Мой несносный ведьмак - Ника Веймар

голове плавились, точно кусок масла на горячей сковороде. Без малого два метра ходячего концентрированного обаяния. А принадлежность его к тёмным магам выдавали лишь зрачки, соответствующие фазам луны.

Я не видела Гарета почти шесть лет, с того самого момента, как уехала в Фесс учиться по обмену — и осталась здесь. Думала, что всё давно забылось, что воспоминания покрылись толстым слоем пыли, но один взгляд — и сердце пустилось вскачь, словно перепуганный заяц. Лоренц кивнул мне, как старой знакомой, затем обернулся к Марку и помахал тощей папкой, которую держал в руке.

— Эр Шейн, велели вам передать. Заявление о краже семейной реликвии.

— Оставь, — махнул рукой Маркус. — И эра, и папку. Просто Марк, у нас тут всё по-простому, без лишнего официоза. Знакомьтесь, коллеги, это наш новый следователь Гарет Лоренц. Тёмный ведьмак, травник, специалист по толкованию ассоциативных карт — и не спрашивайте у меня, что это такое! — Затем, поочерёдно указывая на нас, представил: — Розмари Батчер, менталист. Крейс Горс, огневик. И Эйрис Эйф, маг земли. Вижу, вы с ней знакомы. Пожалуй, она и введёт тебя в курс всего. Эйрис, твой новый напарник держит ваше новое дело. Доклад вечером, как обычно.

Он хотел сказать что-то ещё, но тут ожил переговорник.

— Шейн слушает, — бросил Марк в трубку. Нахмурился и, стоило невидимому собеседнику умолкнуть, возмутился: — Ал, вашему ведомству вообще мосты волной посносило? Что значит «уровень допуска»? С каких пор обыкновенный дохлый упырь стал особо секретной тварью? Да знаю я, что он не дохлый! Пока что. Да знаю я, что ты тоже в гробу всё это видел! Ладно, сейчас будем. — Шеф отключил переговорник, шумно вздохнув, взъерошил ладонью волосы и буркнул: — Вот же буквоеды-крючкотворы! Горс, собирайся, некросы тебе ещё какой-то там допуск должны оформить, а я — всё это заверить. Жду через пять минут у выхода.

Гарет тем временем взял стул, придвинулся к моему столу и протянул папку. «Давай вначале ты», — глазами предложил он. Гарет вёл себя так, словно мы действительно были всего лишь давними знакомыми, волей случая сейчас оказавшимися в одной команде. Впрочем, для него тот давний эпизод в столичной академии действительно мог ничего не значить. Пока я вчитывалась в прыгающие строчки заявления, ведьмак вполголоса заговорил с Розмари, заинтересовавшись её перчатками-ограничителями. Но стоило мне отложить лист, тут же потянулся к нему. Пробежал глазами текст и выжидательно взглянул на меня.

— Пойдём, — коротко бросила я, поднимаясь. — Помимо заявления о предположительно краже некой подвески с неуказанными магическими свойствами в папке ничего нет. Проведём опрос потерпевших, осмотр дома, в общем, стандартные действия. Если повезёт, сразу разберёмся.

— Согласен, — кивнул Гарет. — По опыту, в девяти случаях из десяти оказывается, что пропажа куда-то завалилась, а владельцы, не поискав толком, сразу бросились в магполицию. Впрочем…

Не договорив, он извлёк из кармана брюк потрёпанную колоду карт. Небрежно перетасовал их и, вытянув одну, опустил её на стол. На картинке был изображён старый олений череп, сквозь трещины в котором прорастали цветы, а в одной из пустых глазниц на сухой траве дремал маленький полевой мышонок.

— И что это значит? — полюбопытствовала Розмари, приподнявшись со стула, чтобы лучше видеть.

— Я бы сказал, что это новая жизнь, — задумчиво произнёс ведьмак. — Интересно, у хозяев есть дети?

— Скоро выясним, — отозвалась я, направляясь к двери. — Идёшь?

Дневной зной ещё не накрыл Фесс окончательно, но солнце уже обжигало жаркими лучами. И лёгкий бриз с моря не слишком спасал ситуацию. Хорошо ещё, пострадавшие жили недалеко от одного из стационарных городских порталов. Небольшой дом с красной черепичной крышей утопал в зелени и цветах. Сбоку от крыльца я увидела мисочку с водой и игрушечную мышку. На воротах соседнего висела табличка «Сдаётся на длительный срок».

Хозяйка, молодая женщина лет тридцати пяти, увидела нас из окна и вышла навстречу. Она выглядела расстроенной, а припухшие и покрасневшие глаза выдавали, что эрис недавно плакала. Похоже, пропавшая реликвия была ей очень дорога.

— Амелия Палмер? — осведомилась я.

— Да-да, — кивнула женщина — Вы по объявлению? Минутку, я возьму ключи и покажу вам соседский дом…

— Мы из магполиции, по поводу пропажи семейной реликвии, — поправил Гарет.

— Да-да, проходите в гостиную, — кивнула эрис Палмер. — Подвеска… Знаете, я не уверена, что она пропала сегодня. Просто наводила порядок, взяла футляр, и он показался мне очень лёгким. Открыла и увидела, что подвески нет. И вроде бы другие украшения тоже лежали не так, как я их складывала. Но больше ничего не пропало.

— В заявлении вы указали, что артефакт обладал магическими свойствами, — произнёс Гарет. — Какими?

— О, — эрис слегка покраснела. — Это подарок свекрови. Она страстно мечтала о внуке, который продолжит род Палмеров, и в день свадьбы отдала мне эту подвеску, которая досталась ей от матери мужа. Уверяла, что благодаря магическим свойствам украшения непременно родится мальчик. У неё самой, её свекрови и прабабушки моего мужа действительно рождались лишь сыновья. Но признаюсь, мы с супругом не испытывали амулет на себе. Решили, что Дестиана сама рассудит, кого нам послать.

В коридоре послышались быстрые лёгкие шаги, и в гостиную влетели две кудрявые девочки. Одна, в голубом платьице, постарше, вторая, в нежно-зелёном, чуть помладше. Их круглые личики были такими же расстроенными, как и у матери.

— Добрый день, вы найдёте Рэйдис? — выпалила старшая. — Пожалуйста!

— Айла, милая, поиграйте с сестрой у себя в комнате, — деликатно попыталась выпроводить детей эрис Палмер.

— Пусть ваши дочери останутся, — проговорила я, переглянувшись с Гаретом. Кто ещё мог обеспечить подвеске «новую жизнь», как не ребёнок. И уточнила: — А как выглядело пропавшее украшение?

— Небольшая звёздочка из бирюзы на кожаном шнурке, — описала Амелия. — Простая, неброская, но аккуратная.

Присевшая на диванчик рядом с матерью Айла надулась, засопела и принялась ковырять пол носком домашней туфельки.

— Милая? — насторожилась та.

— Ты видела это украшение? — спросила я у девочки.

— Видела, — пробормотала та. — Но мы с Литой взяли его совсем-совсем ненадолго! И хотели положить обратно.

— Айла! — эрис Палмер укоризненно всплеснула руками. — Я же запретила тебе играть с моими драгоценностями! И вообще подходить к столику с ними!

— А мы не играли, — тихо прошептала покрасневшая малышка. — Ты же сама говорила вчера, что девочки должны быть красивыми! И мы подумали, что Рэйдис ведь тоже девочка. И бабушка недавно сказала, что эта звёздочка всё равно достанется кому-то из нас. Поэтому Лита зашла в вашу с папой комнату и взяла подвеску. Ей же ты не запрещала! А я перед сном надела звёздочку на Рэйдис, и она стала очень-очень красивой.

— А Рэйдис — это… — перехватил