Поздняя любовь - Елена Вернадская

25 лет Витя знать не хотел своего ребенка, алименты с боем выбили, так вы же потом развелись специально, чтобы платить на Сашку на восемь процентов меньше, — Кира интонацией выделила восемь. — А теперь приперлись сюда на пару с муженьком и просите помощи? Полпечени вам отдать? Да вы я смотрю совсем охренели.

— Но мы же заплатим!

— А ты доченьке своей заплати! — Лидия побледнела. — Или что, она не горит желанием папочку спасать?

— Да при чем тут моя дочь! — возмущенно воскликнула Лидия.

— А мой сын тут при чем⁈ — в тон ей отозвалась Кира.

Обе замолчали на несколько мгновений. Потом Лидия ухмыльнулась и спросила едко:

— Что, до сих пор не можешь простить, что он тебя пузатую бросил?

Кира буквально на секунду задумалась.

— Мой ответ в данной ситуации абсолютно не важен. А вот ты сама себя спроси, почему вопрос нашего расставания так тебя волнует?

Лидия недоуменно взглянула на Киру, которая продолжила:

— Что, до сих пор сомневаешься, женился ли он на тебе из-за большой любви или из-за папиных связей⁈

Лидия побледнела.

— Дура, — бросила она. — Я так это не оставлю. Думаешь сидишь тут в своем кабинете, заведующая какой-то сраной библиотекой и на тебя управы не найдется? Да мне достаточно пару звонков сделать и тебя выпрут отсюда под зад коленом. Если не уговоришь Сашку хотя бы анализы сдать, прощайся со своей работой. Три дня тебе срока, — и выбежала из кабинета.

— Вот и поговорили, — хмыкнула Кира.

Дверь кабинета вновь открылась и на пороге появился Алексей.

— А что это за бешеная дамочка от тебя выскочила? Какая муха ее укусила?

Кира улыбнулась.

— Я ее укусила. Мухи по осени кусаются, а я — когда меня доводят.

— Расскажешь, кусачая моя? — спросил Алексей, обнимая и нежно касаясь губ женщины.

— Обязательно, но чуток попозже, когда успокоюсь.

Глава 18. Саша

Сашка выходил из офиса уставший, но довольный. Проект, над которым он работал последние две недели, сегодня, наконец-то, был завершен. Более прекрасного окончания рабочей недели сложно было придумать.

Саша вышел из здания бизнес-центра и вскинул голову к небу. Сентябрь радовал погодой. А вечером с Дашей и компанией друзей Сашка участвовал в Мозгобойне*.

— Саша, — позвали его откуда-то сбоку. Какая-то незнакомая женщина стремительно приближалась к парню. — Саша, здравствуй!

— Здравствуйте, — немного растерянно ответил парень. — А мы знакомы?

— Нет, но я предлагаю исправить это недоразумение. Меня зовут Лидия Ивановна Шаповалова. Я жена твоего отца.

Саша хмыкнул.

— Отца значит? Так у меня нет отца.

— Саша, но ты же понимаешь о ком я говорю. Твоему папе нужна помощь.

— Ааа, уже и папе, — опять хмыкнул Саша.

— Саша, только ты можешь помочь…

— Я не помогаю посторонним людям! — жестко ответил парень.

— Но он же не посторонний тебе. В тебе течет его кровь. Да, вы не общались, но это твоя мать постаралась…

— Рот свой закройте и не смейте своим поганым языком касаться моей мамы. Мне было 10, когда мы делали тест ДНК. Мой так называемый папаша даже не соизволил с нами поздороваться, просто сделал вид, что нас там нет. Мы эти правила игры приняли, его для нас тоже нет.

— Но он же твой отец…

— Он мне не отец, он всего лишь донор биоматериала. До свидания, — Сашка стал спускаться по ступенькам.

— А если бы на месте отца была твоя мать? — с истеричными нотками в голосе спросила Лидия Ивановна.

— Если бы не дай бог на месте Шапавалова была моя мама, у меня бы даже вопроса не возникло, как поступить.

— Мы заплатим, — прилетело ему вслед. — Сколько ты хочешь?

Саша обернулся и посмотрел на женщину, как на идиотку.

— Себе оставьте свои деньги. Вам нужнее. Мозги себе купи́те.

Бодрым шагом Сашка отправился к припаркованному недалеко прокатному электросамокату.

*«Мозгобо́йня» — паб-квиз, основанный Екатериной Максимовой и Александром Ханиным

Глава 19. Кира

Саша позвонил Кире в тот момент, когда машина Алексея остановилась недалеко от кафе, в котором они собирались ужинать.

— Да, сынок.

Кира несколько минут просто слушала своего сына. По ее лицу было понятно, что новости женщине совсем не нравились.

— Саша, ты все правильно сделал. Она ко мне тоже приходила, — Кира немного помолчала, слушая сына.

— Не разговаривай с ними вообще. Пусть катятся. Я подумаю, что можно сделать. Да, у меня все хорошо. Да, сынок, хорошей вам игры. Даше привет передавай. Хорошо, все, пока.

Кира отключила звонок, и закрыв глаза сказала:

— Вот же сволочи!

— Кира, что случилось?

— Гады одни активизировались, — взглянув на мужчину, ответила Кира.

— Пойдем в кафе, и ты мне все расскажешь, договорились?

Кира кивнула.

Когда они устроились за столиком и сделали заказ, Алексей вопросительно взглянул на Киру.

Кира вздохнула и начала рассказывать.

— Дело в Сашкином отце. Я не все тебе тогда рассказала. Просто не могла в тот момент об этом говорить. Пару недель назад он объявился. Представь, человеку было плевать на сына 25 лет, а тут он звонит и говорит мне, что в нем проснулись отцовские чувства, просит Сашкин телефон. Конечно, никакой телефон я ему не дала. Но Сашке о звонке рассказала. У сына желания общаться не возникло. Виктор сам нашел Сашку и завел ту же песню. Сын его послал. Я заподозрила, что что-то ему от Сашки нужно. Тогда я решила через своих знакомых разведать ситуацию. Если коротко, у Виктора большие проблемы с печенью, ему требуется пересадка… — на последних словах голос Киры дрогнул.

— Погоди, — остановил Алексей. — То есть я правильно понимаю, что папашка клал на ребенка столько лет, а теперь хочет, чтобы сын стал донором?

— Да. Я как стала читать об этом, а там… Леш, там смертность один на пятьсот. Да и последствий куча может быть.

— У него же еще две дочери? Я правильно помню? Они не подходят что ли?

— Я не знаю. Одна там несовершеннолетняя, а вторая… Я не знаю, Леш. Дамочка, с который ты столкнулся сегодня у моего кабинета — жена Шаповалова. Она приходила ко мне. Уговаривала, деньги предлагала. Угрожала, что если я не уговорю Сашку хотя бы на анализ, меня с работы уволят. Как будто это может меня волновать в такой ситуации. А потом к Сашке поехала.

— Сашка ведь не собирается соглашаться?

— Нет, не собирается. Он Даше пообещал. Но мне вся эта ситуация не нравится. Они едут сюда из другого города, вместе или отдельно, не важно, и достают нас. Я боюсь, чтобы они еще что не придумали.

— Так,