Доктор, хочу от вас дочь! - Чарли Маар

— Ты не мог бы чуть наклониться? А ещё лучше, если ты присядешь вон на ту тумбу позади тебя. Я не дотягиваюсь.

Даже прижатое к лицу полотенце не скрывает улыбки, касающейся его губ. Игорь послушно опирается на тумбу, благодаря чему оказывается почти наравне со мной по росту. Это сильно облегчает задачу провести все необходимые манипуляции. С одной стороны. А с другой — он широко расставляет ноги, отчего каждый раз, когда я подхожу ближе, я как бы оказываюсь в его объятиях. Запах его духов смешивается с металлическим запахом крови, и почему-то эта смесь заставляет мою голову кружиться.

— Дай я осмотрю, — когда большую часть крови удаётся смыть, я обхватываю лицо Игоря руками и внимательно рассматриваю нос. — Вроде перелома нет. Но бинт всё равно держи какое-то время, пока кровотечение полностью не остановится.

— Я в курсе. Я же врач, — улыбается Бурдаев. — Но всё равно приятно, что ты обо мне заботишься.

— Ты же психиатр, а не травматолог и не хирург, — шиплю, намекая на его ложь в переписке.

— Каюсь, милая Джульетта. Мне пришлось соврать. Почему-то я посчитал, если признаюсь тебе в том, что это я, то ты не станешь со мной общаться.

— Так и есть, — киваю, заглядывая в серо-голубые дымчатые глаза. — И сегодня, когда пришёл, на что надеялся? Что я, увидев тебя, не уйду? Зачем ты вообще это всё придумал? — я сглатываю, чувствуя подступающую к горлу обиду. — Весь этот фарс? Ты тогда увидел приложение у меня в телефоне и решил поиздеваться? — оттолкнувшись руками от его плечей, я хочу отойти к раковине, чтобы смыть с рук его кровь, но Игорь неожиданно смыкает ладони у меня на талии, отложив окровавленный бинт, и возвращает меня на место, из-за чего я снова оказываюсь в опасной от него близости, и мои пальцы машинально ложатся обратно ему на плечи, так как иначе я просто упаду на него.

— Всё не так, Саш.

— А как? Разве это не насмешка? Что у тебя за шутки такие? Чтобы ты знал, в этом приложении люди действительно ищут…

— Я понял, что они там ищут, Саш. Просто… я же говорил тебе, что хочу ребёнка. Давно хочу, — его большие пальцы сильнее надавливают на бедренные косточки, затем чуть скользят к низу живота, отчего моя кожа покрывается мурашками. — Я тогда увидел твою анкету и… удивился, что ты, получается, хочешь того же самого.

Глядя в серо-голубую бездну его глаз, я в который раз поражаюсь, как быстро они могут менять оттенки. Они то темнеют, то светлеют, то становятся полностью серыми, то отдают мягким голубым свечением.

— И ты подумал, почему бы нам не сделать ребёнка вместе?

Горячие ладони ползут на поясницу.

— Да, — выдыхает мужчина.

Когда тёплое дыхание касается моих губ, я понимаю, что вбираю его в себя, и оно будто наркотик просачивается в лёгкие, вызывая мгновенное помутнение рассудка.

— Это… глупо. И невозможно, — кое-как выдавливаю ответ, затем пытаюсь отстраниться. — Мне нужно руки помыть…

— Почему это глупо? И почему невозможно? — когда я отхожу к раковине, Игорь поднимается следом за мной.

— Потому что… потому что ты мне не подходишь.

Сую руки под воду, стараясь не смотреть на Бурдаева.

— А в анкете твоё описание мужчины, которого ты ищешь, точно совпало со мной.

Из-за напоминания о том, какое именно описание я указала в приложении, мои щёки начинают гореть адским пламенем, так как любой не глупый человек сопоставил бы это описание с Игорем, если бы хоть раз его увидел. И, разумеется, Бурдаев далеко не глуп, так что быстро акцентирует на данном факте внимание.

— Это совпадение! Всё равно мы не подходим друг другу. Ты это ты. А я это я.

— Какой-то слабоватый аргумент, ты не находишь, Саш?

— Нет, не нахожу! Что вообще за ернуда? С чего ты вдруг решил, что мы можем быть родителями одного ребёнка? Мы толком… не знаем друг друга. И столько лет не виделись, — поворачиваюсь к Игорю, до сих пор не в силах принять ту информацию, что он не пошутить хотел, а действительно планировал завести со мной дочь.

Бурдаев выгибает бровь и делает шаг ко мне, отчего мне приходится запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза.

— В приложении клуба никто друг друга не знает. По-твоему, лучше, если бы я оказался совсем незнакомцем? Разве родить от абсолютно постороннего мужчины это разумнее, чем от того, кого ты хотя бы отчасти знаешь?

— Я вообще не собиралась рожать! Ни от кого! Я… по глупости и из любопытства приложение скачала! Не знаю, что на меня нашло!

— То есть, ты не хочешь ребёнка? — нахмурившись спрашивает Бурдаев.

— Я хочу. Ну, то есть, не совсем так хочу!

— Так хочешь или нет, Саш? — Игорь вытягивает одну руку и кладёт её на край раковины, снова запечатав меня в некий капкан. — У нас получился бы красивый ребёнок.

Он так хрипло и напряжённо это произносит, что я невольно начинаю фантазировать. И не только о ребёнка, но и о том, как мы будем его делать.

— Мне что-то нехорошо, — упираю ладони в грудь Игоря.

Его сердце тут же ударяет мне в руку.

Нужно, чтобы он отошёл, потому что от его близости у меня слишком кружится голова и в животе растекается огненное цунами. Не хватало, чтобы я сейчас, подталкиваемая этими чувствами, потащила его делать ребёнка.

— Нехорошо? Тошнит? — хмуро оглядывает моё лицо. — Ты покраснела. Может, у тебя жар?

Он поднимает одну руку и прикладывает ко лбу, отчего дрожь в моем теле становится ещё более сильной. Я на автомате цепляюсь за мощные предплечья Игоря. Колени трясутся, слабость в ногах заставляет пошатнуться, из-за чего я начинаю оседать на пол, но сильные руки Бурдаева не позволяют этому случиться. Он подхватывает меня и прижимает к груди.

— Саш, в чём дело? — обеспокоенно спрашивает, а мне хочется выкрикнуть, чтобы он отошёл, потому что это он так на меня действует!

Но сказать ничего не выходит, так как, во-первых, голосовые связки парализует и дыхание перехватывает — настолько хорошо ощущается то, что я нахожусь в его руках.

Во-вторых, моё внимание привлекает какое-то шорканье и голоса, раздающиеся из-за приоткрытой двери туалета.

Шум воды в кране помешал сразу услышать, что в вип-кабинку кто-то вошёл. Но теперь я явно слышу разговоры…

— О, Господи… Это кровь! И это Сашина блузка! Я точно помню, что