Горячее свидание - Лера Титова

class="p1">Ответ:

«Что я больше не буду делать вид, что между нами ничего нет»

Пауза.

И добавила:

«Даже если это разрушит всё»

Марк сжал телефон.

Сильно.

— Уже разрушает… — прошептал он.

Но написал:

«Ты уверена?»

Ответ пришёл почти мгновенно.

«Нет»

Пауза.

«Но я всё равно это делаю»

И вот это было её.

Настоящее.

Без фильтров.

Без защиты.

Она не говорит «я люблю».

Она говорит: «я иду». С разбитым сердцем. С болью. С осознанием, что это может стоить ей всего. Но она идёт.

Марк закрыл глаза на секунду.

И написал:

«Тогда не останавливайся»

Тишина.

И затем:

«Я и не собиралась»

Секунда.

И ещё сообщение:

«Я хочу тебя увидеть»

Он усмехнулся.

Слабо.

— Снова…

Но внутри уже всё откликнулось.

«После того, что было?» — написал он.

Ответ:

«Именно после этого»

Пауза.

«Теперь я знаю, что это реально»

Сердце ударило сильнее.

Марк провёл рукой по лицу.

«Ты понимаешь, что это становится опаснее?» — написал он.

Ответ:

«Да»

Пауза.

«Но и сильнее»

Он замер.

Смотрел на экран.

И понимал —

она говорит не просто о ситуации.

О них.

О том, что между ними больше не просто влечение.

Это стало тяжестью.

Глубиной.

Чем-то, что уже нельзя назвать именем.

«Ты не боишься?» — написал он.

Долгая пауза.

И затем:

«Боюсь»

Секунда.

«Но всё равно хочу»

И вот это было окончательно.

Без пути назад.

Марк медленно выдохнул.

И написал:

«Тогда скажи, когда»

Ответ:

«Скоро»

Пауза.

«Но на этот раз — не так»

Он нахмурился.

«Как?»

Ответ пришёл медленно.

Но точно.

«Без остановок»

Секунда.

И добавила:

«Я устала сдерживаться»

Марк закрыл глаза.

И тихо усмехнулся.

— Я тоже…

Но вслух этого не сказал.

Только написал:

«Тогда не сдерживайся»

Тишина.

И затем:

«Ты не представляешь, как это звучит»

Он усмехнулся.

Темнее.

— Представляю…

Но снова не написал.

Потому что уже чувствовал —

они идут дальше.

Глубже.

Опаснее.

И теперь это уже не случайность.

А выбор.

Обоюдный.

Осознанный.

И от этого — ещё сильнее.

Он откинулся к стене, закрыв глаза.

И впервые за всё время не пытался остановить себя.

Потому что понял:

Он не хочет.

Не хочет прятаться.

Не хочет врать. Не хочет быть тем, кем его считают. Он хочет быть тем, кем она его видит. Тем, кого не боится признать. Тем, кого не боится потерять. Даже если это уничтожит его. Он идёт. И больше не оглядывается.

Глава 20.«Без „если“»

Есть моменты, когда ты перестаёшь притворяться.

Не потому что стал сильнее. А потому что больше не можешь. Потому что ложь уже не спасает. Потому что тело помнит. И сердце — тоже. И вот тогда ты переступаешь черту. Не с криком. Не с порывом. А тихо. Сознательно. И понимаешь: ты уже не проснёшься. Ты — в этом. Навсегда. ____________________________

Ожидание в этот раз было другим.

Не нервным.

Не рваным.

А тяжёлым.

Осознанным.

Марк знал — сегодня они не остановятся.

И дело было не в словах.

И не в переписке.

А в том, что между ними уже произошло.

И в том, что оба решили не отступать.

Кирилл не вмешивался.

Это настораживало.

Слишком спокойно.

Слишком тихо.

Как перед чем-то.

Но Марк уже не реагировал.

Он был сосредоточен на другом.

На ней.

Когда его вывели, он шёл медленно.

Без спешки.

Но внутри всё было на пределе.

Комната встретила его тишиной.

Он вошёл.

И сразу увидел её.

Анна стояла у стены.

Не у окна.

Не в стороне.

Как в прошлый раз.

Ближе.

Словно уже сократила дистанцию заранее.

Она повернулась.

И их взгляды встретились.

Без паузы.

Без проверки.

Как будто продолжение.

— Ты пришёл, — сказала она тихо.

— Ты тоже.

Пауза.

Но в ней не было неловкости.

Только напряжение.

Живое.

Пульсирующее.

Она не задавала вопросов.

Не уточняла.

Просто подошла ближе.

Сразу.

Как будто больше не было смысла тянуть.

— Я думала, что смогу остановиться, — сказала она.

Марк смотрел прямо.

— И?

Она покачала головой.

— Не смогла.

Тишина.

И он кивнул.

— Я тоже.

Секунда.

И это стало началом.

Она подошла ещё ближе.

Настолько, что между ними почти не осталось воздуха.

— На этот раз… — тихо сказала она, — без «если».

Марк чуть наклонился.

— Без «если».

И больше ничего не нужно было.

Никаких объяснений.

Никаких оправданий.

Он коснулся её первым.

Не резко.

Медленно.

Как будто проверяя, не исчезнет ли она.

Но она не исчезла.

Наоборот.

Сделала шаг ближе.

И это было ответом.

Её руки легли на его плечи.

Увереннее, чем раньше.

Без той осторожности.

Без попытки контролировать.

Марк провёл ладонью по её спине.

Чуть сильнее.

Чуть ближе.

И она выдохнула.

Тихо.

Но этого хватило, чтобы всё внутри снова вспыхнуло.

— Мы не остановимся, да? — прошептала она.

— Нет.

И в этом «нет» не было ни сомнения.

Ни сожаления.

Она посмотрела на него.

Глубоко.

И сама сократила расстояние.

Ближе.

Чем раньше.

Их дыхание смешалось.

Пульс — тоже.

И теперь уже не было пауз.

Не было проверки.

Только движение навстречу.

Её пальцы сжались сильнее.

Как будто она держалась за него.

И одновременно — за это решение.

Марк притянул её ближе.

Не резко.

Но уверенно.

И в этот момент мир снова исчез.

Остались только ощущения.

Тепло.

Дыхание.

Напряжение, которое наконец перестало быть только внутри.

— Ты опасный, — прошептала она.

— Ты тоже.

И это уже не было спором.

Она чуть улыбнулась.

Но в этом не было лёгкости.

Только принятие.

Он провёл рукой выше.

Остановился на секунду.

И снова дал ей выбор.

Но она не остановила.

Только посмотрела.

И этого было достаточно.

Граница исчезла.

Окончательно.

Секунды перестали иметь значение.

Как и всё остальное.

Это уже не было случайностью.

Не было импульсом.

Это было…

Решение.

Обоюдное.

Глубокое.

И от этого — ещё более опасное.

Где-то снаружи послышались шаги.

Но на этот раз они не отстранились сразу.

Секунда.

Ещё одна.

Как будто проверяя, насколько далеко готовы зайти.

И только потом —

медленно.

С неохотой.

Анна отстранилась.

Дыхание сбито.

Взгляд — тёмный.

Глубокий.

— Мы зашли слишком далеко, — сказала она.

Марк усмехнулся.

Тихо.

— Мы только начали.

Пауза.

И она не стала спорить.

Потому что знала — он прав.

Снаружи снова шаги.

Реальность возвращалась.

Жёстко.

Без предупреждения.

Анна посмотрела на него.

Долго.

И тихо сказала:

— Теперь уже ничего