Недотрога для хищников. Единственная для двоих - Олеся Рияко

Я спустила ногу со стола и попыталась наступить на пятку. Конечность ощущалась, словно не моя, искусственная. Однако никакой боли не было. Хорошее же у этих хищников обезболивающее! Правда, бегать с такой ногой всё равно не получится. Кажется, что будет сложно даже ходить, пока заморозка не пройдёт.

Я поймала на себе заинтересованный взгляд красноволосого. Он беззастенчиво разглядывал меня с какой-то… мечтательной задумчивостью. Словно мысленно делил меня на стейки, вырезку и суповой набор. Это было неприятно. Вот что он так пялился? Никогда женщин не видел? Не так уж сильно мы с ним физически отличаемся, чтобы продолжать друг на друга пялиться, из-за первого внеземного контакта землянки и… кто они там, эти двое. Ведь наверняка же у них есть какое-нибудь самоназвание. Подумаешь, уши у меня другие и клыков с когтями нет. Дядя, ты бы видел меня на Хэллоуин…

Заметив, что пойман с поличным за разглядыванием моей персоны, хищник снова растянул губы в своей обаятельной кошачьей улыбке. Я подумала, что наверно у него здесь, в этих непролазных джунглях, хороший стоматолог, вот он и радуется. А брат его всё время хмурый, потому что он с ним его номером никак не поделится!

Я улыбнулась собственной шутке и покачала головой. Так мы далеко не продвинемся… нужно было придумать какой-нибудь способ общения! Невербальный, потому что у меня вряд ли получится издавать все эти урчаще-мурчаще-рычащие звуки, как у них. Так же, как и им вряд ли удастся произнести хоть слово по-человечески.

Хищник, колдовавший что-то над ящиком с инструментами, вдруг поднялся и быстро пророкотал брату. Красноволосый кивнул ему и подсел ко мне ближе. Я приосанилась, с опаской поглядывая то на одного, то на другого.

В руках у блондина было что-то, словно свёрнутое в небольшой рулон, размером примерно с мячик для тенниса.

— Что вы задумали, коты бесхвостые…

По тому, как эти двое надвинулись на меня, было ясно, что они планируют сотворить со мной что-то, что мне, вероятнее всего, не понравится. Красноволосый обратился ко мне первым. Ну как обратился… прорычал что-то, чередуя рычание с клёкотом. Показал себе на губы, затем на выпирающий кадык и прорычал снова.

Сожрать он меня, что ли, предложил… Чёртова пантомима!

Бежать мне было некуда, только пятиться. Потому я инстинктивно вжалась в спинку дивана и подтянула к себе ноги. Посмотрела на второго хищника, он как-то чересчур добродушно мне улыбнулся и развернул тот предмет, который держал…

У меня в детстве был ротвейлер, и я сразу узнала в его руках широкий белый ошейник с небольшой металлической пряжкой. Потому что у моего Роки был практически один в один такой же! Вот ведь нелюди ушастые! Вы только посмотрите, что задумали — посадить меня на цепь как дикую зверушку?! Ну уж нет! Без боя я вам не дамся!

Я вскочила ногами на диван, схватив в руки первое, что попалось. Это оказался медицинский степлер, который красноволосый забыл на столе. Не ахти, конечно, какое оружие, но достаточно тяжёлое, чтобы как следует зарядить им, например, по наглой рыжей морде!

Я расставила перед собой руки и с угрозой прорычала им:

— Даже не думайте! Слышите?! Я вам не милое домашнее животное, чтобы вешать на меня ошейник! Я вам глотки перегрызу, если хотя бы попробуете!

Близнецы переглянулись. Блондин коротко спросил что-то у брата, тот неуверенно пожал плечами и спросил что-то у меня. Конечно же, не по-человечески! Затем снова показал себе на губы и на кадык.

Ну прекрасно! Посадят на цепь, а уже потом сожрут?! Что я из его объяснения должна была понять?!

Я нацелила в него степлер и отрицательно помотала головой. Может, хоть так поймёт, что свои гастрономические фантазии может оставить при себе или напялить чёртов ошейник кому другому?!

Красноволосый недовольно поджал губы, а потом как-то особенно грустно вздохнул и махнул блондину рукой.

Как ни странно, жест «Ладно! Давай, делай, что решил», — я узнала без ошибки и в одно мгновение прыжком перемахнула через стол. Побежала в направлении выхода из этого корабля — здесь уже было не до раздумий! Тут жизнь свою спасать нужно было! Однако «побежала» — это было слишком громко сказано. В моём нынешнем состоянии я могла разве что торопливо ковылять.

Красноволосый бросился мне наперерез, и я, не глядя, запустила ему в голову степлером. Судя по звуку удара и возмущённому кошачьему рыку, попала куда надо!

А вот блондин, кажется, даже особо не напрягался, чтобы поймать меня. Просто в какой-то момент оказался позади, схватил своей ручищей поперёк талии, и без труда поднял над полом.

Я взвыла, впилась ногтями в его руку и, извернувшись ужом, всё же смогла на секунду освободиться. А затем, пока он с глупым выражением лица недоумевал о том, как такой малявке это удалось, провела безупречный прямой захват шеи противника из положения высокая стойка и со всей силы зарядила ему в пах коленом.

Мой инструктор по боевой подготовке, сенсей Токадо, мог бы мной гордиться! Я таки наваляла инопланетянам! Пусть и не совсем тем, которым должна была…

А потом что-то словно ужалило меня в основание шеи и я, схватившись за то место рукой, моментально отключилась.

Глава 18

Пробуждение наступило так же внезапно.

Не было в этот раз никаких бредовых видений или снов. Я просто увидела яркий свет, вспыхнувший в абсолютной темноте, и мое сознание направилось к нему, словно мотылёк на огонь. В прямом и переносном смысле. Прийти в себя было весьма… неприятно.

Голова раскалывалась, как от жестокого похмелья — кружилась и трещала по межкостным швам. А ещё хотелось пить… Кажется, что так сильно, как ничего и никогда не хотелось в этой жизни!

— А-а… где я-а…

Во рту словно наждачкой потёрли и мелом присыпали — было так сухо, что я едва могла ворочать языком. Я изо всех сил попыталась разлепить веки. Казалось, что на каждое кто-то подвесил килограммовую гирю!

Когда же это всё-таки удалось, перед глазами поплыли цветные пятна, а в ушах зазвенело. Будто бы кто-то только что у самого моего лица как следует стукнул вилкой по очень… очень звонкому хрустальному бокалу.

— Я сказал тебе не делать этого! Смотри, как ей плохо… — Донеслось до меня приглушённо, словно из густого тумана. — Откуда мы знаем, что наши препараты для нее не токсичны?

Голос был мужской, с отчётливой басовитой хрипотцой.