Предатель. Перелистнуть календарь и быть счастливой - Марьяна Карпова

— Стоило это чудо раннего подъёма? — нарушая тишину, произнёс Борис.

В ответ все дружно закивали не в силах произнести ни слова. Тишину нарушал лишь звенящий воздух морозного утра. Очарованные, оглушенные мы не могли пошевелиться, боясь спугнуть то ощущение счастья, что снизошло на нас, наполнив смыслом день сегодняшний и обещая такое же радужное будущее.

Борис был доволен произведённым эффектом.

— Если бы барышни собирались чуточку быстрее, то смогли бы увидеть и не такое, но раз так сложилось, то будет повод отправиться на подобную прогулку ещё раз. Я тут такие места знаю!

— Во-первых, мы собрались точно к тому времени, что договаривались, поэтому не понимаю такой постановки вопроса, — несколько удивлённо, но при этом весьма раздражённо начала Василиса, — во-вторых…

Борис не дал закончить, вдруг приложив палец к губам. На противоположном берегу появились два лося, которые и не подозревали о нашем присутствии. Мощные, красивые животные гордо прошагали в интересующем их направлении и скрылись в зарослях, хотя мы долго ещё слышали удаляющийся хруст веток.

— Васенька, природа не терпит шума, и тем более выяснения отношений. Признаю, что пошёл у вас на поводу и сам виноват, что не настоял на более раннем выезде. Ничего, всё впереди. Вопрос сбора снимается с повестки дня. Ирина, а вы всё молчите…

— Да что тут сказать. Если бы ни Василиса, то я бы вряд ли увидела такую красотищу, примитивно проспала бы. Так что признаю свою вину и готова в следующий раз встать хоть в четыре утра…

— Ловим на слове, а, Василиса? — плутовато улыбнулся Борис. — Есть предложение, а точнее два на ваш выбор: вернуться домой или по пути, ну с небольшим крюком, заехать к лесничему.

— Борис, а как это вы соседей не знаете, а окрестности и лесничего… — спросила я, хотя предполагала, что мне ответят.

— Да… А вы очень внимательны, Ирина. Я когда приезжаю, то хочется отдохнуть, отдохнуть душой от суетности, поэтому люблю побродить по лесу, по полям, иногда посидеть с удочкой. Иногда человеку необходимо одиночество как лекарство, вот я и занимаюсь самолечением.

— Борис, — неожиданно подал голос Юрий, — а мне ты эти места не показывал. Теперь я понимаю, почему ты старательно избегаешь моих приездов сюда, хотя после такой поездки сил для работы прибавляется и столько новых идей приходит.

— Учту на будущее, но у любого должна быть его берлога, где можно уединиться, пусть это и условно. Юр, только о работе не будем говорить, лучше наслаждаться моментом, а работа не волк… Смотрите, вот там, слева…

Мы повернули голову и натолкнулись на наблюдающий за ними взгляд… волка. Он был довольно далеко, но эти не мигавшие жёлтые глаза гипнотизировали. Неожиданно волк отвернулся и на мягких лапах потрусил по своим делам, исчезая также незаметно, как и появился.

— Не испугались? — поинтересовался наш проводник в царство дикой природы, — Он не тронет. Но ведь хорош!

— Борис, а ты охотник? — явно не ко времени спросил Юра, разрушая этим вопросом какое-то негласное соглашение между человеком и природой, что казалось, мы заключили и поэтому перед нами раскрывались тайны, надёжно укрытые от посторонних глаз.

— Нет, — категорично ответил Борис, досадно поморщившись, но развивать тему не стал. — Итак, что выбираете?

— К леснику, — ответила я, пытаясь восстановить тот баланс, что Юра чуть не разрушил, — Это далеко?

— И да, и нет. Поехали.

Мы вновь оседлали наших застоявшихся железных коней и тронулись в путь. Я слегка кипятилась из-за неуместности Юркиных высказываний. Ну, надо такое брякнуть, да и про работу однозначно ни ко времени вспомнил. Думать-то надо, толстокожий идиот! Юра, видимо, при всей толстокожести почувствовал моё настроение и притормозил, крикнув Борису, что догонит.

— Ира, вы на меня за что-то злитесь? — как-то проникновенно задал вопрос Юра, внимательно вглядываясь в моё лицо.

— С чего вы взяли? — отмахнулась я, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Я же чувствую. Может, обидел чем случайно?

Был соблазн ответить «да», но я удержалась, не напоминать же о событиях давно минувших дней.

— Вам показалось. Мы едем? — попыталась я свернуть не самый приятный для меня разговор. — Отстанем же, а дорогу вы вряд ли знаете!

— Доберёмся по следам, не уходите от вопроса. Я вам не приятен? — настаивал Юрий.

— Нет… С чего вы взяли…

— Ира, давайте перейдём на «ты»! Если не возражаете…

— Хорошо, — односложно ответила я, потому что в горле неожиданно встал ком, видно, нагнали прежние болезненные воспоминания, но я поспешила от них отмахнуться. Решила же, что начну с чистого листа.

— Ира, я подумал, что вполне могу помочь тебе с информацией по институту и просто по нужным тебе юридическим вопросам, поэтому к твоим услугам в любое время.

— Спасибо, но мне не хотелось бы сейчас разговаривать на серьёзные темы, как-то обстановка к этому не располагает, согласитесь…, согласись — поправилась я. — Извини, я довольно трудно перехожу с людьми на «ты», поэтому могу изредка ошибаться.

— Ничего, я понимаю. Это не страшно, — понимающе посмотрев на меня, ответил Юра. — Едем?

— Конечно. Ты следы-то видишь?

— Метели и снегопада нет, поэтому догоним без проблем — задорно провозгласил Юра, словно, что-то, что держало его изнутри, неожиданно отпустило. Передо мной вновь был тот прежний Юра, улыбающийся и по-мальчишески бесстрашный.

Глава 8

Едва я разместилась позади него, как он лихо дал газ, мне не оставалось ничего иного, как крепко обнять его, чтобы не вылететь из седла. Сердце бешено колотилось где-то в горле.

— Э, вы, где так надолго застряли? Мы с Василисой переживать начали, что вы заблудились! — приветствовал наше появление Борис, едва мы показались в его поле зрения. — Я же говорил, что не стоит дёргаться, — успокоил он свою спутницу, которая хранила молчание и только внимательно смотрела на меня с немым вопросом.

— Догнал же, волноваться не стоило, — успокоил Юра, примирительно улыбаясь.

Я не видела этой улыбки, но по его интонации чувствовала, что так и было. Слишком хорошо я знала этого человека или нет, почему-то засомневалась я. Васька пристально смотрела на меня, будто ничего другого не замечая, я отвела глаза и по жару, что опалил мои щёки, поняла, что густо покраснела. Васька облегчённо выдохнула, но я не увидела, а скорее услышала...

Мы покатили дальше. Иногда встречный ветер доносил до меня такой знакомый запах кожи и любимого одеколона Юры. Годы идут, а привычки и предпочтения остаются. Я закрывала глаза и вдыхала до боли родной аромат.

В глубине