(не)бездушные - Мира Штеф

Назар прошел вперед и открыл заднюю пассажирскую дверь. Я села в машину, положила пакет и стала ждать, когда мы тронемся.

Глава 16

Начало поездки меня устраивало. Мы ехали молча, каждый думая о своем. Я думала о том, как судьба может быть непредсказуема и жестока. Она не смотрит на прошлые заслуги, кем и какой ты была. Она видит лишь завтра! То, что я была слабой и маленькой, судьбу не остановило и не заставила задуматься перед тем, как швырнуть меня во все тяжести и горести жизни, забрав поочередно всех, кого я любила и на кого могла опереться в трудную минуту.

Но стоит ли мне так уж ругать судьбу, ведь сейчас она дала мне возможность стать лучше и сильнее, чем я когда-либо была?

Думая о своем, я ненароком стала замечать, что Назар то и дело смотрит на меня через зеркало заднего вида. Он искоса наблюдал за мной, то переключал все внимание на дорогу. Сначала я не обращала внимания на это, но через время меня это стало напрягать. Я не могла понять Назара. Совершенно! Он вроде смотрит сквозь мебя, словно я пустое место, а то бросает взгляды, от которых бегут мурашки по коже, то ли от страха, то ли от напряжения.

Ехать нам было еще прилично, примерно полчаса, а то и больше. Дорогу усложнял снег, который местами создавал переметы, перед которыми приходилось немного сбрасывать скорость.

Несмотря на то, что я знала, как Назар попал к моему отцу, я решила спросить это у него самого, попытаться, так сказать, прервать молчание, и заодно разрядить тяжелую обстановку в машине.

— Давно ты служишь у отца? — не то, чтобы я была уверена, что Назар ответит мне, но надежда была.

Прошла минута, прежде чем он заговорил. Назар посмотрел на меня сквозь зеркало, словно оценивая, стоит ли со мной вообще разговаривать. Я уже подумала, что он мне ничего не ответит, но он меня удивил.

— Давно.

Что⁈ И все? Вот и весь ответ! Меня это почему-то взбесило! Неужели ему так сложно ответить и поговорить? Впервые я встретила настолько тяжелого человека! И нет, чтобы замолчать и смотреть в окно, я решила, продолжить это безумие, испытывая свою нервную систему!

— А как давно ты его знаешь? — с нажимом задала следующий вопрос, намекая, что одного слова мне мало!

— Давно.

О Господи! Злость и раздражение забурлили во мне с новой силой! Бесило еще то, каким тоном он произносил это слово! Безэмоционально, словно зевает, не придавая интонации никакого окраса! Но я пошла дальше, добивая себя!

— А ты всегда такой молчаливый? — сказала я не скрывая раздражения, наблюдая за ним все в то же зеркало, в которое Назар то и дело смотрел на меня.

— Да.

Меня прям передернуло от этого противного «да»! Я сжала кулаки и глубоко вздохнула, мысленно сжимая руки на шее Назара. Они так и зачесались похлопать ему по щекам, чтобы хоть как-то расшевелить его на эмоции!

— Я тебя раздражаю? — спросила в лоб и наклонилась вперед, чтобы лучше видеть его реакцию. Приблизившись к нему ближе, я почувствовала приятный запах духов. Он был совершенно другой, нежели у отца. В отличие от того тяжелого и пряного аромата, здесь я ощутила свежесть и легкость, словно морской волны. Хотелось вдыхать этот запах и не останавливаться. В первую встречу, когда Назар приехал за мной, он пах по-другому, или я из-за страха не смогла распознать такую мелочь.

— Совсем нет, — спокойно ответил Назар. — Я не любитель вести разговоры!

Не любитель он! Ну хоть ответил не одним словом, уже хорошо! Не все так безнадежно. Я снова вдохнула его запах и откинулась на сидение.

— Почему ты в первый день нашего, так сказать, знакомства, сказал, что ты мой сводный брат? — я затронула волнующую меня тему. Не то, что бы я сильно хотела знать подробности кто кому и кем приходиться, но уточнить стоило.

Назар свернул влево и въехал в черту города, значит, осталось недолго, от силы минут пятнадцать. Я видела, что он не хочет отвечать, но Назар все же произнес, останавившись на светофоре.

— Дмитрий Петрович был моим опекуном.

— А сейчас?

— А сейчас я на него работаю.

— И тебе нравится заниматься тем, чем ты занимаешься? — решила я развить эту тему, раз Назар хоть немного развернуто стал отвечать.

Загорелся зеленый, и мы тронулись. Город встречал нас новогодними огнями и яркими вывесками. Везде все готовились к Новому году, украшая елками и огоньками витрины и входы магазинов.

— Да.

— И все? Опять просто да?

Назар шумно выдохнул, словно я его раздражаю своими вопросами. Но наши чувства были взаимны. Я даже не стала ждать его ответа, решив, что если он не хочет говорить, больше я не стану его о чем-либо спрашивать! Пусть себе молчит на здоровье, а я поберегу нервы!

— Я больше ничего не умею! — на удивление начал говорить Назар. Я даже наклонилась вперед, чтобы лучше слышать. — Отслужив в армии, понял, что мне нравится это направление и вернулся к дяде, чтобы использовать навыки на деле.

Вот как! Как и многие люди, попробовав что-то одно, боятся начать другое! Как и я, ходила многие годы на овощебазу и даже не думала, что смогу поменять свою жизнь в другую сторону!

— Спасибо, что ответил! — искренне поблагодарила я и увидела впереди заветное здание со стильной вывеской.

Назар припарковался на стоянке и заглушил мотор.

— Мы на месте, — сказал Назар, и я почувствовала, что его тон стал немного другим. Или мне показалось? — Пойдем, я тебя провожу.

Мы выбрались из машины и пошли к главному входу по высокой и красивой лестнице. Здание состояло из трех этажей. На первом этаже нас встретил администратор, элегантная женщина лет сорока в строгом деловом костюме. Она любезно проводила нас на второй этаж и направилась вперед, где размещались рабочие места для художников. Стоило нам пройти вперед, как я увидела мужчину под пятьдесят, в свободных джинсах, нежно-голубой рубашке с закатанными до локтя рукавами, и все это дополнял светло-бежевый шарф, обернутый вокруг его шеи. Мужчина стоял у высокого мольберта и водил кистью по холсту, словно скрипач по струнам своей драгоценной скрипки. Весь второй этаж был оборудован для мастерства. Несколько десятков мольбертов стояли в хаотичном порядке, обставленные небольшими тумбами для принадлежностей. Здесь были и кисти в красивых