Не целуй меня - Лана Ирис

— Конечно, ты права, прости, — стыдливо прикусываю губу. — С этого дня я буду брать его с собой всегда. Обещаю!

— Тем не менее, с ним нужно что-то делать. Либо ремонт, либо покупаем новый. И я считаю, что лучше все же новый.

Ох, зачем я ей ляпнула, что он сломан.

— Сабина, пожалуйста, не надо, — умоляю я жалостливо. — Я не хочу быть обузой.

— Ты для меня не обуза! Не смей так говорить! Что за глупости! Ты моя семья!

— Спасибо, но… Знаю, как тяжело тебе тянуть нас всех. Я бы хотела сама купить себе телефон. Знаешь, предложение Дины подработать в магазинчике ее матери все еще в силе, и я…

— Нет. Марина, мы уже сто раз обсуждали. Никаких подработок. Учеба превыше всего сейчас. Помни о поступлении в ВУЗ.

— Это не помешало бы…

— Нет. Я не разрешаю, Маришка. Никакой работы.

— Но я хочу быть полезна, хотя бы немного.

— Ты очень помогаешь мне с Пашей и Хамфри. Этого достаточно, Мариш. Разговор на эту тему закончен.

Я знаю, что мне не стоит обижать Сабину и не спорю. Она очень добра ко мне. Пока мы обсуждаем все, я разбиваю яйца в сковородку, кладу сосиски и зелень. Завтрак делаю на всю семью.

Я не тороплюсь, потому что у нас автобусы ходят каждые пятнадцать минут. Но когда я не спеша пью кофе, поедая вкуснейшую глазунью и задумчиво гляжу на секундную стрелку часов, слышится странный грохот. Сначала один раз, потом еще и еще…

Сабина отвлекается от своей книги, которую читает всегда за завтраком и удивленно поднимает голову.

— Что это?

— Не знаю, — безразлично пожимаю плечами.

— Такое чувство, — Сабина встает со своего места и подходит к окну, — что кто-то кидает в окно камни.

— Ой! — я тоже подскакиваю к окну и встаю позади Сабины, заглядывая ей за плечо. — Я совсем забыла про этого чокнутого!

— Про этого чокнутого? Так ты из-за него задержалась допоздна вчера? У тебя появился парень?

— Нет, не из-за него… То есть да, из-за него, но не из-за него… Вообщем… Там долгая запутанная история…

Сабина издает красноречивый смешок, а я ощущаю, что мои щеки горят.

— Отойди пожалуйста, — прошу ее, отворяя окно. — Я…

— Ну, хорошо, — она отходит, но продолжает на меня смотреть, ласково улыбаясь и сложив руки на груди. — А знаешь, я думала, это произойдет даже раньше.

— О чем ты?

— Твоя первая любовь. Самое запоминающееся событие в жизни.

В ужасе мотаю головой.

— Не говори ерунды! Сабина! Ты не представляешь, что это за парень! Настоящий дьявол! У него даже в мыслях этого нет! Поверь! И… Этого мне еще не хватало! Да я лучше сама себя закопаю прямо под этим деревом!

Она заливисто смеется, а я склоняюсь в открытое окно.

— Что⁈ — кричу, красная, словно рак.

Он молча указывает на часы на запястье. И я даже отсюда вижу, что его глаза горят огнем.

Он зол, как черт.

Спасайтесь все.

— Сейчас!

Закрываю окно и мчусь в комнату.

И что нужно этому парню от меня?

Я правда не понимаю…

Глава 11

— Ты что, правда никогда не ездил на автобусе? — шепчу удивленно, когда парень, хмуря брови, неприязненно оглядывает вновь прибывшую толпу с остановки.

— Я же сказал, — он делает еще один шаг ко мне, притесняя к окну. Мне становится жутко некомфортно, и я немного отворачиваю голову и стеснительно опускаю веки. Но не отталкиваю его.

И чего он так ко мне жмется?

Ладно, главное ему не грубить. Следует помнить, что мне важно не попасть в число пресловутых «неудачников». Вежливость, только вежливость…

Ворон кладет руку рядом с моим плечом, приближая свой мощный торс к моему телу, совершенно не соблюдая дистанцию. И я понимаю, что в переполненном автобусе соблюдать дистанцию довольно трудное занятие, но это не останавливает краску смущения, сгущающуюся на моих щеках.

Ощущение жара и паники настигает, когда рядом этот пугающий парень.

— Мы бы не успели пешком.

— Ты слишком долго собиралась.

— Я нормально собиралась, — принижаю голос, потому что на нас пялится рыжеволосая девчонка, нашего возраста. Чересчур пристально и удивленно, отсюда вывод — она может быть из нашей гимназии. Это очень плохо, мне не хотелось бы ненужных слухов. — Необязательно было ждать. Ты мог бы уйти раньше!

— Не мог бы.

Черт, черт, черт.

Этот парень слишком дерзкий и неприятный. А сейчас особенно угрюм. Не выспался, определенно. И точно во всем меня винит.

По выражению его лица вижу — убивать готов. Всех подряд.

Но я первая на очереди.

Сегодня определенно мой день. Он решил закончить начатое.

Как же он раздражает! И пугает!

И как же сложно вести себя с ним по-хорошему.

Отворачиваю голову в другую сторону, чтобы рыжая прекратила меня сканировать прожорливым взглядом. Она плотно зажата несколькими людьми, поэтому пока не может достать телефон из сумки, но я по ее блестящим глазам вижу, что она это сделает, как только представится момент.

А после она сфотографирует нас, а после… А что, после? Да все, что угодно. Любые сплетни приведут меня к еще одному унижению.

Поэтому, как только автобус останавливается и двери открываются, я спешно выбегаю из салона, хоть и с трудом растолкав толпу. До гимназии осталось пара остановок, которые можно скосить сокращенным путем.

К моему неприятию Маньяк следует за мной по пятам.

Улепетываю быстро, натянув на голову капюшон. Но для этого парня мое быстро, как в замедленной съемке, проще говоря — ни о чем. Он идет неспешным шагом, озадаченно хмуря увесистые брови.

Такому верзиле моя беготня, как великану танцы дюймовочки. Это смешно. Но я ускоряюсь.

Только парень, похоже, не замечает моей спешки. Он ленивым движением достает из кармана конфету и, небрежно смяв фантик, закидывает вкусняху в рот.

— Ты уверен, что стоит есть столько сладкого?

— Я всегда уверен, в том, что делаю.

— Понятно, — бормочу, нервно оглядываясь.

Надеюсь, больше никто нас не видел. Иначе, я встряну в великий скандал. Проблем от Светки потом не оберусь. Мало ли, что взбредет в ее головушку.

Она же давно присвоила Ворона, и приближаться к нему другим девчонкам запрещено. Впрочем, никто и не пробовал. Этот демон, довольно жесток и агрессивен. И с девушками тоже бывает излишне груб.

Однажды, одна из девочек пыталась пофлиртовать с ним на перемене, на свой страх и риск, но была прилюдно, и довольно грубо отвергнута, на потеху публике и безмерную радость Клюевой.

— Кстати, эти конфеты я купил для…

— Слушай,