Бывшие. Лада с «прицепом» - Елена Грасс

Пару минут висит молчание, и Егор просто смотрит на меня, словно изучая.

— Честно, не понимаю теперь ничего, — начинает первым. — Ты же сказала, что тебе всё равно, а вон, в банке денег хочешь взять, чтобы мужу помочь… Ну что, всё-таки, может, договоримся? Мне совсем не хочется вкладывать свои на ремонт этой тачки.

— А тебе что, денег не хватает? Как я понимаю, ты зарабатываешь неплохо. Да и вообще, — смотрю на него, прожигая ненавистным взглядом, — отец мой тебе неплохо заплатил. С них возьми. Или мало тебе стало? Отец денег дал, теперь от мужа моего хочешь получить? Слушай, — улыбаюсь, а в душе мой личный апокалипсис происходит, — а может авария эта, вообще подстава твоя? — говорю всё это без остановки. Мне словно хочется вылить на него все эти обиды, которые я носила все эти годы после того, как мы расстались.

— Ты о чём? — он хмурится и делает вид, что не понимает.

— Я о том, что кто бы ты был, если бы не наша история семь лет назад. Повезло на дуре влюблённой подзаработать… Если бы не мой предприимчивый отец, который тебе заплатил за то, что ты меня бросил… и тачки у тебя этой не было, и ничего вообще! — улыбаюсь победно. — Я всё про тебя знаю, Смирнов. Так что, считай, что мы с тобой в расчёте. Надо же, — усмехаюсь, — ни у кого ничего не занимала, но всем должна! — и сама поражаюсь, насколько эта фраза ко мне сейчас подходит.

Встаю с лавки, желая уйти, но Смирнов преграждает мне путь.

— Стой! — резкими шагами подходит ко мне и берёт за запястье, не позволяя уйти.

Глава 15

— Что тебе надо? — практически срываюсь.

— Легче всего сбежать от проблемы.

— Ну естественно! Как ты в своё время! А у меня с тобой нет никаких проблем.

— То есть отец тебе сказал, что я бросил тебя, потому что он мне заплатил? — игнорирует мои упрёки.

— Ну ещё скажи, что это не так? А ты, оказывается, артист! — держать в себе слёзы всё сложнее, но я, что тогда не плакала при нём, когда он бил меня словами словно плёткой расставаясь, так и сейчас не буду. — Знаешь, я ведь многое могла бы понять, принять, и даже где-то оправдать. Даже то, что ты остыл ко мне, ведь такое бывает. Опыта нет, дура наивная, в постели не умеет ничего…

— Остановись, Лада… — словно не соглашается со мной. — Не говори этого…

— Но такое… — не слушаю его. — Ты согласился на предложение отца… Ты меня просто продал за деньги… как все они. Отец продал, муж купил. Или наоборот. Не знаю уже. И ты… в той же связке. Я для вас словно вещь какая-то. Видеть вас всех противно, — признаюсь ему в своём разочаровании.

Мы разговариваем теперь на повышенных тонах, и я замечаю, как Алиска поворачивается к нам и хмуриться.

Смирнов, тоже замечая реакцию моей дочери, отступает на пару шагов назад.

— Играй, малышка, всё хорошо, — улыбаюсь дочери, она кивает мне и поворачивается снова к друзьям. — Я чтобы дочь не напугать, буду говорить тихо, но ты услышь меня. Я тебя ненавижу. Никогда не прощу такого предательства. Не смей больше приближаться ко мне. По ДТП все вопросы решай с Зотовым. Через суд или иначе. Плевать. Это не мои проблемы.

Иду к Алисе, беру её на руки и быстро ухожу с детской площадки.

— Мама, я играть хочу, — вырывается из моих объятий дочь, — отпусти.

Опускаю её обратно на ножки, заботливо отряхивая комбинезон.

— Малышка, я замёрзла, — театрально потираю руки. — Пойдём домой?

— А почему ты плачешь? — вытирает мои слёзы ладошкой. — Тебя кто-то обидел? Этот дядя? — поворачивается и смотрит на Смирнова, хмуря брови.

— Нет, что ты, никто! Говорю же, замёрзла. Это слёзки от холода. Такая реакция организма, — со стыдом вру дочери, и она, кивая, веря, снова начинает улыбаться.

Смирнов наблюдает за нами со стороны, я вижу его, но не подходит.

Он мрачен и угрюм. Зол и рассержен одновременно.

Я знаю его эмоции. Но почему он так ведёт себя, не понимаю.

Обиделся на правду? Или оскорбления? Детский сад! Ему бы к Алисе в песочницу. Развитие мозга на одинаковом уровне.

А я? А мои обиды кто в расчёт возьмёт?

Ярость кипит во мне, захватывая каждую частичку моего тела.

Я, идиотка наивная, корила себя столько времени, что стала для него неинтересной, а он просто поменял наше будущее на десять миллионов рублей…

Получается, ни один из этих мужчин, по сути, не любил меня.

Только обманывал… Предавал... Продавал… Покупал…

— Умей держать свою боль внутри, даже если душа рвётся на части, — вспоминаю, как не раз учила меня мама в юности.

— Почему? — пыталась понять я.

— Да потому что людям плевать на твои чувства.

И она оказалась права. Чуть слабину дашь и непременно воспользуются.

Спасибо, мамочка, суть урока я усвоила теперь.

Глава 16

СЕМЬ ЛЕТ НАЗАД. ВОСПОМИНАНИЯ ЕГОРА.

Я старался тогда максимально быть равнодушным по отношению к ней.

Она тянулась с поцелуем, я делал вид, что не хочу её целовать.

Она говорила о любви, а я молчал в ответ.

Сказать, что происходящее давалось мне легко, нет, нелегко, но я принял для себя решение.

Что творилось в этот момент в моей душе, знаю только я и никто больше.

Это стало моим личным адом — расставание с ней.

Особенно при условии, как я любил её.

С того момента, как я увидел эти глаза, эту светлую девочку, похожую на ангела, мой мир перевернулся, и я понял, что на свете всё-таки существует любовь, в которую к своим двадцати одному не верил.

В мыслях была только она, она, она.

Жизнь наполнилась смыслом радовать, нежить, любить, обожать, и делать её счастливой.

Перестали быть важными собственные интересы и проблемы, главное, чтобы ей было хорошо.

Я даже на то, что в моей семье полное дерьмо творилось, уже внимания не обращал…

Брат вляпался по дурости вместе с компанией в плохую историю, и приговор сулил срок до десяти лет лишения свободы.

Эти молодые и импульсивные идиоты группой лиц совершили кражу денежных средств из банкомата, но их быстро нашли.

Ни маски не спасли, ни как им казалось, проработанные действия.

Мой глупый братишка толком и участия-то не принимал, в машине ждал, но друзья сдали его без сожаления, и он безоговорочно шёл как соучастник.

Денег