Бывшие. Тайные дети прокурора - Ольга Ракс

И что ж ты такой красивый-то, а? Вот дались тебе такие длинные ресницы? А губы?

Бр-р-р-р!

Мужик явно немного прифигел от моего напора, прожигает взглядом меня с ног до головы, медленно прогуливаясь от туфлей до пучка на голове. Расстегивают пуговичку на пиджаке и откидывается назад на кресле.

— Языкастая да? Тебя мне специально подсунули? Чтобы работать мешала?

— Не нравится, я могу сейчас уйти и вернуться на свое рабочее место, а вы сами справляйтесь со всем. Как пользоваться кофе-машиной надеюсь умеете? — отворачиваюсь и направляюсь к двери. Хам какой! Да кто он такой, что ведет себя как хозяин жизни?

Хлопаю дверью, нисколько не заботясь о впечатлении о себе. Да, не старый и жирный хряк, но от этого он лучше не стал — хам! Мог бы вести себя и более прилично, я все же не мебель и не служанка. Можно же вежливо попросить?

Выхожу из приемной и иду на свое прежнее рабочее место, пусть дядя что хочет делает, но я с этим козлом работать не буду два месяца! Вон пусть Ирку отправляет или вообще Дашку из градостроительства, они его там вылижут со всех сторон, что и проверка пройдет как по маслу. Вхожу в свою родную приемную, за моим столом сидит Ирка и красит губы в яркий красный цвет.

— Ты светофором стать решила? — кидаю ей, — Мэр приперся?

— Ага, у себя уже, а ты что хотела?

— Не твое дело, лучше готовься к новому месту работы. — стучу и вхожу в кабинет мэра. — Иван Геннадьевич, можно?

— Входи, карамелька, что у тебя? — по-доброму спрашивает мэр.

— Я не хочу работать с новым прокурором! Он меня с первой секунды бесит! Отправьте вместо меня Иру, я прошу вас, иначе все будет плохо!

— Ольга! Что ты опять как маленькая? Хочу не хочу, ты взрослая девушка, и должна быть ответственной. У тебя важное назначение или тебе все равно как пройдет проверка?

— Но дядя Ваня… — хлопаю ресницами, закусывая губу от отчаяния, — Этот мужик просто хам! А я не собачка, чтобы выполнять его команды и я не мебель в кабинете, чтобы ко мне относится как к пустому месту! Это они там у себя в столице привыкли так общаться, а у нас тут все по-человечески.

— Ох, Олька… лиса хитрая. Ну что тебе не понравилось? Мужик молодой, адекватный, подумаешь немного властный, тебе только такой и нужен, чтобы твои колючки подпилить.

— Значит не переведешь обратно? — я насупилась, и сложила руки на груди, дядька качает головой, — Ну ладно… только потом не жалуйся! — разворачиваюсь и выхожу из кабинета.

— Ольга! — кричит мэр, — Не смей терроризировать прокурора!

— Ещё как посмею! — бурчу себе под нос и врезаюсь в бетонную стену. — Да чтоб тебя! — поднимаю голову и потираю нос, — Вы! Мало того, что хам так еще теперь и покушаетесь на мою жизнь? А еще и прокурор.

— Ты сама влетела в меня. — говорит мне спокойно и рассматривает сверху, как букашку.

— Могли бы и отойти с дороги! Как вас там… ах да! Вы даже не представились. — потираю свой нос, больно, — У меня теперь из-за вас нос болит. Производственная травма.

— Господин Архангельский? — из кабинета спешит мэр, — Рад вас приветствовать. — протягивает руку хаму, и они жмут их.

— Иван Геннадьевич, рад видеть. Уделите мне пару минут? — интересуется у мэра.

— Конечно, проходите. Ирочка сделай нам два кофе. — после зыркает строго на меня, — Ольга иди на свое рабочее место.

— Пфр! — фыркаю и разворачиваюсь ухожу.

Глава № 2

Не знаю, о чем эти двое будут разговаривать, да мне и не интересно, но мне нужно как-то остыть и прийти в себя, а еще приложить холод к носу. Говнюк! Даже не извинился. Пыхча как чайник возвращаюсь в новый кабинет, в мэрии уже людно, вскоре все занимают свои рабочие места, даже депутаты сегодня приперлись полным составом. Беру из холодильника чью-то пачку масла и прикладываю к пострадавшей части своего лица. Сижу за столом шарясь в ноутбуке, просматривая новости региона и нашего городка.

Прокурора нет уже пятнадцать минут, как и заданий от него. Но мне и так хорошо, пусть сам таскается везде. И тут начинается самое интересное — ко мне начинают ходить люди, нет не так — все наши бабы. И замужние, и холостые.

Кольца я правда не заметила на его руке, но мало ли? Сейчас многие мужики не носят атрибута семейной жизни, а в паспорт я точно не полезу.

— Ой, Олечка! Привет. — входит первая претендентка. Маша из соцзащиты, у самой трое и все от разных отцов, видимо захотела четвертого.

— Привет, Маш, а ты что хотела?

— А можно к прокурору на прием записаться? — Маша поправляет волосы и грудь в открытом декольте.

— Не знаю, Маш. Мне пока никаких распоряжений не давали, он сейчас на встрече с мэром. Как освободиться я напишу общее объявление в чат. Хорошо?

— Ладно, буду ждать. — поджимает губы, и выходит.

Ну Ирка! Сглазила, зараза!

Через пару минут входит следующая мадам, Любка из финансового отдела, слышу за дверями подозрительное шушуканье и решаю выглянуть и посмотреть, что там происходит. За дверями уже собралась очередь из наших дамочек, которые уже делят шкуру неубитого медведя.

О! А вот и сам медведь, собственной персоной.

— А, что здесь происходит? — останавливается рядом с дамами и прищурив глаза разглядывает дружный женский коллектив, вышедший на охоту. Любка выскальзывает из приемной и присоединяется к компании.

— А это они на охоту вышли, так что лучше шуруйте к себе в кабинет пока вас на сувениры не подрали! — отвечаю ему вместо наших «девушек».

Прокурор пару секунд оценивает ситуацию, бледнеет и резко повернувшись рвется в кабинет, я стою в дверях, и он проскакивает, рядом потершись об меня во весь свой исполинский рост.

— Ольга! Не будь жадиной, себе что ли оставила?

— Ага, вам и так хватает, идите на работу девочки! Иван Геннадьевич будет сердиться, а вы знаете, если он сердится премии в этом месяце не видать. — смотрю на них со строгостью во взгляде, и складываю руки под грудью, — Вы мешаете работать, господину прокурору, если у вас будут вопросы по важным делам, я вышлю вам расписание и время приема. А теперь все свободны!

Девчонки ворчат, но расходятся, бросая взгляды на дверь, за которой исчез прокурор. Закрываю дверь и опираюсь на нее спиной, чувствую себя так словно битву выиграла. А может так и есть? За честь и достоинство прокурора Архангельского. Смех