Невеста сильнейшего мага - Екатерина Политова

Я улеглась обратно, решив поутру расспросить её, знает ли она о своей ночной привычке. И если знает, то может быть объяснит мне как с ней обходиться, чтобы её не пугать и не будить. 

Утром я встала чуть раньше Ливии, собираясь на лекцию по рунному языку, но, открыв волшебный лист я обнаружила, что вместо лекции стоит пометка об индивидуальном уроке. Сердце тут же забилось быстрее. 

В памяти всплыл образ Адама, его серьезный взгляд, спокойный голос. Я от радостного волнения чуть не выронила лист. Наверняка он нашел лазейку, чтобы продолжать меня учить, чтобы мы могли хотя бы коротко видеться.

— Что-то случилось? — спросила сонная Ливия со своей койки. — Ты прямо то ли испуганная, то ли радостная.

Я невольно улыбнулась, но отмахнулась:

— Похоже, у меня сегодня индивидуальное занятие с ректором.

— Ого! Завидую, тоже хочу, чтобы меня лично поучили. Молниям например… — мечтательно произнесла Ливия.

И я сдержала улыбку, вспомнив, что она грезила этим даже во сне.

Я поспешила переодеться, на ходу поправляя хвост и стараясь не выдать, как пылают мои щеки при мысли, что это Адам и как же я соскучилась! Мы не виделись всего день, но я так хотела его увидеть! 

По коридору я почти бежала. Урок был в каком-то другом зале, но я не придала этому значения.Это оказался небольшой учебный кабинет, расположенный в западном крыле Академии.

Дверь была приоткрыта, и я, переведя дыхание, вошла и замерла. 

Вместо высокой фигуры Адама меня встретила Глория. Она стояла возле стола, заваленного учебниками и бумагами с магическими схемами и формулами.

Она взглянула на меня как всегда немного раздраженно и слегка сонно. Но это было в её стиле, я даже не обиделась. 

— Доброе утро, Аннабель, — произнесла она. — Проходи, не стой на пороге.

Разочарование отразилось у меня на лице куда сильнее, чем я планировала. Глория прищурилась:

— Ожидала, что здесь будет кто-то другой?

А потом она опустила взгляд на мою руку, на кольцо на ней.

Глава 7.

— Ты, кстати, опоздала на три минуты, Аннабель, — отметила Глория сухо, сделав пометку в своих бумагах. — Интересно, ты так торопилась к моему брату?

Они ничего не сказала о кольце на моем пальце, но у Глории было очень выразительное на неодобрение лицо. Поэтому ей и говорить ничего не пришлось - всё было видно и так. 

Сестра Адама фон Кирса молча принимала решение брата. А одобряет она это или нет, ни мне, ни Адаму было не интересно. Хотя мне, прямо скажем, не хотелось наживать себе врагов в семье ректора. 

Секунду я молчала, не понимая, как реагировать, на присутствие язвительной Глории.

— У меня официальное назначение обучать тебя началам созидательной магии, — проговорила она, как будто прочитала мои мысли. 

— Ладно, — сказала я, осторожно подходя к столу, перед которым стояла моя новая преподавательница. — Чем мы сегодня займемся?

Глория прикрыла папку, окинув меня пристальным взглядом с головы до ног:

— Начнем с самого простого, чтобы я поняла, насколько много, или точнее мало, в тебе созидательной магии. Сядь, — велела она, указав на стул рядом.

Я послушно уселась, а Глория тем временем подошла к невысокому шкафчику и достала большой хрустальный шар. Она положила шар на бархатную подложку передо мной. 

— Это тренировочный шар, — пояснила она. — Внутри маленькая иллюзия - без крови и ужасов, не переживай. Но она создает ощущение, будто там крошечная трещина, которую нужно восстановить. Если всё сделаешь верно, шар просветлеет на оттенок. Если нет останется тусклым или померкнет ещё сильнее.

Я с любопытством уставилась на шар.

— Ух ты! Я даже не знала, что такие создают для целителей!

— Их создают для меня, чтобы проверять горе-учеников, — ядовито усмехнулась Глория. — Надо же как-то не резать себе руки ради каждого урока, верно?

Я в ужасе уставилась на неё, но Глория даже бровью не повела.

— Прикоснись, — скомандовала она. — Постарайся призвать не жар, а тепло, которое лечит то, что повреждено. Я знаю, что твоя созидательная сторона склоняется к стихии огня. Это хорошо и правильно. Куда проще если бы была, скажем, Бездна. С ней сложно работать с живой материей, она стремиться изменить её под себя и свой мир. Но если у тебя всё получится, шар чуть вспыхнет изнутри. Только смотри не переборщи и не перегрей огнем, иначе расплавишь иллюзию, и того и глядишь ещё и шар испортишь и мне придется выпрашивать у нового ректора другой, — она осеклась, прежде чем договорить.

Но когда мы встретились глазами, то я поняла, что она знает, что король отстранил Адама. 

Я аккуратно положила ладонь на шар и закрыла глаза. Откапывать в себе созидание было сложно. В первый раз получилось ,потому тчо я шла за собственной болью и лечила себя. А тут… лечить буду какой-то бездушный шар. 

Стояла я так, положив ладони на холодное стекло довольно долго. Глория меня не торопила, не пыталась подгонять, а наоборот терпеливо ждала. И не болтала под руку, за что я ей тоже была очень благодарна.

Маленькую вспышку огня и постаралась превратить в нечто более мягкое. Магия созидания вообще была другой. Не стремилась разрушать или рассеивать. Она была… словно тонкая игла с нитью. А моя маленькая созидательная сторона как раз была ма-а-аленьким таким игольным ушком в которую эту нить мне предстояло вдеть.

В общем, сложно!

Секунды текли медленно, пока я концентрировалась. Но я почувствовала, как шар под пальцами стал чуть теплее, будто по его стеклянной оболочке прошла вибрация, словно мурашки. 

Глория, похоже, увидела это и тихо выдохнула:

— Неплохо. Ещё чуть-чуть…

* * * * *

Я добавила каплю усилия, страшно опасаясь сбиться! Ведь могла внезапно окунуться в воздух, да даже в тьму Адама! Просто рухнуть в разрушение, когда надо было наоборот - не уничтожить, а восстановить. Напряжение внутри было просто колоссальным, даже не потому, что чего-то там ожидала от меня Глория. А потому что я сама от себя ожидала. Мне очень хотелось! Защищать, спасать! Сделать всё, чтобы мои силы шли только во благо!

Я хотела для себя и собственного будущего. Не опираясь ни на кого другого. 

Внутри шара вспыхнул слабый жемчужный свет. Не яркий, но заметный и очень мягкий. Я действовала как ювелир, потому что