Секретарша - Ирина Кириленко

— Попробуй только сейчас хотя бы хмыкнуть! Или что-то сказать! — сквозь зубы прошипела.

— Я, вообще, молчу! Если помнишь, я уже однажды этот твой прикид заценил. Не собираюсь повторяться! — Господи, только б не заржать!

В машину села злая. Насупилась и всю дорогу молчала. Когда подъехали, пошёл её до квартиры провожать. Чтоб свой костюм сразу же забрать — он у меня очень ценный. Дошли до двери:

— Что, Танюш, копаешься? Что-то потеряла?

— Да вот, ключи… Ничего не понимаю. Они точно тут в кармашке были! Я их никогда оттуда не вынимаю… Да и зачем бы? — стоит зайчонок, губку закусила, чуть не плачет, — и телефона тоже нет…

— Может, ты, когда домой собиралась, телефон зачем-то вытащила… что-то в сумочке перекладывала, и вытащила? И ключи… случайно. Лежат там сейчас на твоём столе, сиротинушки. Позабыты-позаброшены…

— Не знаю… вряд ли…

— Тань, сама подумай: если бы просто потеряла, то что-то одно, а не комплектом, ведь так? А, если бы, украли, то кошелёк… Баб Валь, вернулся я, вернулся. Добрый вечерочек! С Праздником, Валентина… как Вас там по-батюшке?

— Я не проститутка, баба Валя! Зачем Вы так?!

— Ну, что… давай слесарю звонить?.. Алло! Здравствуйте! У нас тут проблемы с замком… да… нужно прям срочно! Что говорите? Короткий день и теперь только в среду??? Да Вы с ума сошли! Чёрт знает, что такое!!! Я ужасно в Вас разочарован!.. Ну, что, Танюш… сама видишь, ситуация безвыходная. Придётся нам с тобой вдвоём к Светке на дачу ехать. А кому легко?

— Придётся, — обречённо…

* * *

Чёрт, чёрт!!! Да что это со мной?! Снова в машину сели — и накатило. Прям накрыло волной какой-то подростковой робости. Лихорадочно пытаюсь вспомнить хоть какую-нибудь тему для разговора, а в башке одна только паника.

Танька сидит, вроде, вообще спокойная. Какой-то устало-отрешённый взгляд в окно. Смирилась, значит. На меня — ноль эмоций.

Но что же делать?! Самая сложная часть плана позади, а что делать дальше — вообще нет идей. Какой-то, прям, идиотизм! Вместо того, чтоб детали первого этапа плана туда-сюда мусолить, надо было хотя бы приблизительно прикинуть и второй этап…

Так всю дорогу и промолчали: уставший обречённый кролик, и я — паникующий кретин…

Глава 15. ТАТЬЯНА

Какое-то прям ГАДСТВО! Ну, почему я такая невезучая-то, а? Все беды на мою голову, как из рога изобилия сыплются. Сидела бы сейчас дома счастливая. Опять одна… А я, может, люблю быть одна! Точно, люблю. Социофоб я! Чураюсь общества. Ещё пара лет, и заведу себе штук семь котов и кошек. И кактусов куплю. Все подоконники заставлю. Вот так вот! Моя программа максимум…

Так, стоп! СТО-О-ОП! Вадим Константинович, а скажите-ка мне, пожалуйста… куда Вы слесарю звонили? Откуда у Вас прям в быстром наборе наш слесарь взялся?.. Как интересно.

Погоди-погоди, Танечка. Спокойно… А что там за такое у Вас, Вадим Константинович, за важное поручение для меня было, которое прям так у Вас «горело», и про которое Вы ни разу так и не вспомнили?.. Непонятно. Жаль, Ирки рядом нет — она бы быстро во всём разобралась и по полочкам всё разложила… Чёрт! Даже позвонить ей не могу — телефона-то нет…

Минуточку! Телефон. Ключи… Ничего я там, между прочим, не перекладывала и телефоны с ключами не вынимала! Что там перекладывать? Расчёску и помаду?! У меня сумочка практически пустая. Ничего искать и рыться не надо. Открыла и взяла, что нужно. Какие тут мне ещё перекладывания?

— Вадим Константинович, пожалуйста, можно воспользоваться Вашим телефоном? Мне нужно Ире позвонить. А то мы с ней вместе отмечать договорились, а меня нет. Она, наверное, волнуется. Все трубки оборвала…

— Ты что, её номер на память знаешь?

— Конечно! Мы почти каждый день созваниваемся. Мобильный, может, и не помню, а домашний — назубок.

— А она прям один вечер без твоих звонков никак?

— Вы шутите? Я же Вам сказала: она меня ждёт!

— Держи. Тоже мне, подружки-сверестёлки. Вам лишь бы потрындеть!

— Я даже не сомневалась, что Вы — хам.

Так, что тут у нас… последний звонок — сегодня в два. Прохорову… Как мило! Это что же получается? Никто никакому слесарю не звонил и в нём не «разочаровывался»? Ну-ка, ну-ка…

— Ириш? Привет! Да, я понимаю. Я мобильник потеряла. С Вадима Константиновича звоню. Да. Прекращай! Просто звоню сказать, что я не дома. Чтоб ты меня не потеряла. Я тебе потом… Да. Ну всё, я тоже тебя целую…

— Что там? Подружка успокоилась? Наконец…

— Успокоилась. Вадим Константинович, а что за поручение?

— Какое? Ты о чём?

— О том самом. Срочном. Которое только я выполнить могу. И только в праздники. Что-то сверхважное, наверна?

— А, ты об этом… Да нет, ничего важного и срочного. Я передумал. В среду Наталье Вячеславовне поручу. Забудь.

Спокойно, Танечка, спокойно. Это что же выходит? Первое: никакого поручения нет и не было. Второе: никакому слесарю он не звонил. Приложил к уху выключенный телефон и для меня — картинно «разочаровался». Третье: сорвал кран, облил меня водой, в свои безразмерные штаны-мешок переодел и за город везёт. И да! Ключей я НЕ ТЕ-РЯ-ЛА! Какое-то прям похищение с капканом. Вам это, Вадим Константинович, зачем?

* * *

— Таню-у-уша! КАК мы рады! Максим, смотри, твоя любимая тётя Таня приехала!

— В волшебных дяди Вадиковых брюках!

— Чтоб снова не сбежала, — Вадим подмигнул ребёнку, — ты же теперь понял, что тётю Таню можно только моими штанами задержать.

— Очень смешно! Светлана, я прошу прощения, что снова навязалась. Я хотела к Ире поехать, но Вадим Константинович сказал, что не может свой любимый костюм подвергать сомнительным поездкам. Так что, пришлось к вам несомнительно приехать.

— И правильно он поступил! Мы страшно рады, Танечка! Пошли переодеваться? Вадик, иди Артёма проконтролируй, а то останемся без ужина. Он там мужской плов готовит. Меня на кухню не пускает…

* * *

Ужин был великолепным! Давно я такого плова не едала… Вообще-то, никогда… Дети тоже уплетали за обе щёки. Я, почему-то, всегда думала, что дети нормально не едят. То им морковка глаз режет, то хотелось макарон, а кормят рисом. Но нет, эти сладенькие пончики всегда едят без намёка на капризы. Прям чудеса.

Артём со Светланой искрили шутками, активно втягивая и меня в разговор. Ощущение такое, что к лучшим друзьям приехала: так мне в их семье комфортно.

Вадим Константинович