Исцелить душу - Опал Рейн

— Отпусти, Делора, — взмолился он, оттаскивая её назад вместе с оленем, в которого она вцепилась.

Фёдор клацнул клыками, прежде чем схватить другую сторону туши и потянуть в противоположном направлении. Его рычание было ужасным, приглушенным мясом во рту. Оно стало еще свирепее, когда он снова скачком прибавил в массе.

Он больше даже не похож на ребенка. Он полностью перепрыгнул стадию раннего детства.

Орфей и Рея, пришедшие посмотреть, отступили, когда Магнару наконец удалось заставить Делору разжать руки. Фёдор встал над своей едой и зарычал.

— Остановите его, — взмолилась Делора.

— Неразумно вставать между Мавкой и его едой, — заявил Орфей. — Если кто-то из нас приблизится, он нападет. Ты действительно хочешь, чтобы мы навредили ему или наоборот?

Ее лицо сморщилось от беспокойства о том, насколько большим станет Фёдор. Она больше не сможет держать его на руках, усаживать к себе на колени.

Нет, но… Она этого не хотела.

Ей нравился Фёдор таким, каким он был. Очаровательным и маленьким.

Вынужденная наблюдать, как он пожирает оленя, не имея возможности вмешаться, она видела, как Фёдор рос всё больше и больше. Короткий мех начал пробиваться на конечностях, затем более длинный, кроличий мех стал заметен на плечах, спине и груди. Её уши горели от омерзительных звуков разрываемой плоти, хруста костей и чавканья. Делора больше всего на свете хотела отвернуться, но не сделала этого.

Он съел даже голову. Его собственный череп увеличился, словно съеденные кости поспособствовали трансформации, и он с легкостью всё разгрыз. Черный песок начал разъедать два круга на макушке, где начали формироваться рога. Затем они разделились на ветвящиеся отростки с тягучей слизью, прилипшей к кончикам и краям, пока та не упала на череп.

Покончив с едой, Фёдор встал на свои кроличьи задние лапы и на самые кончики пальцев. И все, включая двух огромных Сумеречных Странников, с опаской отступили назад.

Он огромный! Фёдор был по крайней мере на фут выше даже Магнара.

Его когти затвердели и стали длинными, даже на ногах, но тело выглядело пустым и долговязым. Оно было деформированным и впалым вокруг костей; позвоночник казался таким тонким, что ей казалось, она могла бы обхватить его руками.

Он выглядел лишенным органов и мышц.

Единственное, что не давало ему выглядеть совсем уж жутко, — это пушистый кроличий мех. Тогда она поняла, что Сумеречные Странники набирают массу, когда едят.

Сферы начинались с булавочной головки, но в конце концов два зеленых шара, совпадающих по цвету с глазами Магнара, начали расти, вращаясь, как огненный вихрь.

Фёдор начал щелкать челюстями, издавая тихие кроличьи писки, звучащие глубоко и искаженно.

Делора попыталась шагнуть вперед, несмотря на то что Магнар удерживал её. Он потянул её назад.

Впервые в жизни её ребенок посмотрел на неё своими собственными глазами. Зелеными и такими же приветливыми, как у Магнара. Так было до тех пор, пока они не стали мертвенно-белыми, и Фёдор не издал звериный рев.

Он махнул когтями в предупреждении, пятясь назад; замешательство было очевидным по тому, как он переводил взгляд с одного на другого. Она видела отсутствие мысли, понимала, что он ничего не осознает, когда Фёдор издал скулящие вопли. Все эти резкие перемены принесли хаос в его разум.

Делора стала бесплотной, чтобы освободиться из рук Магнара.

— Фёдор, — прошептала она срывающимся голосом, смело обретая плоть прямо перед ним.

При звуке своего имени, или, возможно, просто от его знакомости, тревожные звуки прекратились. Его голова перекрутилась почти уродливо вверх тормашками, и он сделал неуверенный шаг вперед. На четвереньках, каким-то образом не спотыкаясь о свои ласты-ступни, он понюхал воздух прямо перед ней.

Боковым зрением она видела, что Магнар осторожно подошел достаточно близко, чтобы спасти её в случае необходимости.

Она была уверена: единственная причина, по которой он не вмешивался, заключалась в том, что она могла стать бесплотной. Делора не боялась. Она отказывалась бояться Фёдора, собственного ребенка, даже если это означало опасность. Но она была одна, единственный человек в поле зрения Фёдора, и легкий ветерок гнал запах её юбки в его сторону.

Он медленно подошел еще немного ближе, и она не смогла сдержать беспокойства во взгляде. Громкий визг вырвался у неё сразу после того, как белые сферы Фёдора стали ярко-розовыми, и он набросился на неё. Ей пришлось упереться руками в его морду, чтобы безуспешно оттолкнуть, когда он начал облизывать её лицо длинными, слюнявыми лизками.

— О боже. Гадость! — рассмеялась она под ними. — Кто-нибудь, спасите меня!

Магнар приблизился. После короткого предупреждающего рыка, прежде чем Фёдор узнал знакомый запах того, кто стоял перед ним, Магнару удалось заставить его отпустить её.

Она поднялась, вытирая лицо предплечьем. Этого оказалось недостаточно, чтобы избавиться от густой слюны, и ей пришлось использовать подол платья, чтобы вытереть лицо. Фёдор сел, но его тело было таким огромным, что он был почти одного роста с ней, даже когда его зад плотно прижимался к земле. Он выглядел довольным собой. Несмотря на новый размер, она не могла не находить его милым — особенно учитывая, что его пушистый кроличий хвост явно вилял.

— Он теперь такой большой. — Делора подошла ближе и ласково обхватила его морду, прежде чем провести ладонями по бокам его челюсти. Она с нежностью потрясла его голову, удерживая её. — Ты больше не мой маленький Фёдор.

— Не думаю, что мы теперь все поместимся в гнезде, — задумчиво пробормотал Магнар.

Несмотря на то, что Фёдор больше не был ребенком и казался размером со взрослого Сумеречного Странника, отчего в груди слегка защемило, она не смогла сдержать смех от слов Магнара.

— Может, и не с комфортом, — ответила она с нежной улыбкой. — Но, держу пари, будет очень уютно.

— И тепло, — усмехнулась Рея, заставив все три головы повернуться к ней и Орфею. Она подняла руку и пожала плечами. — Сейчас осень, но с каждым днем становится всё холоднее. Чем больше тепла, тем лучше. Верно?

Орфей, стоявший прямо за Реей, положил руки ей на плечи. Он наклонился, чтобы ткнуться боком морды в её ухо.

— Если хочешь больше такого тепла, мы могли бы сделать своего…

— Не-а! — взвизгнула Рея со смехом, шагнув вперед, чтобы улизнуть. — Еще не готова.

Орфей отступил с вялым рычанием, убирая руки с её плеч, чтобы скрестить их на груди с фырканьем, словно незрелый ребенок. Он даже отвернул голову в сторону.

— Однако должна признать, Фёдор с каждым днем вызывает у