Вне правил - Анель Ромазова

как бездомный полупокер пешкодрапом. Яську я видел почти голой. Шарю по ней взглядом и, как семилетний поцанчик, тайком спиздивший Барби у младшей сестренки, мысленно раздеваю.

Аж ладони зудят, поскорее узнать, что там за чудеса расчудесные у деревенской куколки под одеждой.

Визуализация прихрамывает. В бане — то темно, как в подвале было. Так что тут больше тактильно прощупал. Кратко резюмирую — понравилось. Устоять не в силах. Хочу раздеть догола и трогать. Трогать. Трогать. Мусолить каждый сантиметр ее тела.

Что-то, как-то приходи на ум — желанного.

Не даст.

Проблема?

Не особо.

— Глаза не сотри. Потом, дорогу домой не найдешь. Будешь, как мушиный слепень….Луп, луп, а вокруг темнотааа, — Яська не поворачиваясь, плюется сарказмом.

Язык, твою маму, как бритва. Что не слово то серпом по яйцам.

— Было б на ком стирать, — делано выдвигаю, якобы мне похер, что не слишком длинный сарафан колышется туда — сюда, наглаживая ее ноги. Что крупный мак по центру ягодиц, ложится то на одну, то на другую половинку.

Что шейка у нее стройная, кожа гладкая блестит на изгибе от загара. Присосаться бы, чтоб до визга голосок раздала.

Факью!

Злюсь. Красивая же стерва.

Бреду за ней, будто ослик Иа. Как, сука, на веревочке за собой тащит.

И это бесит, что я в их ландшафтах путаюсь. Откуда вышли, куда пришли. Ни указателей, ни хрена. Хоть футболку снимай и на ленты режь. Мотай на палки, благо их тут в большом количестве на обочине валяется. Ставь метки, чтоб обратно дорогу найти.

С Яськи станется, заведет в ебеня и смоется. И вообще, не уверен, что за тачкой меня ведет. Как-то подозрительно быстро она согласилась.

Приближаемся к густым зарослям деревьев.

— Тропинку видишь, — Яська кивает в сторону узкой натоптанной дорожки, утопающей среди пушистых кустов с мелкими красными ягодками.

— Ну, — однозначно выбрасываю.

Шагаю к первому кустику и стягиваю горсть налитых даров природы. Посомневавшись мгновение, до рта не доношу, выжидая ее дальнейших высказываний.

Подавиться опасаюсь в гневе.

— Иди по ней и не сворачивай. До речки дойдешь, потом вправо по берегу, увидишь старые коровники, то есть их развалины, — по- деловому нагло расписывает дальнейший маршрут.

Допинываю мысль, как Царевна — Лягушка намыливается меня бросить, на произвол судьбы.

— Так не пойдет, — прицокивая, отрицательно машу черепом, — Ты у меня на крючке. Помни об этом, Строгая.

Шантаж — дело хорошее, когда он в умелых руках. В моих.

Она за полного кретина меня держит?

Заблужусь в трех соснах, и поминай, как звали. Ну, не прельщает меня перспектива, по лесу бегать в одного и аукать. Выискивать на свою жопу приключений, в виде капканов и аборигенов с ружьем.

Благодарю за предложение но, чет не заходит.

— Ладно, — лыбится, скрестив руки на груди. Морщусь в подозрении, что это еще не конец ее выступления, — Кушай, Натан, волчьи ягодки, они ооочень полезены.

— Интересно, для чего это? — сверлю ее прищуром.

— А дурь из организма изгоняют естественным путем, — просвещает, совершенно, спокойно.

Естественным — это же…

Дураку понятно, дно выбьет и крышку сорвет… Рвота, диорея и, как итог, обезвоживание.

Блядь!

Еще секунда и я бы целую пригоршню хапнул.

Ну и сучка! Предупредить, не могла раньше.

Брезгливо отбрасываю токсичную дрянь. В этом дендрарии даже воду не стоит пить. Все не фильтрованное, не очищенное, но, сука, натуральное. Ненавижу все, что не упаковано и не указан срок годности.

Как они выживают без цивилизации — не понятно.

Таю в себе злобу. Доведет куда нужно, а там уж поквитаюсь сполна за все ее выходки.

Ты Яся еще не в курсах, какого зверя в ловушке себе в дом привела. Ручонки потираю в предвкушении и иду.

— Если серьезно, про ягоды. если б я их съел, что было бы, — ломаю с дерева ветку и отмахиваюсь от всяких, покушающихся на мою благородную кровь, летающих тварей.

Мошки, комары. В лесочке кишмя кишит, только успевай отмахиваться. Жужжат противно и в глаза лезут.

— От красной смородины что ли? Что от нее будет, там сплошные витамины, — устало вздыхает и давится смешком.

В три шага догоняю и хлещу веткой по заднице.

Пфууух! Полегчало основательно.

Кручу три секунды по действиям назад и на повтор.

Луплю еще хворостиной. Посильнее. Со свистом.

— Больно же… - пищит белогривая, прикрывая ладошками заманушный попец.

Бля! Хорошо. Свежо и голове легче. Дать бы ей еще разок, но Яська отбегает.

— Сначала больно, потом приятно. Ферштейн, на что я намекаю? — бровями дергаю и улыбаюсь в стиле «Доктор Зло»

Строгая садится на корточки, рыщет глазами по траве. Щиплет по листику с разных сортов. Поднимается, трет в ладошках, что-то сумбурно нашептывая.

Что творит — то?

Весь ее шаманизм ни немножко а, пиздец, как множко напрягает. Волосы на макушке, как антенки дыбом встают.

Че выкинет на этот раз, не подозреваю.

Кумекаю, что скоро трешачок подвезут. Выгружай.

Приближаюсь осторожно на расстояние вытянутой руки. Она, дунув, бросает растертой травой мне в лицо, приговаривая,

— Семь лет тебе импотентом ходить.

Заряд ярости лупит в грудь. Сатанею в сотую долю секунды

Аууу!

Вот так делает мое вмиг рассвирепевшее нутро. Ведьма, крутанувшись на пятках, дает деру с тропинки в чащу.

Естественно, срываюсь вслед за ней, ломая на ходу березы. Мысленно, опять же, но, тем не менее, я зол в крайнюю точку.

С корнями все деревья выдираю, но в реале, лишь успеваю отбиваться от веток, чтобы нечаянно зрения не лишиться. Ветер в харю, а я шпарю за ней, позабыв, что надо держать курс на реку, и не сходить с человеческой тропы.

= 12 =

Ноздри раздуваются, как у того жеребца, в сумасшедшем галопе. Скачу огибая деревья, на полном ходу перемахивая через кочкари, покрытые травянистой шкурой. Сигаю через поваленные стволы, попеременно теряя Яську из виду.

Морда, шея, руки от края рукава до пальцев щиплет, так их мелкими и колючими ветками нахлестало.

Злости и адреналину во мне нет предела. Прибывает и прибывает.

С хрустом мну подошвой шишки на земле.

Ощущаю себя Тарзаном. Не человеком, млять, обезьяной. Точнее, возбужденным самцом гориллы, загоняющим свою шизанутую самочку на случку.

Второе дыхание открывается. Третье …

Я как бы, ебать, какой спортивный. Выносливый. Непобедимый. Бегаю намного быстрее Строгой. Сокращаю расстояние стремительно и бесповоротно. Уровень креативного мышления под потолок взлетает.

Вычленяю острым глазом Яськину траекторию, предугадываю и ухожу вправо. Даю крюк метров на тридцать. Втискиваю тушу в ствол чего-то громадного, что четверым не обнять. Соответственно, Строгой не видно, где