Туайя, воды я уже натаскала. Побоялась вашего лакея просить, уж шибко он хиленький. К вечеру управлюсь. Вы только скажите где у вас воска добыть ещё можно, полы натереть?

— Давай завтра полами займёмся, сейчас стены и мебель.

— Завтра? Тарг Гаяз говорил об одном дне, — насторожилась селянка.

— Не беспокойся, заплатим за каждый день, который потребуется, — уверила ее я.

— То другое дело, — подобрела она.

А я пошла дальше. Второй этаж к вечеру будет готов, если женщины не сбавят темпа. А если завтра приведут своих подруг, то и остальные помещения помоем.

Открытая дверь в гостевую спальню, я заглянула в неё и увидела там Утану, вальяжно развалившуюся на кровати поверх покрывала.

— Ты уже закончила? — спокойно спросила ее я, заставив подпрыгнуть от лёгкого испуга. Впрочем, она быстро овладела собой:

— Что тут мыть-то? Чехлы снять, пыль вытереть, окна протереть, камин Луиска почистила..

— А почему ты лежала на кровати?

Девица смутилась:

— Дык, это, хотелось себя госпожой почувствовать. Сами понимаете, когда ещё выпадет случай?

Я прошлась по комнате, действительно, Утана убралась на совесть, если бы не таз с грязной водой и тряпка, можно было бы подумать, что комната жилая.

— Ты не хотела бы поработать горничной здесь, в замке?

— Я? — Утана некрасиво открыла рот от удивления.

— Да, ты, у нас нет слуг, а дом требует ухода.

— Я это… не знаю… — забормотала девушка.

— Давай так, завтра и решим, все равно сегодня все не успеем отмыть.

— А лорд Адвин где? — неожиданно спросила мне в спину Утана.

Тот же самый вопрос я задала Гаязу.

— Ты ж, сама просила услать его на весь день, вот на охоту и спровадил. Не любит он это дело, но чужих в замке не любит вдвойне. Так что побурчал, оседлал Бурого и уехал.

Гаяз несколько с сомнением поглядывал на принесённый в его мастерскую обувной шкаф: у него перекосило стенку, и уже примерялся стукнуть молотком.

— Если забить гвоздики по периметру задней стенки, держаться будет крепче, — посоветовала ему я, — мой папа так всегда делает.

Гаяз с удивлением посмотрел на меня:

— Делает? Судя по тебе он давно уже на погосте…

Но я даже в мыслях не могла похоронить живых родителей, потому промолчала, заработав ещё один подозрительный взгляд от Гаяза.

На обед все женщины собрались на кухне, Гаяз отправился на конюшню с едой для мальчика-конюшего, а я встала на раздачу.

— Ой, как вкусно Луиска готовит, — похвалила одна из селянок зардевшуюся девушку.

— Я бы хотела предложить вам поработать у нас горничными, — чуть повысив голос сказала я обедающим женщинам, — вы можете решить до завтра. А пока приятного вам аппетита.

И я ушла, оставив за собой ровный гул удивленных голосов.

Было у меня одно дело, насколько я помнила, никто из селянок не рискнул зайти в спальню к лорду, а между тем, она по прежнему требовала наведения порядка.

В апартаментах ничего не поменялось, картины с изображением местного замка, жеребца, вставшего на дыбы, лесной речушки, были все так же покрыты слоем пыли. Звуки из других комнат сюда не проникали и я, кряхтя, наполнила два таза чистой водой, благодаря магов за их нововведения в сфере быта. Ещё в год моего рождения, чтобы в доме была вода, ее таскали из ближайшего источника, будь то колодец или ручеёк. Теперь же, открыв кран, я получала эту же самую воду без каких либо усилий. Разве не красота?

Добраться до люстры не получилось, моего роста, даже со стулом, не хватало,