Секретарша - Ирина Кириленко

— Я, вообще, Светлана Константиновна, к мужчинам теперь абсолютно равнодушная! И твёрдо стою на ногах. Совсем не падкая, в смысле. Ни на начальников, ни коленками на пол.

— Ну, дай, Бог, дай, Бог… Идёмте!.. Вадим Константинович, я Вам девочку привела… На растерзание…

Ну, Вы, Светлана Константиновна, и юмористка, конечно! Полчаса настраивала человека на серьёзный лад, и на тебе! Почти всё махом «расстроила». Чуть от неожиданности не хмыкнула. Плакать запрещено, а хмыкать можно? Как у вас тут дела со хмыканьем обстоят?

— Свет, давай вот сейчас без подковырок, да? Оставь «девочку» себе. Нерастерзанной. Ты когда мне секретутку... к-хм… секретаршу уже найдёшь? Вторая неделя пошла.

— Так я, вот, и как раз! Позвольте любить и жаловать, Татьяна Алексеевна! Алле оп!

И меня из-за спины «вынимает» и вперёд подталкивает. Игорь Кио, блин! Копперфильд! Стою, как дура. От смущения от такой «подачи» красная. «Любить и жаловать»? Посмотрим…

Шеф-в-перспективе поморщился, глаза злобно сузил, сидит рассматривает… Что, нравлюсь? Смотрите, какая некрасивая! Всё, как и заказывали-с. Индивидуальный подход к отдельно взятому начальству. Только попробуйте «растерзать»! Я Вам Ваши карие очи быстренько синеньким подкрашу.

Конечно, теперь я понимаю, к чему были эти ваши «специфические требования»! Отборный красавец. Вернее, красавЕц! Лицо, как скульптором вылепленное, выточенное из мрамора. Лоб, скулы, подбородок. И глаза! Тёмные, глубокие. Ничего хорошего для девочек-на-растерзание не предвещающие… Плечи вразлёт… Раздеть — и в музей на тумбочку под стекло: бюстик Великого и Ужасного. Автор неизвестен… какой-то Константин…

— Разберёмся. Татьяна…

— Алексеевна!

— Татьяна! Сначала — кофе. Потом дуй к снабженцам в отдел и принеси бумаги по «десятке». Чего стоим? Кофе мне и быстро!!!..

Глава 2.ТАТЬЯНА

— ИРКА!!! У меня ЧП!!!!

— На встрече напилась? И почему я не удивляюсь? Танька, я тебе когда-нибудь рот зашью, ей Богу! Тебя ж ни на минуту «в кругу друзей» оставить нельзя!

— Да с чего ты вдруг взяла??? Мне даже неприятно и за тебя прям стыдно!

— Да с того, что «встреча» была дня три назад, а ты к сегодня вечеру тока паническую волну погнала. Только оклемалась и всё вспомнила? Забей! Все эти «подружки» для тебя теперь никто. А на остальных случайных окружающих, вообще, начхать. Один раз столкнулись, и больше не встречаться. Или ты там уже успела охватить своим лихим задором всех соседей? Баб Валя-то жива? А то теперь к «проститутке» вслед ещё и «пьянь» добавится.

— Не, Ирк, мы с баб Валей пока решили на «проститутке» тормознуть. Пока тока её смакуем.

— Так в чём тогда дело? Что за неоправданные страхи?

— Ну, я, ты права, чуток надралась… Не, не подумай! Я только рюмочку перед уходом. А потом случилось СТРАШНОЕ!

— Ты меня пугаешь…

— Ничего смертельного, но очень-очень стыдное…

— С таксистом нечаянно переспала? А у него — семеро по лавкам и жена с усами и в Алма-Ате? Не парься! Если с «защитой», то нормально.

— Да подожди ты! Ты меня только путаешь! В общем, в такси ко мне подсел внезапный типчик в запонках и ароматом лайма…

— И ты ему «дала»!.. Ай-яй-яй, как некрасиво! Шофёр-то жив?

- Я тебя щас ударю! Я не «дала», но давай представим, как будто бы почти что…

— Почти что не «дала», но мы представим. Всё. Теперь представим, что я «почти что» «вижу».

— Фу, дурочка! Мы просто немного сильно целовались. А он — в запонках. А я — в колготках. И он перепутал. А я за такси не заплатила. А он девочек-на-растерзание почти что ест. И секретуток. А Светлана Константиновна хотела, чтоб у меня был муж и я вся в некрасивом. А он теперь — мой шеф!.. И он красивый… А я — несчастная. И мы с тобой сейчас должны решить — мне ему деньги за такси отдавать или он меня, всё же, не узнал? И да, я сегодня была в чулках. Не то, что бы из-за надежды… Просто поддержать внутреннюю гармонию на фоне внешнего гардеробного кошмара.

— Так, стоп! Давай резюмируем: ты в такси и «на бровях» внезапно и случайно позажималась с каким-то ароматным типом, так? И кинула его. На деньги за такси и на «дала». Тут я немного не врубилась, но это, как я вижу, и не важно. Дальше, ты устроилась на новую работу «девочкой» и теперь баб Валя оправданно станет браниться «секретуткой»… Ты сдурела????!!!!

— Не так!!! От «не врубилась»: он «зажимал» меня, но, как будто бы, другую. А потом дошло, что перепутал. Я же без чулок! А он, блин, весь в запонках…

— Допустим…

— Я сразу же пришла в себя и не заплатила...

- Резонно. У тебя были основания. Дальше?.

— А дальше я совсем не связанно позвонила устраиваться секретаршей, и Светлана Константиновна намекнула, что, мол, жалко, что я такая красивая и очень прекрасная. И я оделась! В мешок с юбкой-миди и в хвостик без косметики. А потом меня новый шеф запугивал, гонял туда-сюда, обпивался кофе и обзывал «дурой». И он — красивый…

— Пока что понимаю. Что было дальше? Застеснялась, что так оделась?

— Да нет же! Я весь день, как белка в колесе. А вечером домой пришла, и как проснулась! Мой новый шеф и тот дурак, что оплатил моё такси — один и тот же человек!!! И, конечно, это не так важно, но, кажется, Светлана Константиновна — его сестра.

- Это, возможно, и не важно, но на основании чего…

— Они похожи, плюс, отчество, и оба Свиридовы, прикинь!

— Ну, то, что он тебя сразу же познакомил с сестрой, конечно, пустяки…

— Фу-ты, ну-ты! Ты опять не в туда! Допустим, «Константиновна» — не важно. Вопрос в другом: чё будем делать с деньгами… Вопрос принципиальный.

— Он тебя узнал?

— Не думаю… Я, реально, была сегодня, прям бледная крыса с безумием от ужаса во всё лицо.

— Тогда всё просто: не давай!

— Я и, если помнишь, не «дала»! А щас он и сам, походу, «не возьмёт».

— Таня, соберись! Я про деньги! Ты его впервые видишь, он — тебя. Какие деньги, Петя?!

— Вадик…

* * *

— ТАТЬЯНА!!!

— Да, Вадим Константинович?

— Что у тебя опять за бар-р-рдак?! Вообще ничего не могу найти!!! Ты работать собираешься, или просто так деньги приходишь получать?

Ка-пец!.. Как чувствовала, надо было сразу отдать, жила бы сейчас спокойно обычной «дурой» и «идиоткой», с чистой совестью бегала бы к снабженцам, орала б в телефон: «Вас не слышно, диктуйте, я записываю» и варила бы свой дурацкий кофе…