Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— И тебе не было страшно? Ведь вряд ли в таком плачевном состоянии он хорошо выглядел.

— Когда я увидела его, мне действительно стало жутко. Он был таким бледным и исхудалым и лежал неподвижно с кислородной маской на лице… Оба его запястья были обмотаны бинтами, к нему подключили какие-то аппараты, капельницы и еще какие-то штуки… В голове до сих пор стоит этот противный монотонный звук, который издавала какая-то из тех машин…

— Бр-р-р… — слегка вздрагивает Джессика. — У меня даже мурашки по коже побежали…

— В какой-то момент я подумала, что на кровати лежал уже мертвый блондин. Сердце сжималось от одного только вида. А тот факт, что я что-то говорила, но он мне не отвечал и не слышал меня, причинял мне огромную боль.

— О, господи, Хелен, прошу тебя, не говори так! — с ужасом восклицает Джессика. — Мне становится страшно, когда я думаю о том, что он умрет.

— Я даже подумать боюсь о том, что вскоре нам придется организовывать его похороны. А парни будут вынуждены распустить группу. Ведь они сами сказали, что продолжат выступать только с Питером. Без него Даниэль и Терренс не видят смысла продолжать.

— Нет-нет, даже не смей думать об этом! Он не должен умереть! Питер должен жить ! Никто из нас не хочет его смерти!

— Да, но врачи не знают, сможет ли он выкарабкаться, — пожав плечами и опустив взгляд на свой практически пустой стакан, с грустью во взгляде отвечает Хелен. — Состояние по-прежнему очень тяжелое, а переливание крови так и не помогло ему.

— Может, надо подождать еще чуть-чуть? Не все же тебе сразу! Раз Питер нормально принял твою кровь, значит, есть шанс на благополучный исход.

— Боюсь, что надежды мало … Кто знает, может, вскоре Льюис поставит нас перед выбором: позволить врачам продолжить бороться за его жизнь или настоять на отключении ото всех аппаратов и позволить ему умереть.

— Нет-нет, этого не будет! Мы ни в коем случае не позволим им даже подумать об отключении от аппаратов. Они должны бороться за жизнь Питера до конца!

— Если бы все было так легко, Льюис не стал бы говорить нам такие вещи и как раз готовить к тому, что мы вот-вот потеряем нашего близкого друга.

— Я верю , что он справится! Мы все должны верить в лучшее! Иногда люди выживают при гораздо более ужасных обстоятельствах. Да, они, возможно, проходят долгую реабилитацию, но все же остаются живы. Думаю, и Питеру придется пройти долгий путь к выздоровлению, но уж ради своих близких людей он пойдет на это. Например, если он узнает, что нравится тебе, и что его возможные чувства взаимны, он горы свернет, но все равно сделает все, чтобы вернуться к нормальной жизни.

— Я верю, Джесс, верю. — Хелен опускает взгляд на свои руки, сложенные перед ней на столе. — Верю…

— Нет, Хелен, ты уже потеряла веру, — качает головой Джессика, с грустью во взгляде смотря на Хелен. — Я прекрасно понимаю, как тебе тяжело, но ты должна быть сильной. Если ты так хочешь помочь Питеру, то у тебя самой должны быть силы и желание оставаться позитивной. От твоей поддержки не будет толка, если тебе самой понадобится помощь.

— Но я стараюсь из-за все сил.

— Знаю. Но прошу тебя, не теряй надежду. Возможно, что сейчас ты – единственная, кто способен вдохнуть в Питера жизнь, заставить его почувствовать себя лучше и перестать думать о самоповреждении.

— Ты прекрасно знаешь, что я вон из кожи лезу ради того, чтобы помочь ему.

— Вот и продолжай в том же духе! Лично я верю, что он выживет. Какая бы трудная ситуация сейчас ни была, мы должны до последнего верить, что все обойдется. И очень важно сохранять позитивный настрой, чтобы потом передать его Питу и помочь ему прийти в себя.

— Я знаю. — Хелен тяжело вздыхает и грустным взглядом рассматривает свои руки.

— Все будет хорошо, дорогая. — Джессика мягко берет Хелен за руку, уверенно смотря на нее. — Пожалуйста, держись! Ты сейчас как никогда нужна Питеру. Даже парни не способны помочь ему так, как это можешь сделать ты.

— Знаешь… — Хелен на секунду бросает взгляд в сторону. — Когда я была в палате Питера, то пообещала, что если он выживет, поправится и перестанет вредить себе, то сделаю что-то, чтобы как-то помочь другим людям. Либо тяжелобольным, либо тем, кто также вредит себе. Не знаю, что именно: сдам кровь, пожертвую какую-то сумму денег или стану донором чего-то еще… Но если Пит выживет, то я обязательно помогу тому, кто в этом нуждается.

— Это твое осознанное решение?

— Да. Это не пустое обещание. Обещаю, сегодня я проверю Интернет в поисках человека, который в чем-то нуждается, и окажу ему помощь. Может, кому-то может подойти моя кровь, мой костный мозг или частичка чего-то еще… А может, кто-то просто захочет принимать помощь деньгами… Посмотрим…

— Ты просто великодушный человек, Хелен, — скромно улыбается Джессика. — Судьба обязательно вознаградит тебя за эту жертву не только ради Питера, но и ради кого-то нуждающегося. И Бог поможет нашему другу выкарабкаться и вернуться к нам живым и здоровым.

— Дай бог… И знаешь, лично для меня это не просто обещание. Это желание доказать, что сейчас я совершенно другая. Не такая плохая, какой была раньше…

— Ты никогда не была плохой, Хелен! Я всегда знала тебя как милую, добрую девчонку, которая никогда не отказывала мне в помощи.

— Нет, Джессика, есть кое-что, чего ты не знаешь… — Хелен тяжело вздыхает и на долю секунды опускает глаза, став немного взволнованной и крепко сцепив пальцы. — Когда я была маленькой, то была совсем не такой, как сейчас. Я изменилась лишь со временем, когда поняла, что вела себя ужасно, и когда бабушка Скарлетт и дедушка Роджер давали мне понять, что так было неправильно.

— Но что именно ты делала?

— Просто когда я училась