Обреченная невеста Хозяина северных гор - Любовь Песцова

Но зато я почувствовала, как она прикасается к моей руке. Значит, обошлось без паралича. Это хорошо. Просто замечательно!

Наверное, это открытие помогло немного успокоиться. И мысли, наконец, оформились, мозг заработал. А может быть вода помогла. Хотя сколько ее в мой организм попало? Пара капель? Вряд ли больше.

Этого хватило, чтобы четко и внезапно осознать — я уже не в России. И дело не в причудливом интерьере, который напоминал исторические фильмы. Не в пейзаже за окном. И даже не в этом «госпожа», «батюшка» и прочем.

Просто каким-то глубинным, почти животным чувством я понимала — здесь все чужое. Небо, люди, язык.

Да, он был другим. Не русский и даже не английский, который я неплохо знала. Нечто совершенно иное, но при этом мистическим образом понятное.

Как будто пока я спала в мозг загрузили новые знания, а вот полностью обработать их он еще не успел.

— Вот это сбой в Матрице, — хотела сказать я.

Не получилось, разумеется. Многострадальное горло болело и могло издавать только хрипы.

Ох! Горло! Что там эта девушка про петлю говорила, из которой меня вытащили?

Сделав невероятное усилие и повернув голову, я попыталась осмотреть собственное тело. И результат мне не понравился.

Куда делось мое стандартное тело типичной жительницы средней полосы России? Почему у меня такая золотистая, как после курорта кожа? Откуда такие тонкие запястья с длинными пальцами, никогда не знавшими тяжелой работы?

Ну приехали! Уже и из окна выпасть нельзя! Сразу в чужое тело запихнут!

Зато можно точно отметать теорию о параличе. Тело слушалось. Руки шевелились, ноги тоже. Причем даже без каких-либо болезненных ощущений. Но вот в остальном…

Я что, в сказку какую-то попала? Судя по местным интерьерам, да. Ну, или как минимум в исторический роман.

А нужно было меньше читать про Борджиа!

Мои хрипы подействовали на девушку рядом удручающе. Она погладила меня по голове, еще раз попыталась напоить водой.

— Вы не переживайте, госпожа. Мы обязательно что-нибудь придумаем. Герцог хоть и осерчал, но войной на нас не пошел. Отложил свадьбу на два месяца, чтобы вы в себя пришли, оправились. Ну, это правильно, я считаю. Если продолжать давить, то не дайте Боги, снова решите с собой что-нибудь учинить.

Все интереснее и интереснее. Еще и свадьба какая-то. Моя, что ли? Вот уж без чего, а без этого я отлично обойдусь!

Что за ошибка в симуляции? Сказка, кажется, из репертуара братьев Гримм. Оригинальных, разумеется, а не их диснеевских версий.

Ну, если я умудрилась из окна на ровном месте выпасть, кто бы мог сомневаться, что мне и дальше будет так же «везти»!

Глава 2

Несмотря на логичные доводы, банальное зрение, а также то самое чувство чужеродности, сразу поверить в то, что я в другом мире, оказалось на удивление сложно.

Нет, если бы я верила во всякую эзотерику, гороскопы, карты Таро и далее по списку, было бы легче. Ну, я так думаю.

Но я-то всю жизнь считала себя материалисткой! А тут вам не просто призрак какой-то пробежал. Здесь целое попаданство присутствует. И не просто так, а в чужом теле.

К которому, кстати, прилагаются права, обязанности, и куча обеспокоенной родни.

Почти сразу после моего пробуждения, ко мне в комнату наведались отец и брат изначальной хозяйки этого тела.

Безутешные родственники примчались, не обращая никакого внимания на то, что я немного не в том состоянии, чтобы принимать гостей.

Хотя стоит признать, рассмотреть их было интересно. Внешность обоих навевала мысли об испанцах. Их темные глаза смотрели на меня тревожно, с сочувствием. Но при этом было в них что-то… Такие взгляды предназначены не живому человеку, а покойнику. Словно они заранее со мной прощаются.

— Оставь нас, Кристиан, — сказал, очевидно, отец.

Внешне ничего так. На Хавьера Бардема чем-то смахивает. В общем, гены не самые плохие мне достались. Братец тоже, кстати, вполне себе. Подтянутый, с чистой золотистой кожей, красивыми глазами и ровным носом.

Ну и слава мирозданию! Отлично зная, как себя может вести аристократия, в каких бы мирах она не находилась, я опасалась фамильной заячьей губы и других врожденных уродств от близкородственных браков.

— Изабелла, — вздохнул мужчина рядом со мной, присаживаясь на кровать и беря меня за руку. — Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня?

Вот и имя свое новое узнала. Изабелла. Красиво, конечно. И уж точно лучше, чем Зоя.

Сколько себя помню, всегда комплексовала из-за своего имени. Сначала меня дразнили в детском саду, потом дразнили в школе. В университете… уже не дразнили, конечно. Но осадок все равно остался. И даже когда я привыкла слышать от студентов «Зоя Михайловна», все равно не могла до конца ассоциировать себя с этим именем.

Так что Изабелла было определенно лучше.

А вот что касается вопроса «моего» отца, дело обстояло сложнее. Простить? Кого? За что?

Ответить по понятным причинам я не могла, поэтому просто моргнула.

Кому должна, я всем прощаю.

— Ты слишком добра к своему отцу, дорогая. Я бы отдал свою жизнь, если бы лорд Винтерхолд взял ее. Но она как раз ему без надобности. Каким-то образом он узнал о тебе и теперь не отступит.

Узнал обо мне? Что именно? Ну, вряд ли речь о попаданстве.

— Знай, ты самое светлое, что у меня есть. Подарок моей любимой Авроры. В такие моменты, я почти рад, что она не дожила до этих дней. Твоя мать ни за что бы не простила меня, узнай, что я отдаю тебя этому чудовищу.

— Ммм…

Попытка сказать «себя отдай» не увенчалась успехом. Ну и хорошо.

Прежде чем что-то говорить, надо бы узнать, какой характер был у изначальной версии Изабеллы, чтобы попытаться соответствовать. А то расколют меня как прошлогодний орех и живенько отправят на костер.

— Герцог пойдет войной на наше графство и сотрет его с лица земли, если я не соглашусь отдать тебя за него замуж.

Как герцог может объявить войну графу? А монарх куда смотреть будет? Или я попала в период феодальной раздробленности?

И вообще, это что еще за одержимый бедной мной персонаж?

Нет, понятно, что с таким отцом дочь тоже должна быть красивой, хотя это еще проверить надо — заглянуть в зеркало у меня пока не было возможности. Но все же! На мне ведь свет клином не сошелся, чтобы целую войну развязывать.

Можно, конечно, сказать, что троянская война