Посвящение в бывшие - Анастасия Феникс

чудо в перьях, что в меня влетело, своим фирменным взглядом: «Что за идиот?!». Передо мной валялся, вернее, уже сидел, красивый блондин, короткие светлые волосы, видно, что ходит в качалку, высокий, мускулистый, классный… Сморщившись, он тер правое плечо, обиженно поглядывая на меня.

— Тварь, ты мне губу разбил, — взвыла я, проведя по ней языком, — Яр, дай зеркало! — развернулась на 180 градусов и требовательно протянула руку.

— А твое где?

— Где-где? В рюкзаке! Мне искать долго, — скривилась я, от того, что губа щипала. Не прошло и минуты, как зеркальце было уже у меня в руке, — спасибо, ты лучшая, — выдохнула я и с опаской посмотрела туда, — с-с-собака, — взревела я, мечтая выразиться не совсем цензурно, вернее, совсем нецензурно, — я из-за тебя теперь с месивом вместо губы хожу, тварь!

— А не надо на траектории стоять! — рыкнул он, все еще потирая плечо, — я из-за тебя вообще плечо вывихнул! — обиженно выдохнул он, пытаясь им подвигать, но видимо не вышло из-за боли.

— Да? — улыбнулась я, а потом, со всего маха зарядила ему тяжелым кроссовком по его гребаному плечу. Послышался характерный хруст, — что встало на место?! — поинтересовалась я с милой улыбкой, смотря на то, как вокруг нас начала образовываться толпа народа, желающего хлеба. Зрелище-то уже есть!

— Да, встало, — выдохнул он, улыбнувшись, а я выпала в осадок. Что, все, и без претензий? А потом, встав, парень произнес, — спасибо. И извини.

— Не извиняю, — скривилась я, с ненавистью посмотрев на него. Даже не знаю, что он сделал первым — улыбнулся или подошёл ближе. Дибил. Хлопнув крышкой, вернула зеркало законной хозяйке, — ты-то кто?

— Я? Никита, патологоанатом с первого курса, — непонимающе произнес он, мол, меня — и не знают?!

— Стало быть, еще и учиться вместе будем, — усмехнулась я, а потом мы направились на пару.

Препод опаздывал, что изрядно меня бесило. Хотя, может у него там уважительная причина, а не каждый день такое. Просто я очень анатомию люблю и ненавижу, когда ее преподают через один орган.

Вошли мы, теперь уже втроём в класс, и что же я увидела? Два балбеса нерусской национальности (если что, я не расист, просто это наиболее точное описание их внешности), сидели на наших вчерашних местах и о чем-то разговаривали на своем. Подойдя, я закашляла.

— Че надо? — с акцентом проговорил первый и привстал, в попытке продемонстрировать свой рост, на что я лишь усмехнулась. Я в пять лет здорового мужика в могилу загнала, причем буквально, а тут всего лишь выскочка-переросток.

— Здесь я сижу и моя подруга, — выдохнула я, обаятельно улыбнувшись. Начнем с доброго слова.

— Ну так найди себе другое место, — мне отзеркалили мою однобокую улыбку, что я очень не любила. Со стороны однокурсников послышались сдавленные смешки. Посмотрим, кто сейчас посмеется! Но объект, к моему великому сожалению, уже отвернулся.

— Как тебя зовут? — прошептала я ему на ушко, но так, чтобы слышали все. Сзади послышалось сдавленное: «Сашенька, не надо, прошу тебя!», но проигнорировала Яру. Ну уж нет, тут принцип! Надо же доказать теорию Аль Капоне, что добрым словом и пистолетом можно добиться большего, чем только добрым словом!

— Тамерлан, — усмехнулся он, — а восемнадцать-то есть, чтобы сразу в постель? — попытался он вывернуть последнюю мою реплику в свою пользу.

— Тамерлан, — произнесла я томно, проигнорировав его последнее замечание, — скажи, ты хочешь остаток дня проходить с разбитым лицом или сломанным носом?

— Че, блять?! — он попытался развернуться, но уже было поздно. Умелый захват, перехват, раз — и его лицо с размаху ударилось об парту. Два — и из носа, уже поверженного, врага, полилась кровь. Три — и на всю, идеально тихую аудиторию, послышался хруст и булькающее: «Сучка!».

— Ненавижу, когда люди матерятся. Такое я прощаю лишь самым близким, а ты в их число не входишь. Итак, Тамик, либо ты сейчас подрываешь свой зад и прешься на другое, не занятое место, либо я ударю тебя еще три раза. Сопротивление — бесполезно. И да, на будущее — не хами и не спорь с патологоанатомом, — усмехнулась я и отпустила его жирные волосы. На удивление, он даже возникать со своим другом не стал, сразу ушел. А я, протерев влажной салфеткой парту, спокойно села и достала тетрадь. Ну вот, первый день, а уже такое хорошее развлечение!

Пролог

Предупреждение — главная героиня не совсем адекватна, в этом и суть книги. Главная героиня — дочь бывшего криминального авторитета, все ее замашки оттуда. Пометка 18+ из-за сцен жестокости, постельные сцены если и будут, то в небольшом количестве. Хэппи энд обеспечен всем, кто заслуживает! Надеюсь на ваше понимание и поддержку!

С любовью, Анастасия Феникс.

Сегодня я твой самый долгожданный гость

А для кого-то незнакомка без имени

Я по глазам твоим вижу, что ты готов

Падать к ногам, только б назад меня вымолить

Я черный маникюр сменю на красный цвет

И потеряюсь в стробоскопах бессовестно

А у меня к тебе вопросов больше нет

Но о тебе мне, милый, много есть что сказать

Я поднимаю тост за своего бывшего!

Какие обиды? Мы же взрослые люди

Хочу пожелать всего наилучшего

Но лучше меня в твоей жизни не будет

Я поднимаю тост за своего бывшего!

Какие обиды? Мы же взрослые люди

Хочу пожелать всего наилучшего

Но лучше меня в твоей жизни не будет

(М-уа)

(М-уа)

Лучше не будет

(М-уа)

Что, меня потерял, осознал слишком поздно

Казалось, тебя разлюбить невозможно

Но, с каждой слезой становилась сильнее

А, с болью — успешнее и красивей

Теперь в эпицентре мужского внимания

Новый секс-символ, предмет обожания

А ты стоишь грустный в другом конце бара

Так кто и кому теперь милый не пара?

Люся Чеботина — За бывшего (саундтрек к книге)

— Сайт «Психолоджис»:

Джо Голдберг из сериала «Ты»

Что ж, вы отлично интегрированы в общество благодаря своей общей культуре и образованности. Тем не менее невротическая сторона личности чаще всего берет верх. Вы — книга с безупречной обложкой. Но после прочтения первых пары строк возникает непреодолимое жуткое чувство…

— Абсолютно согласна с написанным, — произнесла Яра, поедая клубнику в сиропе. Ну да, а что еще делать перед парами? Только есть. Вот и я не отстаю, сижу бутерброд колой запиваю, — я как узнала тебя получше, почти сразу к парикмахеру пошла, седину закрашивать, — она довольно провела по своим рыжим, нет, не так, рыже-медным волосам, которые рассыпались по ее покатым плечам, кокетливо выглядывающим из-под обрезанных рукавов лёгкой тонкой водолазки белого цвета. Зелёные глаза