Взлом проклятья, или Любовь без повода - Катерина Ежевика

хэс Руд замолчал, оглядел нас, не сводящих с него глаз. Я больше всего следила своевольным хвостом. Эта мощная, но гибкая конечность завораживала меня и одновременно умиляла.

Особенно пушистый кончик — темно-красная шерстка с оранжевыми кончиками, так и просила нацепить на нее бантик. Волосы на голове демона были черными и, похоже, очень жесткими. Стояли удлиненным ежиком, и среди них росли поражающие воображение рога. Загнутые к затылку, они воплощали в себе всю мощь своего хозяина.

— Эх, кажется, я снова слишком увлекся и не рассказал главного. В общем, за века единственная башня обзавелась башенками-близнецами первой, так как следующий маг, завел гарем из фей. У каждой был свой высокий дом-тюрьма.

Потом была война, по итогу которой феи покинули этот мир, орки теперь не селятся поблизости, так как ближайшие земли их не принимают. Гномы поглубже забрались в свои пещеры, а людьми долгое время правил черный маг.

Именно благодаря черным ритуалам замок приобрел характерную окраску, и некое подобие души. А сад вокруг живой благодаря феечкам, что не скупились на магию жизни. Позже снова разразился сильнейший магический конфликт. На следующих лекциях разберем подробнее. А сейчас суть.

В последнем столкновении несогласных сторон замок потерял хозяина и какое-то время пустовал, пока один из правителей не решил обосновать здесь академию. А полторы тысячи лет назад к нам сослали драйхорена, предварительно лишив его всего. Родного мира, титула, дохода и даже частицы его души. Драйхорен не может оборачиваться ни в койшера, ни в дракона. Все вы знаете его как Стража. Свое настоящее имя он держит в величайшем секрете.

Рассказывая про Стража, демон не выглядел довольным, наоборот, чувствовалось, что он не слишком-то рад такому соседу по замку. И я вспомнила причину, по которой демоны не любят драйхоренов.

Внезапно хэс Руд резко хлопнул в ладоши, одновременно ловко, в прыжке поднялся с кресла. А я прикрыла ушки, в которых звенело: ладоши у демона ого-го, и хлопок получился такой, что оконтузиться можно или даже оконфузиться.

— Дамы, простите, забыл, что ушки у вас нежные. Сейчас идем в зал для тренировок. Покажу каждому из вас подготовленные варианты тренировок.

Спортом предстояло заниматься на улице. Мне выдали не только магический свиток с упражнениями, но и личного беса, который следил за отсутствием отлынивания и лени во время занятий.

За полтора часа я должна была побегать, сделать разминочную гимнастику, тщательную растяжку на все группы мышц и в конце небольшую медитацию. В процессе погружения в себя нужно было найти и прочувствовать свою магию, ощутить ее настроение, оттенки ее вкуса, запаха и цвета. Подружиться и в результате научиться разгонять по телу.

Бесенок у меня был мелкий, но очень ответственный. Подгонял, ругал или хвалил и снова подгонял. По итогам месяца моих тренировок его ждет или награда в виде возможности бывать в других мирах или штраф. Понижения в должности бесенку не хотелось, и он со старательным пыхтением помогал мне осваивать возможности собственного тела и магии в нем.

Позже был душ, обед и лекции по магическим растениям, а еще позже по монстрам и способам их упокоения силами некромантской магии. К счастью, пока только в теории.

После всех занятий я была вымотанная, но счастливая и перед ужином решила прогуляться по саду, который когда-то посадили для феи. А это тот самый парк, где я очутилась непосредственно после перехода. Может, поэтому он и составляет такой контраст с замком?

Я медленно шла по дорожкам, рассматривая цветы, деревья и кустарники, отдыхая душой и с удовольствием вдыхая аромат цветущих растений. Погруженная в себя, я не услышала, как меня нагнал вампир, и вздрогнула, когда его голос неприятным скрипом прошелся по нервам.

— Иголочка, я хотел поговорить с тобой.

Он заметил, как я вздрогнула, невольно поморщилась от неприятных звуков и с легким испугом посмотрела на него, не зная, чего ожидать от этой встречи. А еще мне не нравилось обращение, которое мне придумали близнецы, но говорить я ничего не стала.

— Не бойтесь меня, прошу.

Он отчего-то перешел на “Вы” и постарался говорить тише. Так его голос, действительно, воспринимался легче.

— Знаю, мой голос не подходит для легкого восприятия большинства гуманоидов. Я работаю над его звучанием.

Вампир стоял в метре от меня, руки сцепил за спиной и замолчал. Мне показалось, что он вглядывается в мое лицо. Я молча слушала, все еще слегка настороженная, но когда он качнулся в мою сторону, не дернулась и не отшатнулась.

Прислушавшись к себе, поняла, что не боюсь вампира.

— Я прошу вас, Иголочка. Выслушайте мою просьбу и обещайте подумать, прежде чем отказывать.

Признаюсь честно, этот вампир умеет заинтересовать. Я оживилась, забыв об опаске, и произнесла:

— Обещаю подумать. Но вы расскажите мне, что за наказание от вас досталось магам-близнецам.

Слегка натянуто я улыбнулась.

Глава 12

В свою башню я вошла задумчивая и не сразу заметила топтавшегося рядом с лестницей орка. Цвет его кожи был темным, и весь вид показался странным. Чтобы не гадать, я подошла ближе, и молодой мужчина, заметив меня, затоптался усерднее. Не зная, куда девать руки, он комкал свой плащ.

— Вахен, с тобой все хорошо? — обеспокоенно оглядывала нервничающего орка.

— Алена, хорошо, что я встретил тебя. Я так боялся увидеться с Камирой, но и хотел очень.

— А почему боялся?

— Мед жалко.

— Мед? — удивилась я.

Здоровенный зеленый парень то приобретал привычный зеленый оттенок кожи, то становился бледнее, то, наоборот, темнее. Постепенно я пришла к выводу, что несчастный влюбленный попросту то краснеет, то бледнеет. От нервов.

И вот зелень на лице, а особенно ушах стала ближе к бурому, а Вахен из заплечной сумки достал боченок литра на три и смущенно улыбнулся.

— Это мед для Камушки. Если ты ей передашь, то она не выльет его мне на голову. А еще ты сможешь успокоить ее и уговоришь не выкидывать, а съесть. Это очень полезный мед с пасеки моего дяди. Магическое истощение восстанавливает только так! — воодушевленно рассказывал однокурсник. — А еще он очень вкусный.

Орк еще несколько минут горячо уговаривал меня принять сладкий подарок, хотя я, итак, была согласна, но вставить хоть слово не выходило.