Не та невеста - Лина Шмидт

от его плеча до поясницы. Она хотела соскользнуть, и мне пришлось обхватить его крепкое плечо, чтобы запомнить значения. Я почувствовала, как сильно он напрягся, и закусила свою губу. Мне казалось, что в мастерской была гробовая тишина, потому что я слышала его тяжелое дыхание.

«Теперь самое сложное — брюки».

— Растегни ремень, мне нужно измерить обхват и длину брюк, — попросила, не оборачиваясь к нему, пока делала очередную запись в тетрадь.

Расстёгивать их было не обязательно, но мне хотелось сделать всё идеально.

Услышала, как звякнула пряжка ремня, пальцы на руках слегка подрагивали, что происходило со мной внутри, я и сама плохо понимала. Когда обернулась, то увидела, что брюки уже спущены на пол. Сделала глубокий вдох и подошла к нему, стараясь не смотреть в глаза, но мне и не нужно было этого делать, ведь его взгляд я буквально чувствовала каждой клеточкой своего тела.

Медленно провела лентой вокруг талии.

— Почти всё, — прошептала я скорее себе в попытках успокоиться. — Осталось измерить длину штанин.

Присела на корточки для своего удобства.

«Спасибо, что не на колени».

Как бы мне не хотелось, но взгляд сам упал в это место, и я увидела, насколько он сейчас возбужден. Это было тяжело не заметить.

«Уверена, сверху отлично видно, куда я смотрю».

Быстро измерила длину штанов.

— Можешь одеваться, — сказала я, не оборачиваясь к нему.

Когда вновь звякнула пряжка ремня, я облегчённо выдохнула, но не решалась повернуться. Сейчас мне было дико стыдно за своё пристальное внимание.

— Алина, — голос прозвучал неожиданно близко.

Я ощутила его дыхание на своей шее, и тело буквально охватила дрожь. Его руки нежно обхватили мою талию, заставив замереть на месте.

— Когда костюм будет готов? — произнёс он тихо, почти касаясь губами шеи

— Через пару дней, — прошептала я, не в силах пошевелиться и разорвать наш контакт.

Что самое страшное: я не хотела его разрывать.

— Хорошо, заеду за ним сам.

Паша прикусил мочку моего уха, я резко вздрогнула, и непроизвольный стон сорвался с губ. Он резко отстранился от меня и вышел, тихо закрыв дверь, а я так и осталась стоять, задыхаясь от нахлынувших на меня чувств.

10 глава

Паша.

Я пулей вылетел из ателье и прыгнул в машину. Ткань брюк сильно натянулась и теперь оказывала болезненное давление. У неё получилось вызвать во мне желание одними только легкими прикосновениями рук.

Но вот физическое влечение — это не любовь. А мне нужно её сердце.

Я понимаю, что сам влюбился в неё чуть ли не с первого взгляда, но долго не верил в это, даже на подсознательном уровне не мог допустить эту мысль. А она одним своим естественным образом разрушала все мои стены.

Совру, если скажу, что не хотел наброситься на неё прям там, но я не идиот. И так напугал её своими криками, что она теперь вынуждена ходить к своему психологу, что мне совершенно не нравится, не хватало напугать её ещё больше.

Очень уверенными шагами я буду двигаться к своей цели. Юра, похоже, не собирается рассказывать ей правду, но Алина узнает всё. От начала и до конца я расскажу ей об этом, лишь только тогда, когда убежусь в том, что она влюблена в меня. Тогда у меня появится хоть малейший шанс на прощение.

Ваня не поднимал трубку, я решил дать ему время на осознание всей ситуации. Мог понять его чувства, жаль, что он не может понять мои.

Я не выбирал между Алиной и своей семьёй. Ведь Алина вскоре станет её частью.

А семья для меня всегда была и будет на первом месте. Кем бы ни были эти люди, и как бы я к ним ни относился, я всегда протяну им руку помощи и решу любую их проблему.

Так учил меня отец.

Мы подъехали к моему офису. В этом круговороте проблем у меня накопилось слишком много работы. Я захватил отчеты инженеров по нашим новым строительным объектам. Это будет новый торгово-развлекательный центр. Проект достаточно серьезный и затратный.

Оставшийся день проверял все расчеты, чтобы не упустить ничего важного, но в голове периодически всплывали образы Алины.

Её тонкая шея, прекрасная талия, красивые длинные белые волосы, мне казалось, что они пахнут шоколадом. Я вспоминал, как она прижималась ко мне во сне, как иногда хмурилась и вздрагивала, а я наблюдал и пытался понять, что ей может сниться.

Из моих сладких размышлений меня вырвал телефонный звонок. Это был Юра.

— Слушаю.

— Здравствуй, Паша. Не отвлекаю?

— Нет, что-то случилось?

— Думаю, ты был бы уже в курсе. Я звоню сообщить, что свадьба будет через два дня. Ты уже выбрал церковь?

Устало потёр переносицу, совсем забыл про это.

— Замотался, сейчас поеду договорюсь со священником. Во сколько назначена регистрация? И какой ресторан?

— В десять утра. Моя жена уже почти закончила все приготовления. Мы пришлём приглашения всем твоим родным.

— Хорошо, до связи.

Я положил трубку и шумно выдохнул. Юра не назвал адрес ресторана, а значит, у меня не будет времени на подготовку. Всё ещё опасался и ждал от него какого-то подвоха.

«Он точно не будет устраивать разборки на свадьбе собственной дочери».

Я ещё раз набрал Ваню. Абонент недоступен.

— Чёрт! — выругался я. — Ну почему всё так не вовремя.

Быстро допровёрил всю документацию и вышел из офиса. Сел в машину и направился в церковь, надеясь ещё застать священника. По дороге набрал Стёпу.

— Да, Павел Дмитриевич.

— Что там? Есть новости?

— Лиза сильно беспокоится.

— Успокой её. У меня через два дня свадьба с Алиной, после займёмся её вопросом.

— Понял, постараюсь.

Я положил трубку и уже выруливал к церковным воротам. Вышел из машины и перекрестившись, шагнул за порог. В лицо тут же ударил терпкий аромат ладана, смешанный с горьковатым запахом расплавленного воска.

Пройдя вглубь храма, увидел древние иконы.

Церковь встретила меня тишиной. И как же вовремя — батюшка оказался на месте. Он стоял у алтаря, погружённый в молитву. Его пальцы машинально перебирали чётки, а губы едва слышно шептали слова. Заметив меня, он улыбнулся — тепло и приветливо.

— Здравствуй, сын мой, — голос прозвучал мягко, когда он вышел мне навстречу. — Что привело тебя в наши края?

Эта церковь была особенной для моего отца. Он, человек глубоко верующий, часто приводил сюда и меня. Отец Сергей, стоявший сейчас передо мной, знал нашу семью. Именно он провожал в последний путь моего папу. После той утраты я продолжал приходить сюда в память о нём.