Замуж за Чудовище - Анюта Васильева

— Демид Аскаров?! Ой…

— Демид Аскаров, ой! — передразнивает подруга. Если бы мы с ней не дружили столько лет, подумала бы, что издевательски, но понимаю, у неё это нервное. — Артём, наш с Катей одногруппник, и он, совсем недавно нам рассказывал, как этот самый, Аскаров, разделался со своим очередным конкурентом. У меня до сих пор мороз по коже!

— Может это не он?

— Точно он! И ты даже знаешь кому Демид нёс цветы.

— Он кому-то нёс цветы? — от осознания того, что столкнулась я с самым опасным человеком, который весь наш город держит в страхе, у меня кожа мурашками покрылась.

Слухи про него ходят разные и положительных среди них, нет.

— Нашей Альбине он нёс цветы! — она кивает в сторону коридора и мы синхронно, выглядываем из-за двери. — Она была его преподавателем и опекуном по совместительству.

— Это я знаю. — говорю, практически дрожащим голосом, наблюдая, как этот, невежа и грубиян, довольно-таки галантно, общается с нашим преподавателем.

Аскаров, не только крутой бизнесмен владеющий заводами, домами и пароходами. Он известен как криминальный авторитет, и про него действительно ходят такие слухи, что мороз по коже.

Только рядом с этой пожилой женщиной, Демид, не выглядит монстром. Напротив, кажется вполне себе воспитанным, серьёзным человеком.

— Так ладно! Будем надеяться, что он тебя не запомнил. — Катя толкает меня обратно, сама начинает протирать салфеткой мою кофту, будто бы от этого есть какой-то толк. — Я сейчас тихонечко выйду, посмотрю, может они в кабинет Альбины, зашли. Если это так, то быстро рвём когти отсюда!

* * *

Я не помню чтобы когда-то чего-то так сильно боялась. В голову то и дело лезли воспоминания о человеке, который в прямом смысле снёс меня с ног.

— …Дарина? Ты где витаешь, я тебя спрашиваю?

— А? Да нигде, мам. Тут я.

— Разговаривай цивилизованно и членно раздельно! — строиться родительница вытаскивая пирог из духовки. — Что за “А”? Что конкретно обозначает слово “тут”?

— Мам, пожалуйста. Я нервничаю перед ужином не меньше тебя. Зачем ты мне портишь нервы. — я нарезаю салаты, хотя должна уже переодеваться к приходу гостей. Мама приготовления начала с самого утра и всё равно не успевает. От этого злится и на мне срывается.

— Я смотрю под влиянием будущих родственников, взрослая стала?! — ну, всё, сейчас будет скандал. — Не с того начинаешь, дочка. Ты, Марка до загса сначало доведи, потом уже рот открывай.

— Мама, я абсолютно ничего не сказала. Просто…

— Опять матери перечишь, дочка? — папа приходит на кухню, как нельзя вовремя.

На самом деле он только делает вид, что на стороне мамы. В подобных вопросах он чаще всего за меня. Вот и сейчас, подмигнув мне украдкой, едва заметно кивнув, показывает мне свести конфликт к минимуму одним единственным способом.

— Мама, прости! — только я не знаю за что прошу прощения.

И так у нас в девяноста пяти процентов случаях. Да, бывает что я действительно случайно могу использовать какой-либо жаргон. Хотя, жаргон это для мамы. Я же называю это молодёжный сленг!

И вот рассказывая о каком-либо происшествии, не дай бог употребить слово “типа” или “круто” максимум “класс” можно сказать, и то мама посмотрит на подобное с укором.

Родительница ничего не ответила на мои извинения, но и, слава богам, продолжать конфликт не стала.

Наконец к ужину всё было готово и я помчалась в душ.

Лёгкий макияж, исключительно для того, чтобы немного подчеркнуть глаза. Мама отправит умываться если я вдруг переборщу.

Внешность у меня достаточно притягательная, и у парней я вызывать интерес начала ещё в школьные годы. В институте это стало ещё куда более заметным и Марк, устав отбивать от меня поклонников, просто сделал мне предложения.

Звонок в дверь и меня накрывает волнение.

— Так, дыши, Дарина. — начинаю вслух успокаивать себя. — Ты уже знакома с родителями своего жениха, нужно просто пережить этот вечер светских бесед и всё.

— Дарина, дочка, иди встречай гостей! — мама уже включилась в роль аристократки.

— Иду, мам.

Торможу на секунду перед дверью, делаю вдох, резкий выдох и открываю двери.

Увидев Марка, широко улыбаюсь ему, вот только всего миг, и от моей улыбки уже ни следа не остаётся.

Марк смотрит совершенно неясным мне взглядом. Он будто растерян. Рядом с ним Каролина Родионовна с каменным лицом. Не отстаёт от неё и её супруг. Но больше всего меня поразили двое соседей с четвёртого этажа и полицейские в форме. Тоже двое!

— Воронцова Дарина Михайловна? — задаёт вопрос один из сотрудников.

— Да, это я. — ком застревает в горле. — Я прошу прощения, а что собст…

— Вы подозреваетесь в хищении ювелирных изделий стоимостью на общую сумму двенадцать миллионов рублей, У нас ордер на обыск вашего жилища, разрешите, мы пройдём?..

2 Глава

Мир пошатнулся и всё перевернулось с ног на голову. Шум в ушах заглушало биение собственного сердца.

— Каролина Захаровна, — мой голос предательски дрогнул, — я не брала у вас ничего. — мне было плевать на то, как смотрел на меня Пётр Петрович со своей супругой, но Марк?!

Если изначально мой парень не верил. Отводил в сторону взгляд, очевидно потому что его родители были уверенны в том, что я обокрала их, а он в свою очередь мне доверял, то после того, как в подкладке мой сумочки нашли один из самых дорогих браслетов, стоимость которого, превышает стоимость нового авто, Марк на меня поднял взгляд полный разочарования.

Но я никогда в жизни чужого не брала!

— Вы же при мне положили браслет в бархатную коробочку, Каролина Аркадьевна. А затем убрали её в общую шкатулку, которую закрыли на замок. Мы же вместе уходили, и я шла впереди вас.

Это чистая правда. Два дня назад я была в гостях у Марка дома, и мама моего парня, показывала мне свои украшения. Да я в комнату эту входить боялась, не то что, что-то там руками трогать, а тем более красть.

— Ах ты дрянь, какая! Вы посмотрите на неё только. У неё нашли браслет, которой моей прабабушке подарила сама императрица…

— Но я же с вами выходила. — не унималась я, зная свою правоту.

— Ты в туалет отходила. — говорит Пётр Петрович, отец Марка.

— И что? Я у вас пробыла с трёх, до восьми вечера. Да меня от силы не было…

— Марк? — договорить мне не дают. — Не ты ли мне говорил, что девушка хоть и, из бедной семьи, но очень воспитанная. — из какой я семьи? — Не ты ли, меня упрашивал принять её?