Опасные отношения - Полина Лоранс

- Мам…

- Погоди, а где ты сейчас живёшь? Тебя ведь из общаги тоже вытурили?

- Угу. Я в хостел перебралась.

- В хостел?! – ужаснулась мама. – Но там опасно! Вдруг к тебе кто-то привяжется?

- Да нет, что ты! Там нормально. Мамочка, послушай! У меня уже есть план. Я всё исправлю, поверь! Сейчас постараюсь подать документы в другой вуз. Заодно устроюсь на работу, найду какое-нибудь жильё.

- Жильё… Какое жильё? Нет, у меня мозги не соображают, - мама сжала виски пальцами, прикрыла на секунду глаза. – Я в себя не могу прийти… Ксюша… Возвращайся домой, хорошо? Нечего тебе там болтаться по хостелам, опасно это. Документы подашь онлайн. Скажи, у тебя ещё остались деньги от этой твоей… подработки? Которая нам так дорого обошлась.

- Да, остались, - выдавила с трудом.

- Ты обманываешь, дочь, - сразу поняла мама. – Я тебе пришлю.

- Мама, не надо! Я сама заработаю, сколько нужно.

- Ты уже заработала. Хватит нам приключений. Сейчас переведу деньги, а ты бери билет и приезжай.

***

После тяжёлого разговора я ещё на несколько минут зависла под тополем. Шарила взглядом по толпе, спешащей мимо меня, по вывескам магазинов и ярким витринам, но ничего не видела.

Перед глазами стояло несчастное мамино лицо, её глаза, полные слёз. Сейчас она переживает то, что я испытала в кабинете декана, когда мне сообщили об отчислении. Это было падение в пропасть, со свистом воздуха в ушах, с дикой тахикардией и улетающими куда-то вверх внутренними органами…

Ты летишь в бездну, ты вот-вот разобьёшься о камни. Мозг пронзает паника - надо немедленно остановить это падение, надо за что-то зацепиться. Но ничего нельзя исправить, и ты продолжаешь падать.

От мысли, какую боль я причинила маме, хотелось выть. Едва не разрыдалась прямо на улице, несколько минут стояла и хватала ртом воздух, пытаясь успокоиться и остановить слёзы.

А потом вдруг испытала облегчение: несмотря ни на что, у меня с плеч свалилась гранитная глыба. Теперь мама всё знает, я ей рассказала.

Ничего, потихоньку приду в себя и снова ринусь в бой. Начну всё сначала.

Но для этого нужно остаться в Москве. Однако… Прямо сейчас я не могла возражать маме, тем более – просить у неё денег на хостел и еду. Значит, придётся ехать домой и уже оттуда рассылать документы в выбранные вузы.

Зато увижу и обниму родных, соберусь с мыслями.

Как только представила, что вот-вот поеду домой, сразу же поняла, каким отвратительным местом был хостел. Комната на шестнадцать мест, двухэтажные кровати, постоянный круговорот незнакомых лиц, неприятные звуки и запахи, подозрительные личности, грязноватый туалет и душ… Брр…

Но и на такое жильё у меня уже нет денег…

Прошло минут десять, прежде чем я вышла из прострации. Позвонила менеджеру ресторана и отменила собеседование.

- Вот спасибо, - сказала девушка. – Вы единственный человек за последний месяц, который удосужился предупредить, что не придёт. Двенадцать кандидатов просто тупо слились.

- Надо же, - удивлённо пробормотала я.

Внезапно поняла, что ноги подкашиваются, а в глазах темнеет. Никогда не считала себя излишне эмоциональной особой, но, очевидно, события последней недели ударили по моей нервной системе как двести двадцать вольт. А ещё сказалось то, что три дня я только рыдала и почти ничего не ела.

Шатаясь, добрела до маленького кафе с открытой верандой, рухнула в пластиковое кресло, попросила у официанта стакан воды.

Парень окинул меня цепким взглядом.

- Эвиан подойдёт? Вам с газом или без?

Я вздрогнула. Сейчас принесёт мне запотевшую стеклянную бутылочку минеральной воды по стоимости как ночь в хостеле.

- А можно просто из-под крана? Эвиан я не потяну, - призналась честно.

Чувствовала себя такой жалкой… Даже бутылка минералки мне не по карману…

Сколько надежд я связывала со своим вузом! Выпускники нашего университета работают в самых известных компаниях и получают зарплаты с пятью нулями. И я бы тоже так могла. Но нет, я превратилась в позор своей альма-матер. Вылетела оттуда с треском…

Думала, что из кафе меня тоже сейчас вышвырнут, однако через минуту официант – мой ровесник - поставил передо мной стакан воды и даже подмигнул.

- Спасибо, - я сделала жадный глоток и испытала мгновенное удовольствие.

В сумке задрожал мобильник. Увидела, что звонит Реми. Бывший однокурсник обо мне не забыл, хотя и снизил активность. Он по-прежнему находился в Бордо – вся его семья переживала из-за здоровья бабушки.

- Как странно видеть её на больничной койке, Ксюша… Я её не узнаю, - грустно сказал Реми.

- Она поправится! Больница хорошая? А врачи?

- О, да, конечно. Бабушка в самой лучше клинике города.

- Вот видишь. Всё будет хорошо, - с преувеличенным оптимизмом заявила я. Очень хотелось поддержать друга. Кроме того, обсуждение проблем Реми хоть немного отвлекало от моих собственных.

- А хочешь скину фото бабули, Ксюша?

- Давай.

- Увидишь, какой она была, до того, как загремела в больницу.

На телефон прилетела картинка, и я едва не поперхнулась водой, когда увидела на экране красотку в мини, с кучей украшений на шее и запястьях, и при макияже. Причём свой возраст мадам Верлен не скрывала, все её семьдесят пять легко угадывались в глубоких морщинах на лице. Однако выглядела пожилая леди потрясающе.

- Вау! Крутая у тебя бабуля.

- Да, очень. И весёлая. Но только не сейчас…

- Надеюсь, она поправится, - искренне пожелала я. – Пусть снова станет такой боевой, как прежде.

- Мечтаю об этом, - грустно вздохнул Реми. – А ты всё переживаешь из-за возвращения? Вижу, снова глаза на мокром месте. Ты только что плакала?

- Угу.

- Жаль, что твоя стажировка закончилась так внезапно. Зря Ивонн потащила тебя на яхту. Я не хотел, чтобы вы там работали.

- Я и сама не хотела. Не нужно было игнорировать свою интуицию. Теперь расплачиваюсь. А Ивонн обо мне забыла! Не звонит, - заметила я обиженно.

Поведение подруги возмущало. Я специально проверила и убедилась, что за пять дней после нашего прощания на вокзале в Ницце Ивонн не позвонила мне ни разу. Ни разу! Как так? Мы же успели подружиться! И стажировку я прошляпила именно из-за её авантюры. Но Ивонн не звонит.

Сейчас мне совсем не помешала бы поддержка подруги. Тем более, что здесь, в Москве