Заноза - Анфиса Шторм

хотел бы держаться подальше от неё — но всё равно спасал и защищал. И помогал. Он всегда был рядом — когда был особенно нужен...

Конечно, она не могла не влюбиться. Спасатель спаситель защитник.

И как так получилось, что её смогли похитить? Он САМ решил от неё избавиться?

Да нееет. Он бы не посмел ТАК от неё избавиться...

Остаётся только один вариант... Её похитил её главный враг... Тот, кто убил её мать и братьев-близнецов... Тот, кто поджёг её дважды... Любовник матери... Он же её родной отец...

Да. Она знает, что он — её родной отец. Они с матерью на много лет расстались. А потом снова встретились... Их отношения — отца и матери — были взрывные. Они то расставались, то сходились. Ни с тобой, ни без тебя — это про них.

Похитил её, чтоб убить. Но сначала исповедался. И теперь она знает правду... Что он хотел убить их всех. А потом и себя. Потому что жить так — невыносимо для всех. Все мучаются. Только вот двухлетние братья-близнецы мучиться не могли — они же маленькие. Но у отца иное мнение...

Она — последняя. И пока ещё жива...

Отец преследует. Конечно, он её не отпустит, пока ни закончит...

Это какой-то бред! Но он смог так долго прятаться. И выжидал. Чтобы в нужный момент — когда Влада останется без присмотра — чтобы забрать её себе...

И он забрал...

Очнулась Влада в машине, на заднем сидении. В одном платье. Раздел её. Зачем? Да и неважно!

Смогла ударить его мобильным — в висок. И удар получился таким точным, что тот рухнул. Ну ясное дело, что он очнётся!

Водить она не имеет, да и шарить по карманам времени всё равно нету. Так что вариант один: бежать.

Так холодно! Она смотрела на свои бледные руки, когда отдышивалась и оглядывалась. Успеет ли она добежать до помощи? Где она вообще? Лес — понятно. А если она всё же выйдет отсюда... там есть жизнь? Дома или магазин? Да хоть кто-нибудь живой!

Вперёд, вперёд, вперёд!

Останавливаться нельзя!

Треск за спиной. Он, что, догоняет её?! Уже так близко?!

Вспомнила, как вышла из клуба. Всего на десять секунд осталась одна. Укол в шею. Темнота...

Проснулась с тяжёлой головой на заднем сидении машины. Хорошо, что организм молодой, и остались силы на сопротивление. Иначе...

38

Влада выбежала на дорогу. Гравийная. Наконец-то! И прямо напротив... дом! За высоким забором.

Уже вечереет.

Ворота открыты, но поперёк лежит шлагбаум. Охрана в чёрном, с оружием, и собаки...

Она остановилась на секунду: ливанул дождь стеной, с градом. Платье и волосы прилипли к телу, обтянули как второй кожей.

Обернулась. Увидела фигуру... Это отец!

Откуда только силы?! Видимо, резервные запасы...

Побежала в сторону ворот, поднырнула под шлагбаум.

Поскользнулась на траве, проехалась коленями, упала лицом вниз, перевернулась на спину, и ползла, на локтях, вперёд, глаз не сводя с ворот.

Увидела его — отца — у шлагбаума. Он разговаривает с охраной. Они его впустят?! Он её заберёт?!

Ползёт, медленно. Силы почти закончились.

Уткнулась макушкой во что-то твёрдое. Стены?

Приподнялась. Спиной о твёрдое. Это не стена...

Задрала голову. Это ноги...

Ваня?! Стоит на последней ступеньке, под козырьком над крыльцом; дождь косой — в другую сторону, и он сухой; руки заложены в карманы брюк.

Смотрит на неё как не знакомы.

Ваня. И кто это тут у нас...

Влада. Не отдавай меня. Пожалуйста...

Он усмехнулся. Или скалится?

Ваня...

Он скользил по ней взглядом. Ободранные ноги, руки. Ноябрь. Она босиком и в одном платье с короткими рукавами.

Наклонился, взял её на руки, понёс в дом. Всё. Можно отключаться.

И она закрыла глаза... и уплыла куда-то...

* * *

Влада открыла глаза. Тепло. И она... живая...

Лежит на кровати.

Ваня сидел в кресле. В углу. В трениках и майке, босиком.

Дёрнулась. Руки зафиксированы. Подняла голову. Прикована наручниками к спинке кровати. Ну здорово! От одного маньяка к другому!

Ваня встал, плавно направился к ней.

Сел на её ноги.

Склонился ниже.

Нос к носу.

Глаза в глаза.

Коснулся её губ...

Как-то не вовремя!

Но она ответила на поцелуй... Сама толкнулась языком в его рот...

Поцелуй такой жадный, страстный...

Она скучала! И он тоже!

Ваня. Я щас отстегну тебя. А ты не дерись.

Кивнула.

Отстегнул.

Обняла его за шею. И поцелуй продолжился...

Она забралась под его майку. Водила пальцами. Твёрдое тело. Как же приятно его трогать! Да, очень невовремя накрыло её желанием... но она соскучилась!

Ваня. Заноза...

Влада. Вааняя... Люблю тебя...

Он оторвался от её губ; замер.

Ха.

Влада. А ты как думал? Спасаешь, защищаешь, помогаешь. Девушка не может не любиться.

Ваня. Ты меня со вторым своим спасителем-защитником не путаешь?

Попытался вырваться из её объятий, но его крепче сжала руки на его шее.

Влада. Нет.

Да похуй!

На ней его футболку.

Развёл её ноги, втиснулся между. И толкнулся, без прелюдий. Обвила его ногами...

Перевернулись. Она сверху. И двигается медленно. Растягивает. Нежно...

Содрал с неё футболку. Какая же она красивая...

Сжимает ягодицы, чуть ускоряется...

Дотянулся до её волос, натянул на кулак, притянул к себе.

Глаза в глаза.

Ваня. Моя.

Влада. Твоя.

Ваня. Люблю тебя.

Влада. И я тебя. Люблю.

Впечатался в её губы; ворвался языком, а она приняла...

Наконец-то он её трахает...

39

Голые и обезсиленные рухнули на кровать.

Она вжалась губами в его бок. Водила пальцами. Жадно смотрела на него. Какой же он красивый...

Закинула на него ногу, прижалась, рукой шарила по коже.

Влада. Красивый.

Рассмеялся.

Ваня. Парням такое не говорят.

Вжималась в него.

Он перевёл взгляд на неё. Жмётся к нему... А к Владу так же жалась? Да не может он не думать об этом! Видимо, Вадим прав. И она влюблена в обоих... Ну и как решать эту "проблему"?

Влада. Тогда сам скажи. Что-нибудь приятное.

Подцепил её за подбородок.

Глаза в глаза.

Ваня. Я тебя люблю.

Встал, надел боксеры, вышел из комнаты.

Она надела футболку.

Ну и куда он ушёл? Ещё и молча! Странный он!

* * *

А через пару минут вернулся... с мотком скотча.

Она даже не поняла что происходит: Ваня надел наручники, она на спине, орала, заклеил рот скотчем. Да что происходит?!

Склонился к ней.

Ваня. Это чтоб не дралась.

Рыпалась; мычала.

Ваня. Выслушай меня. Успокойся.