Point/Точка - Вероника Благосклонная

союз между родственниками….. Они не знают, что такое инцест, Нэл. Для них не важна родственная связь. Брат с сестрой. Сын с матерью. Неважно, когда дело касается красоты. Имени. Богатства. Да я вообще уверен, что они готовы свести всю родню по парам, лишь бы не впускать в их семью кого-то чужого.

— И часто это случается ….в их семье? — спросила девушка, убрав локон с лица.

— Инцест? Нет, на удивление совсем не часто. — пожал он плечами. — Они спокойно к этому относятся, но без фанатизма. Например, в их поколении не было ничего такого… — он прикусил губу. — Шарлотта скоро выходит замуж за парня из другой семьи. Хлои помолвлена тоже. Причем с англичанином. Я видел его. Зеленоглазый блондин, симпатичный парень. Пусть так. Ксав вообще гей и ему плевать на их традиции. Он очень влюбчив. Когда он влюбляется, все остальное для него становится не значительным. К сожалению не надолго.

— Все довольно таки хорошо. Но кое что меня все же волнует. — протянул задумчиво Джастин. — Взять к примеру мою сестренку.

— Клеменс? — привстала на локте Нэл. — Милая девочка.

— Милая. — как-то хитро захихикал Бибер. — Но уже далеко не девочка.

— С чего ты взял? — удивилась брюнетка, взмахнув ресничками. — Ей же …

— Шестнадцать. — закончил блондин. — Я замечаю такие вещи, Нэл. Это видно по поведению девушки. По жестам, взглядам. Даже тебя возьмем к примеру… — он покрутил кистью, разминая пальчики. — Я был уверен, что ты невинна, когда увидел тебя в самом начале. Не смотря на то, что ты постоянно соблазняла меня… Одевалась вызывающе и вертела задницей передо мной. Но я все равно знал, что ты еще девочка. — он улыбнулся, заметив румянец на ее щеках. — А Клеменс нет. Она в свои шестнадцать живет жизнью маленькой женщины. И меня это волнует. Может потому что я чувствую чертову ответственность за нее. Мне не все равно.

Джастин уселся по-другому, приняв удобную позу лотоса и развалившись в кресле. На колени положил альбом и устало откинулся на спинку. Он словил на себе проникновенный взгляд небесных глазок и глубоко вздохнул.

— Мне не стоило пить столько вина. — грустно усмехнулся блондин. — Меня совсем развезло. Извини.

— Ничего. Мне интересно слушать. — выдохнула Нэл. — За что ты извиняешься?

— Я…, может, я не хочу, что бы ты выслушивала….- протянул он, подняв карие глаза.

— Я хочу. — спокойно изрекла девушка. — Продолжай

Джастин потер глаза и сложил пухлые губы в привычную ухмылку.

— Помнишь я показывал тебе свои рисунки? — он разминал пальцы, смотря на свой перстень. — Там была и Клеменс….

Нэл кивнула, вспоминая портрет девушки, который нарисовал Джастин. http://s2.ipicture.ru/uploads/20120611/sUFp4wP9.jpg.

— И потом я рисовал ее обнаженной. Это было в прошлом году. Она сама захотела. …после Шарлотты. Я не был против. — он пожал плечами. — Но я совершил огромную ошибку.

— Только не говори мне, что ты спал….

— Нет. — тут же отрезал парень. — С Клем я не спал. — он глубоко вздохнул, устремив взгляд на дотлевающие в камине угли. — Когда она раздевалась передо мной я не был удивлен. Это не выглядело странно. Я воспринимал ее не как сестру, а просто как и всех остальных девушек, которых рисовал. Ей было пятнадцать. И она заметно волновалась, но прекращать все это не хотела. — Джастин нежно улыбнулся, взяв в пальцы карандаш. — Я понимал, что ей не ловко стоять голой перед парнем, особенно если этот парень — твой брат. Я сказал ей, что бы она не боялась. Я не буду ее трогать, прикасаться. Чисто рабочие отношения. Она — натурщица, я — художник.

Расслабленный блондин поднял тоскующий взгляд к своей девушке и заметив понимание в ее глазах, продолжил.

— Она перестала смущаться меня, услышав мои слова. — сообщил тихо он. — Но возникла другая проблема. Она стала на меня по-другому смотреть. Разговаривать со мной по-другому….Понимаешь… — он закусил неловко губу.

— Черт возьми, Бибер! ТЫ соблазнил свою сестру! — засмеялась Нэл, закрывая глаза ладонями.

— Вейн, ты никак умом тронулась. — захихикал парень, а потом надул губки. — Клянусь я ничего не делал. — он обвел ее фигурку взглядом и беззастенчиво уставился на ее обнаженную грудь.

— Что ты пялишься? — усмехнулась Нэл, открывая глаза.

— Я не пялюсь. — фыркнул он самодовольно. — Я смотрю.

— Ты продолжай, Бибер. Продолжай. — приказала брюнетка, закинув ножку на ногу и замечая, что Джастин смотрит на ее бедра и жадно облизывает губы.

— Клеменс сказала, что доверяет мне и знает, что я ее не обижу. Она увидела во мне мужчину, способного научить ее быть девушкой. Она хотела, что бы я научил ее любовным прелестям, что бы она могла сводить мужчин с ума. — он возвел глаза к потолку. — И я стоял тогда, смотрел на нее и не знал, что сказать. Потому что она по сути еще ребенок. Маленькая девочка, которая должна играть в куклы, а не думать о мужчинах. — он вздохнул. — По крайней мере, я убеждал себя в этом.

— Никогда бы не подумала….- прошептала растерянно голубоглазая девушка.

— А знаешь, что самое грустное? — Джастин прищурился. — Я пытался образумить ее. Говорил, что связь между девушкой и парнем должна быть по любви. А не из-за глупых обязательств. И что это будет не правильным, если бы мы переспали. Особенно, если бы я был у нее первым. Я не имею права. — он грустно усмехнулся и зажмурился. — И знаешь, что она сказала? — он устало закрыл лицо ладонями. — Сказала, что девственность — это ошибка эволюции. Анамалия. Дурацкий предрассудок, который природа оставила у некоторых млекопитающих. Обезьян, например. Или антилоп. Или людей. Как думаешь, антилопам и обезьянам не похер кто там у них первый? — он холодно засмеялся, а Нэл удивленно открыла рот, не зная, что сказать.

— Может быть она в чем-то и права. — пожал он плечами, растерянно убирая челку со лба. — Но как обьяснить девочке, что это важно, черт возьми? Это действительно важно. Это романтично. Красиво. Это важный шаг. И какими бы мужчины не были козлами они это понимают, я думаю….- он закусил губу. — Приятно осозновать, что ты у нее единственный. Что девушка твоя. Именно это анамалия влечет за собой ответственность. Я пытался обьяснить ей это… Но у меня не выходит. — Джастин покачал головой и рассеяно улыбнулся. — Она не хочет слушать меня. Она смеется, говорит, что я дурак. Вешается мне на шею и смотрит уже взрослым хищным взглядом. — он закрыл альбом и отложил принадлежности в свой чемоданчик. — Клеменс все равно сделала мне на зло. А когда я говорил, что нельзя ложится в постель к каждому …она во всем обвиняет меня. Говорит,