Найду тебя зимой - Лариса Акулова

— Куда-то спешишь?

Лицо у него недовольное, но чего он ожидал? Что я действительно брошусь ему в руки, благодаря о явлении Христа народу?

— В отличии от вашего величества, у меня еще куча дел. Что ж, Победин, мне было неприятно с тобой увидеться, надеюсь, что больше не встретимся, — за секунду складываю вещи в сумку, поднимаюсь со стула, — руку жать не буду, а то еще си-филис какой-нибудь подхвачу. Бывай.

Мне наплевать, что именно подумает Фёдор о том, как я с ним разговариваю. Пусть спишет на то, как мы расстались. А еще у моей грубости есть определенная цель — максимально отбить у мужчины желание со мной видеться вновь. Остается надеяться на то, что инстинкт охотника и собственника у него не проявится. Но подозреваю, что это не последняя наша с ним встреча.

Девчонка все еще в коридоре. Будь она моей дочерью, уже бы отхватила люлей, но что я могу с ней максимум сделать, так это высказать, как и поступаю:

— Еще раз такое произойдет, и я напрягу все свои связи, чтобы ты в журналистике не работала, ты меня поняла? — рычу, наверно, как животное, но нервное напряжение дает о себе знать, этим себя и оправдываю.

Лишь на улице у меня получается вздохнуть свободно. Не смотря на холод, обжигающий горящее лицо, легкие наконец-то наполняются кислородом. Так, нужно успокоиться, нельзя в таком виде показываться людям. Вдох-выдох. Еще раз: вдох-выдох. И снова. Смахиваю с лавочки снег, присаживаюсь, не беспокоясь о том, что куртка намокнет. Боюсь, что упаду в обморок. Теперь, когда могу ясно думать, переживания накатывают волной, и слезы сами струятся по моему лицу. Размазываю их по щекам. Наверно, и тушь потекла, превратив меня в панду. Достаю пудреницу, смотрюсь в крошечное зеркальце — так и есть, просто отврат. Совсем не похожа на ту ухоженную женщину, которой являюсь большую часть времени. Но смысл сейчас об этом размышлять? Лучше уж пострадать дома.

Привести себя в божеский вид не представляется возможным, приходится вызвать такси, пусть это и ударит по бюджету. Так сложилось, что стараюсь деньги экономить, балуя лишь дочку, не себя. Ее частная школа жрет мою зарплату, как голодный тигр.

Вот, то, что нужно! Мысли о Майе меня успокаивают. Сидя в машине, смотря на снежную вьюгу, я вспоминаю, какой крошкой она была, да и сейчас не особо выросла, настоящая Дюймовочка. Последние пятнадцать лет я жила ради этой девочки, ради её будущего, её счастья. Даже когда приходилось голодать, когда сутками не спала, одновременно учась в университете и работая на двух вакансиях в магазине, когда она болела и плакала часами не переставая, я была счастлива тому, что мы есть друг у друга. Майя — моя поддержка и истинная любовь в этом мире.

В квартиру я захожу в уже приподнятом настроении.

— Малыш, я дома, — кричу погромче, зная, что дочь любит заниматься в наушниках и вряд ли меня с первого раза услышит.

Но она выбегает мне навстречу. Наплевав на то, что я в куртке, обнимает.

— Ну что ты, дай хотя бы раздеться, — я шутливо её журю, чувствуя, как лед на сердце тает от такого простого жеста привязанности. — Поела?

Куртку на вешалку, сапоги на полку. Аккуратность — залог уюта и чистоты в доме, где живет подросток.

— И тебе оставила твою любимую Филадельфию. В холодильнике.

— Спасибо, а теперь бегом учиться дальше.

Прежде чем поесть, совершаю свой ежедневный вечерний ритуал: принимаю душ, смываю косметику, переодеваюсь в удобный пижамный костюм. И только после этого отправляюсь на кухню с ноутбуком подмышкой. Даже поужинать мне не удается без него, потому что работы всегда хватает. Например, сегодня в планах у меня допечатать статью о гимнастках, которые заняли первое место на чемпионате мира. Надеюсь, что делая это, смогу забыть о неприятной встрече с Побединым.

Но все мои планы рушатся, словно карточный домик, когда телефон звонит. На экране мобильника высвечивается имя владельца моего канала. Нельзя не ответить.

— Да, Юрий Алексеевич, я вас внимательно слушаю, — стараюсь хотя бы не вздыхать тяжко, тем самым показывая неуважение.

— Нинель, я вот думал, что мы с тобой давным-давно нашли общий язык. А это оказалось не так. Что ты ему наговорила?

Упс.

— Ему это кому?

— Не строй из себя дурочку, Уварова. Ты умная женщина, небось уже сообразила, — в его голосе угроза. — Так вот, мне плевать, что у вас с ним за терки, но мне по шапке уже прилетело. Поэтому я сделаю то, о чем Победин просит. Поздравляю, ты становишься его личной журналисткой на ближайшие пару месяцев, пока ему не надоест. Будешь ездить с ним на все встречи, отвечать на все вопросы и кофе приносить, если понадобится. Так что будь умницей и не позорься.

Юрий Алексеевич отключается, оставляя меня без любой надежды на спокойствие. Оказывается, Фёдор за эти долгие годы совсем не изменился, все такой же уб-людок и эгоист, который думает лишь о собственных хотелках. Теперь главное не перемудрить и не послать его куда подальше в пешее путешествие в первый же день, когда приду снова в злополучный спортивный центр.

Однако, я абсолютно точно уверена в том, что не позволю этому мужчине помыкать мной. И, чего бы мне это не стоило, я заставлю его от меня отказаться.

Глава 3

Федор

Россия давно перестала быть для меня домом. Уехав пятнадцать лет назад в Канаду, оставив ту, что любил, свой дом и, пусть и тварь, но отца, я никогда не оглядывался назад. Это было достаточно легко, ведь я изначально не обладал какими-либо ценностями. По крайней мере, я это смог понять. Когда-то тешил себя надеждой, что я лучше кого бы то ни было, какой я благородный, какой целеустремлённый — все это фикция, на самом деле людям интересны лишь деньги, вот и я очень легко продался.

Однако, судьба та еще су-ка, видимо, решила меня наказать — карьера профессионального спортсмена закончилась слишком рано из-за травмы. Я уж было отчаялся, даже напился, чего не делал много лет, думал, что жизнь закончена, а тут вдруг из России поступил запрос, пригласили на должность главы спортивной ассоциации. Только дурак бы отказался, а таковым я вроде как не являюсь.

Каково же было мое удивление, когда я узнал, что в первый же день встречусь с