Горничная немого дома - Ольга Сурмина

- Правду. Эту выходку не замять... ты должна это понимать.

- А что на счет того, что я все еще здесь?

- Отработаешь несколько месяцев свое поведение. Тебе сильно урежут жалование, это очевидно... но согласись, намного лучше, чем быть в отделении полиции, да?

- Я бы с вами поспорила. — Нона прикрыла глаза, наполняя легкие теплым воздухом помещения. — Пойду. Труд в библиотеке занимает долгое время.

- Спишь как обычно, встаешь по расписанию, тоже как обычно... удачи, в общем.

- И вам. Спасибо.

Девушка резко развернулась, и направилась вниз, судя по всему, по месту назначения. Управляющая облегченно выдохнула, прислонившись головой к прохладной стене. Все происходящее не то что пугало, но разбивало последние надежды женщины на продвижение. Надежды что-то поменять в этом доме, ведь в одну ночь из-за непонимания и упрямства все пошло прахом.

Через несколько минут на этаже появился сам работодатель, сжимая в руках мокрый зонт столь сильно, что в месте хвата его спицы вдавливались под неестественным углом. Судя по всему, они разминулись с «синей», что не могло не радовать Ран. Она медленно кивнула мужчине, жестом приглашая его к себе. Как только тот вошел внутрь ее кабинета, управляющая тотчас заскочила за ним, замыкая его на ключ. Тяжелые капли воды все еще били в окна, с такой силой, что, образовывался неприятный гул. Кого-то он, возможно, успокаивал, а кого-то, напротив, раздражал. На окнах статично возвышались диковинные цветы, источая странный, сладкий аромат.

- Ну и что ты собираешься делать? — Женщина сдвинула брови, присаживаясь за стол. — Какой смысл ее тут держать?

- Ничего. — Холгарт прикрыл глаза, подходя к окну. - Нужно время, чтобы она смерилась со смертью брата. Сложно сказать, сколько это займет. Ну а прямо сейчас... я ничего не намерен менять.

- Вечность. Потому что она винит в этом тебя. — Мисс Таллис покачала головой, окидывая взглядом фигуру шефа. Тот стоял, словно недвижимая статуя, всматриваясь в бурю за стеклом. — Жалеешь, что не помог?

- Жалею. Он все равно не выжил бы, я видел анализы. Видел результаты терапии, заключения врачей. У парня не было шансов, но пойди я у нее на поводу тогда, сейчас не был бы крайним во всем этом.

- Ушам не верю. Тебе действительно на нее не плевать. К слову, уже давно не плевать, но, наконец, ты сказал об этом сам. Вслух.

- Заткнись. Не можешь помочь? Тогда просто заткнись.

Управляющая напряглась, но, более, не проронила ни слова. Она старалась избегать ситуаций, где ее начальник зол, и еще больше старалась при этом не попадаться под горячую руку. Хотелось открыть окно, дабы впустить свежий воздух, но женщина не двигалась с места. Глаза расширились, увидев, как Рик лезет в карман за сигаретой, однако приходилось игнорировать эту странную, хотя и ожидаемую реакцию. Зол, опустошен и печален, мало того, не спал более суток, сидя в приемной городской больницы. Не был бы он таким, возможно, она бы ему даже посочувствовала... но сейчас ощущала лишь отчуждение и усталость. Иногда он был ей как сын. А иногда... чужой, малознакомый мужчина с омерзительным характером.

Заметив, как сильно напряглась Ран, он ухмыльнулся, и направился прочь из кабинета. Холодные, бледные пальцы вращали в замочной скважине ключ, однако, как только дверь приоткрылась, за ней тотчас послышались быстрые удаляющиеся шаги. Однако, скрыться шпонке не удалось, оказавшись в коридоре, Холгарт тихо, мерзко засмеялся:

- Куда мы так спешим? Много работы?

- Простите... — Лиза раскрыла глаза, замерев на месте.

Порывы ветра за окнами усиливались. Деревья все ближе гнулись к земле, которая была, более, не в силах принимать воду. Низкие цветы тонули в лужах, дорожки были частично затоплены, однако, в таком ливне сад было не различить. «Желтая» что-то пыталась придумать про наблюдение за растениями, про сумасшествие природы, про случайность... однако ни что из этого не тянуло на достойное оправдание того, как она оказалась у кабинета управляющей, когда внутри был он.

- Иронично. Что ты ожидала услышать? Уволили ли «синюю»? Был ли я в полиции?

Щекотливые подробности? Крик? — Хозяин подходил все ближе, в то время как служанка продолжала пятиться назад.

- Нет, я сейчас объясню!

- Что же, я тебе расскажу. Это была интересная ночь. Мы провели ее вместе, а потом моя любовница, стащив у конюха ключи, украла у меня лошадь и отправилась на ней в город, к своему братцу. — Рик повышал голос, приближаясь, все сильнее. — Хотела сдохнуть, лишь бы он жил, хотя его жизнь уже невозможно спасти. Наверно, было интересно, как умирают люди. Решила взглянуть еще раз.

Обещала раскрошить череп твоей управляющей, угрожала, устроила в больнице истерику. Думаешь я, как работодатель, после всего удостоился чести услышать ее извинения? Или, хотя бы, объяснения? Нет. Потому что это я тут антагонист.

Мерзавец, который не пускает заботливую сестру к ее любимому мужчине. Он должен был умереть, и это не моя прихоть. Смертельно больной пациент. И вместо того, чтобы смириться и подготовиться морально, она все поставила с ног на голову. Я восемь часов сидел в приемной, убеждал главврача, что девушка вменяема, и не нуждается в психиатрическом лечении. Потратил уйму денег на подготовку к кремации ее мертвого ублюдка. Купил ей на ночь отдельную палату. И да, я — плохой человек, ведь единственный, кто мыслит тут здраво, не поддаваясь инфантильным мечтам о несбыточном.

- Да?! — Лиза не могла поверить своим ушам. Все внезапно стало ясно... и настолько очевидно, что по телу поползли мурашки. Странные поручения, его сумасшествие, неадекватное поведение... Только вот не это сейчас рождало в ее теле отчуждение и злость. То здравомыслие, о котором он рассуждал, так ли это на самом деле? Расхождение замечалось особенно сильно, видя, как хозяин в словах и действиях противоречит сам себе. — А что бы вы тогда сделали? Как бы вы вели себя на ее месте? — Девушка сама не понимала, почему вдруг взялась защищать непутевую коллегу, но сейчас это казалось справедливым. Она редко слышала голос совести, но сию секунду он заглушал все, даже ноты давления в словах работодателя.

- Определенно не пытался бы выдать желаемое за действительное.

- А чем же вы тогда сейчас занимаетесь?! — Девушка, осмелев, убрала с лица прядь золотистых волос, резко выдохнув. — Чем вы сейчас занимаетесь, если после всего