Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

— Это не тренировочная одежда, — заметил он, окинув взглядом ее длинный шелковый халат, затянутый поясом на талии.

Она закатила глаза и скрестила руки на груди.

— Очевидно.

— Где Теон?

— Звонит кому-то. Готовится к завтрашнему дню, — пожала она плечами, оглядывая комнату.

— Что-то не так?

— Все в порядке.

— Тогда почему ты на меня не смотришь?

При этих словах ее взгляд метнулся к нему, но она тут же снова отвернулась.

— Тесса, — произнес он, и это имя прозвучало как предупреждение. — Мы только вчера говорили о секретах.

Она издала короткий смешок:

— Так мы теперь это называем? «Разговором»?

Он ухмыльнулся.

— Ну да. Думаю, нам стоит сегодня устроить еще один такой разговор. Я согласую с Теоном и сообщу тебе, когда и где.

Она снова рассмеялась. На этот раз чуть громче, и у него в груди что-то сжалось от этого звука. С каждым днем они слышали его все чаще.

Сделав большой глоток из бутылки с водой, Лука прошел через зал и остановился прямо перед ней. Вся легкость куда-то исчезла. Она явно из-за чего-то нервничала. И, несмотря на то что за последние недели многое между ними наладилось, он не мог избавиться от легкого подозрения. Не мог не думать о том, что ее тревога может оказаться такой же разрушительной, как и тайна, связанная с его отцом.

— Что случилось, Тесса? — снова спросил он, стараясь не дать недоверию просочиться в голос.

Она переступила с ноги на ногу, заправила прядь волос за ухо и снова скрестила руки. Поводила носком по чему-то невидимому на полу и наконец тихо произнесла:

— Мне нужно кое-что у тебя спросить.

— Давай.

— Ты… ты расстраиваешься из-за метки? Ну, той, что на груди.

Лука опустил взгляд на метку, расположившуюся точно в центре груди, потом снова посмотрел на Тессу. Она подняла глаза, когда он ничего не ответил.

— Лука? — ее голос звучал неуверенно.

— Прости, малышка, — наконец сказал он. — Просто пытаюсь понять, с чего бы мне расстраиваться из-за того, что ты спасла мне жизнь.

— Потому что у тебя не было выбора.

— Если бы я был мертв, это уже не имело бы значения. А уверяю тебя, я бы выбрал жизнь, — ровно ответил он.

— Я не об этом, — с досадой произнесла она и потянулась к волосам. Но, заметив, как Лука прищурился, замерла и опустила руку. — Я о том, что ты сам не выбирал эту метку. О том, что теперь нам нужно быть осторожнее.

Наконец поняв, к чему она клонит, Лука отставил бутылку с водой и протянул ей руку. Она нерешительно вложила пальцы в его ладонь, и он притянул ее к себе.

Тесса запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза; в ее взгляде застыло что-то похожее на вину.

— У тебя не было возможности выбрать эту связь, — прошептала она. — Я знаю, каково это — быть втянутым в узы, которых ты не хотел. В то, чего ты не выбирал.

Он ничего не сказал, просто наклонился и поцеловал ее. Она растаяла в его объятиях, позволив ему вести, пока он запускал пальцы в ее волосы. Когда она приоткрыла губы, он углубил поцелуй, слегка потянул за волосы и чуть наклонил ее голову, чтобы найти лучший угол.

Оторвавшись от нее, он прижался лбом к ее лбу.

— Я понимаю, почему тебе это дается так тяжело. Но я не злюсь, Тесса. Ты спасла мне жизнь. Дала возможность остаться здесь, с тобой и Теоном. Если ты переживаешь, что я недоволен необходимостью следить за расстоянием между нами… что ж, думаю, вчера мы выяснили, что тебе не стоит никуда ходить без нас, — сказал он. — И если это значит, что я должен держаться в определенном радиусе от тебя, то я не считаю это обузой.

— Но у тебя все равно отобрали право выбора, — настаивала она. — Еще одну важную вещь, которую я у тебя забрала.

— Мы не будем этого делать, Тесса, — твердо произнес он. — Мы разобрались с тем, что случилось, и теперь идем дальше.

— Ты не можешь говорить мне, что это ситуация из разряда «понять и простить», — возразила она, и ее сила вспыхнула, отражая растущие эмоции.

— Ты права. Не могу, — согласился он. — Но я думаю, что к этому моменту все мы трое извлекли уроки из своих прошлых ошибок.

— Наверное, — пробормотала она.

— Никаких «наверное», — сухо возразил он. — Вчера вечером мы все договорились: больше никакой лжи и никаких секретов. Если это не работа над ошибками, то я не знаю, что это. В этом и заключается тот самый баланс между нами.

Она выдавила слабую улыбку, которая ясно говорила, что она все еще не до конца ему верит.

— Даже если я сам не делал этот выбор, я бы ничего не стал менять. Я бы выбрал тебя. Я и выбираю тебя. В тот день я как раз шел к тебе, чтобы спросить, хочешь ли ты еще быть со мной, — сказал Лука. — Эта метка на моей груди ничего не меняет. С тем же успехом мы можем называть ее нашей меткой Брачного Союза, мне плевать.

— Ладно, — прошептала Тесса.

— Звучит не слишком убедительно, — сухо заметил он.

— Ты ведь понимаешь, что если со мной что-то случится, если я умру, то и ты тоже умрешь?

— Учитывая, что это создало бы, между нами, чертовски большое расстояние, я это прекрасно понимаю. Ты бессмертна, малышка, а если настанет день, когда ты все-таки отправишься в Загробный мир, я пойду за тобой, — ответил он. — Но мы тоже бессмертны, и Теон будет сражаться с самим богом смерти, чтобы удержать тебя рядом. Так что, думаю, нам особо нечего бояться.

— Теон — и есть сама смерть, — пробормотала Тесса, покусывая нижнюю губу. — Ты знаешь, что он выглядит в точности как Ариус? Они могли бы быть близнецами.

— Не говори так, —