Адмирал моего сердца, или Жена по договору - Дарья Коваль

силу, и я сочту это нарушением мирного договора между Арденной и Гардом, соответственно заодно и началом военного конфликта, ваше высочество, — флегматично отозвался на угрозу кронпринца адмирал.

— Нет, никакого военного конфликта не будет, если никто не узнает об этом, — ядовито выплюнул в ответ наследник трона местного королевства. — Когда вы все окажетесь мертвы, то и поведать об этом маленьком нюансе будет уже некому.

— В самом деле? — усмехнулся Аэдан Каин.

А вслед за его усмешкой в тёмное небо взмыло две вспышки. Они показались мне чем-то вроде сигнальных огней. И в принципе я не ошиблась. Разве что вряд ли я могла предположить, что эти сигнальные огни, достигнув самой высокой точки своего полёта, взорвутся мириадами искр, как самый настоящий фейерверк, сложившийся в ночной мгле образом громадного парящего дракона. Дракона, который ещё полностью не исчез, а ему навстречу устремились ещё пять пар таких же огней, в скором времени взорвавшихся такими же мириадами огненных красок, выпущенных далеко за пределами порта Эр-и-Луар. Да и вообще не на суше. Пусть и самая малая, но всё же часть Великой армады Гарда — то, с чем также не считаться нельзя. Тем более, если эта часть способна одним залпом разнести не только триста верных кронпринцу воинов, но и весь Эр-и-Луар в целом.

— Да что вы себе!.. — окончательно разозлился кронпринц.

Что он собирался выкрикнуть дальше, я уже не услышала. Широкая мужская ладонь закрыла мне глаза и прижала к мундиру плотнее, а сам адмирал тихо шепнул:

— Не смотри.

И всё. Голос кронпринца захлебнулся в судорожных хрипах. А где-то справа что-то хлопнуло. Слева и вовсе сверкнуло так, что если б не рука, плотно прикрывшая мои глаза, я бы точно ослепла. От того я зажмурилась лишь сильнее. И как минимум трижды вздрогнула, когда слух пронзил чей-то болезненный крик. Вместе с тем ощутив до такой степени промозглый холод, какой не ощущала никогда за всю свою жизнь. И нет, вовсе не из-за резкого падения температуры воздуха. Этот холод был иной. Словно сама жизнь покинула это место.

А потом я утратила времени счёт…

Когда всё закончилось, и причал вновь погрузился в тишину, а я открыла глаза, арденцы повсюду валялись скрюченными безвольными куклами. У большинства из них не были закрыты глаза, но взгляд каждого был слишком стеклянным, чтобы верить, что они до сих пор видят этот мир. Не осталось ни одного воина, который мог бы стоять на ногах. Да что там стоять, хотя бы немного подняться.

А мы…

— Возвращаемся домой, — сухо приказал адмирал Арвейн своим офицерам, возобновив путь.

Глава 6

Огромный линкор сверкал под лунным светом, как стальной великан. Его мощные борта с эффектным антрацитовым оттенком вызывали у меня восторг и трепет, а мачты стремились высоко вверх, словно пики, готовые пронзить само небо. Впервые ступив на борт корабля, я затаила дыхание и поняла, что мир, который я прежде знала, окончательно остался позади, а тот, что впереди, мне совершенно неизвестен.

И как же волнительно это всё было!

Ну и конечно, чуточку страшно.

Вокруг было довольно шумно. А после того, как я невольно сопоставила всё окружающее с самой собой, то ощутила себя настолько маленькой и незначительной, осторожно шагая по этому огромному кораблю, который мог бы вместить в себя пусть и небольшой, но целый город, что схватиться за мозолистую широкую ладонь адмирала — не просто прихоть, а самая настоящая необходимость. В ответ мужчина сжал мою руку в своей чуть крепче, а я поймала несколько украдких полных любопытства взглядов от матросов, прежде сосредоточенно выполняющих свои обязанности. И не удержалась от вопроса:

— А они разве не должны отдавать честь или что-то вроде того, когда встречают старшего по званию? — посмотрела на супруга.

На его губах мелькнула тень улыбки.

— Должны, — кивнул адмирал Арвейн. — Но не на этом судне. Здесь существует особый порядок.

Я кивнула. И улыбнулась ему в ответ.

— Утром я познакомлю тебя с капитаном и моими адъютантами. Двоих из них ты уже видела, осталось лишь представить. В случае, если тебе что-либо понадобится во время плавания, и меня не будет поблизости, ты можешь обратиться к любому из них. Но на эту ночь, думаю, всем впечатлений и без того достаточно, — добавил Аэдан Каин.

Мы прошли по главной палубе, поднялись по лестнице мимо второй палубы сразу на третью, а затем очутились в коридоре. По обе стороны располагались двери, я насчитала сходу не меньше двадцати. Что находилось за ними, я не знала, поскольку они были закрыты. Но на каждой висела гравированная табличка. Кажется, с офицерскими званиями и фамилиями. Прочитала бы подробнее, вот только коридор оказался довольно узким, и пришлось отвлечься от надписей, когда адмирал притормозил, вежливо пропустив меня вперёд.

Мы дошли до самого конца. Нужная нам дверь оказалась последней. Зато за ней располагалась каюта, из которой открывался просто божественно восхитительный вид. Там, за небольшим окошком открывался горизонт, на котором бескрайние волны сливались со звёздным небом, и эта безграничность манила, как самая настоящая недосягаемая мечта. И это первое, на что я обратила внимание, замерев посреди помещения.

— Это военное судно. И на присутствие леди не рассчитано, поэтому прошу отнестись с пониманием и немного потерпеть, плавание завершится к завтрашнему ужину, оно будет недолгим, — произнёс остановившийся за моей спиной адмирал Арвейн.

Должно быть, это была своеобразная шутка такая!

Или же леди в этом мире были очень капризны…

Да, каюта и в самом деле не отличалась особым простором, но практически весь интерьер был выполнен из приятного светлого дерева, и тут имелось всё необходимое: письменный стол и кресло, не двухспальная, но всё же довольно широкая кровать с высокими изголовьем, а также шкаф и малозаметная дверь, за которой…

— Удобства, — поймал направление моего взгляда муж.

Муж…

Как же до сих пор непривычно!

Но кажется, я вполне могу привыкнуть. С лёгкостью.

О том и сообщила:

— Мне здесь нравится.

То же моё последнее место жительства, то есть больничная палата, было намного меньше. И уж точно не настолько обустроенное. К тому же здесь царил идеальный порядок. За исключением письменного стола. Чего там только ни было: карта, в некоторых местах придавленная шахматными фигурками; множество книг, часть из которых была раскрыта и сложена друг на друге, куча каких-то документов, рассыпанные сверху грифели, компас, и… мысль оборвалась вместе с вопросом адмирала:

— В самом деле? — удивился он.

— Конечно, — обернулась к нему.

Хотела, чтоб адмирал посмотрел на меня и удостоверился,