Беглая жена дракона. Наследница проклятого поместья - Адриана Вайс

– Думаете, она не пыталась этого сделать? – грустно ухмыляется Юдеус, – Это не обычные заросли. В них скрыта сильная магия. Мадам Беллуа говорила, что это место было здесь задолго до того как возле него появился особняк. В любом случае, эти заросли не берут ни ножницы, ни сильные заклинания. Вся магия неподалеку от них вообще будто бы умирает.

Вот на этот раз я уже нервно сглатываю и еще раз кидаю взгляд на эту изгородь. Теперь уже она мне кажется во много раз более мрачной и опасной.

– Так что, мой вам совет, – переводит на меня взгляд душеприказчик, – Ни в коем случае, не ходите туда. Быть может, эти слухи не имеют ничего общего с реальностью. Быть может, все это придумала сама мадам Беллуа, чтобы отгородиться от ненужного внимания. И все же, проверять это на деле я вам не рекомендую.

Натянуто улыбаюсь и совершенно искренне благодарю его. Хоть, и без его совета я и ни за что не собиралась этого делать. Учитывая все, что мы успели увидеть, пока добирались до особняка, здесь и без жуткого лабиринта есть чем заняться.

– В таком случае, позвольте откланяться, – разворачивается Юдеус в сторону выхода, – Оставляю вас здесь на попечение мсье Мосса, а у меня еще много дел. Ждите меня в ближайшие дни со всеми бумагами и письмом от мадам Беллуа.

– Огромное вам спасибо, – отзываюсь я, не зная что ему еще сказать и как его отблагодарить.

Страшно подумать что со мной было бы без его поддержки и посильной помощи. А потому, я правда ценю все то, что Юдеус делает для меня. Совершенно незнакомого ему человека.

Пожалуй, как только обживусь здесь, нужно будет его как-нибудь отблагодарить.

Когда за Юдеусом закрывается дверь, чувствую как на меня накатывает усталость. А еще, просыпается невероятный голод. Последний раз я ела ранним утром, тогда как сейчас солнце уже вовсю опускается к горизонту.

– Может, вы желаете, чтобы вам подали ужин? – словно читает мои мысли Роланд, который все так же стоит внизу, у изголовья лестницы.

– Благодарю вас, это было бы очень кстати, – моментально оживляюсь я.

– В таком случае, прошу за мной. Я покажу вам банкетный зал, а заодно познакомлю со слугами.

Роланд быстро проводит меня по длинным полутемным коридорам особняка, попутно рассказывая о тех слугах, которые, как он выразился, "еще не разбежались".

В их числе оказывается дворецкий, две горничные, садовник, повар, кучер, который совмещает еще и обязанности конюха, а так же смотритель особняка. Всех их он обещает вызвать сразу после ужина.

А пока, Роланд усаживает меня в трапезной – просторной комнате с большой богатой хрустальной люстрой и потолком, украшенным лепниной – за массивный обеденный стол из темного дерева.

Покрутив головой, замечаю, что здесь наблюдается та же картина, что и в зале. Пустые светлые прямоугольники на стенах с крючками под картины, явно не хватает стульев, обитых дорогим бархатом, а буфет в дальнем углу выглядит опустошенным: в нем стоит лишь пара бокалов, тарелок и несколько столовых инструментов.

Но не это самое странное.

Когда повар – высокий мужчина средних лет в белом колпаке с усталым лицом и пышными усами – подает ужин из жареной утки с запеченными овощами, у меня перед глазами снова появляется картинка. Та самая, необычайно яркая и осязаемая, от которой снова бросает в дрожь…

Глава 16

Первым делом я отрезаю кусочек утки и наслаждаюсь ее невероятным вкусом. Мясо настолько нежное и сочное, с глубоким слегка сладковатым ароматом и едва различимыми цитрусовым послевкусием, что я едва сдерживаю восхищенный стон. Повар, который приготовил это блюдо, действительно мастер своего дела.

Вот только, стоит мне протянуть руку к кубку, чтобы запить, как у меня перед глазами появляется яркая и осязаемая картинка, от которой я на некоторое время впадаю в ступор.

Я подношу кубок ко рту и делаю большой глоток. Напиток, который находится в нем, представляет собой что-то среднее между фруктовым чаем и морсом. Он имеет насыщенные фруктовые нотки со слабой кислинкой. Однако, под этими вкусами будто бы скрывается еще какой-то, мимолетно-горький, которому здесь явно не место.

Однако, я даже не успеваю его распробовать, как... моя рука слабеет. Кубок падает на стол, оставляя на скатерти розовое пятно. А я чувствую, как тяжелеет моя голова.

Глаза слипаются, вокруг все мельтешит и кружится. Я порываюсь вскочить из-за стола, но вместо этого... роняю голову на крышку и забываюсь беспокойным сном...

От увиденного, меня резко бросает в жар и я жадно хватаю ртом воздух, чтобы прийти в себя.

Что это было? Неужели, меня хотят отравить?!

Замерев с вытянутой в сторону кубка рукой, я краем глаза кидаю взгляд на управляющего с поваром. Оба стоят в стороне как ни в чем не бывало.

Запоздало понимаю, что если бы они хотели бы со мной что-то сделать, сделали бы как только ушел Юдеус. Я тут одна, еще ни с кем не знакома. А, значит, беззащитна и вряд ли могу чем-то ответить.

Скорее всего, меня хотели просто усыпить. Но даже если так, то для чего?

И даже не это главное. Кто из них двоих решил мне что-то подсыпать? Управляющий или повар? А, может, они оба в сговоре?

Из жара меня бросает в холод.

Дело осложняется тем, что я не могу им ничего сделать. Пока я даже не являюсь владелицей этого поместья, так что и мое слово ничего не значит. Если решу сейчас стукнуть кулаком по столу и выгнать их из поместья, они только рассмеются.

И это как минимум. Как максимум, устроят что похуже.

Нет, сейчас самое лучшее – это не подавать вида, что я знаю про содержимое напитка. Поэтому, я снова переключаюсь на утку, не забывая настороженно поглядывать в их сторону.

Учитывая, что мне больше некуда податься, мне надо быть постоянно настороже в этом поместье. И, хотя бы до тех пор, пока Юдеус не разберется с бумагами, обслуживать себя самой. Готовить, чтобы быть уверенной, что подобного не повторится, стирать, убирать и все такое прочее.

Для меня это раз плюнуть. Наоборот, смогу получше присмотреться к окружающим и понять что здесь происходит. Потому что чем дольше я здесь нахожусь, тем больше у меня появляется уверенность в том, что проклятье, о котором говорил Роланд – лишь прикрытие.